Мне очень нравится Маркес. Я люблю его прозу вполне осознанно и четко могу сказать за что. Дело не в Нобелевской премии за "100 лет одиночества", которые прошли для меня знойным маревом, оставив какое-то запредельное ощущение и горьковатый привкус тягучей сказки для взрослых и даже не во фразе "все друзья - сукины дети", которая на долгие годы стала откровением моей жизни. Все дело в его тонком ощущении эмоций и способности передать их: мельчайшие оттенки во взаимоотношениях, переданные настолько точно, что поймет лишь тот, кто пережил это в реальности, его описание жизни состарившихся супругов в "Любви во время чумы", такое точное, что может отразиться болью в своей узнаваемости для того, кто может видеть. В этом моя любовь к Маркесу. И тут случилась эта вот повесть. О никчемной жизни человека, прожившего 90 лет, беспросветности и бессмысленности. В канун своего очередного юбилея престарелый повеса, посвятивший свою жизнь графоманству, музыке и проституткам, заказывает у знакомой мадам девственницу на ночь и, проведя ночь в созерцании обнаженного 14-летнего тела, решает посвятить остаток жизни своей иррациональной любви. Я не знаю, почему эта книга вызывает во мне такое отвращение - дело ли в старости, которая вызывает во мне такую физическую неприязнь, или в том, что любовь в этом описании кажется такой мелкой и бессмысленной, что вся жизнь после этого начинает казаться никчемной...