ВАСИЛИЙ ВЕРЕЩАГИН «БОГАТЫЙ КИРГИЗСКИЙ ОХОТНИК С СОКОЛОМ». «Туркестанская серия». Интересные факты.
В биографии Василия Верещагина было немало путешествий: он объездил практически весь Восток. В 70-х годах XIX века молодой художник побывал в Средней Азии. В те годы Российская империя начинала экспансию в отношении азиатских ханств. Колонизацией руководил генерал-губернатор Константин Кауфман, и он искал художника, который сможет запечатлеть военные успехи русской армии.
Из поездки Василий Верещагин привез множество этюдов, которые позже превратились в красочную «Туркестанскую серию».
Прототипом героя картины стал друг Василия Верещагина Байтик Канаев — предводитель киргизского племени солто. С ним художник познакомился в Петербурге на приеме у императора Александра II, куда Канаев прибыл в составе делегации из Туркестана. Байтик Канаев был воспитан в строгих традициях ислама, где изобразительное искусство запрещено. Однако он увлекался живописью и интересовался работами молодого Верещагина.
А художнику импонировал колоритный туркестанский воитель, который к тому же прекрасно говорил на русском языке.
Когда Василий Верещагин служил личным художником у Кауфмана, он снова увиделся со старым другом — уже у него на родине, на территории современной Киргизии. Байтик Канаев встретил его со всеми подобающими почестями и свойственным ему восточным гостеприимством.
Народы, населяющие земли Киргизии, издревле охотились с хищными птицами. Разумеется, содержать такого «охотника» могли исключительно состоятельные люди. Потому птица на руке киргизского воина подчеркивает его богатство и статус.
Василий Верещагин путешествовал по Семиречью и Киргизии с блокнотом и карандашом, которым владел виртуозно. Всего за время своего визита в Среднюю Азию художник сделал около 130 рисунков. Карандаш он использовал и в тандеме с акварелью, отчего рисунки становились более реалистичными и динамичными. Однако Верещагин никогда не заканчивал этюды «на натуре», даже карандашные. Он всегда тщательно дорабатывал рисунки дома.
13 масляных картин по итогам Туркестанского похода, к которым относится и «Богатый киргизский охотник с соколом», Василий Верещагин писал по памяти в 1871 году в Мюнхене. Он снял особняк на окраине города и писал только в солнечные дни, чтобы передать атмосферу знойных восточных сюжетов.
Находясь в Мюнхене, Верещагин прорисовывал детали убранства юрты и одежд персонажа картины по памяти с энциклопедической точностью.
Верещагин изобразил охотника в богатой юрте в традиционной киргизской одежде. На герое остроконечная шапка, обшитая позументом, и модный в то время в Туркестане накид из ярких лоскутов. Для верховой езды киргизы надевали чамбар — шаровары из козлиной шерсти, — в которые заправляли просторный накид. Моду в регионе диктовали состоятельные портные из столицы Кокандского ханства и китайского города Кашгар. Богатые киргизы носили яркие одежды с обилием цветочных вышивок и орнаментов.
Также Василий Верещагин воссоздал художественную резьбу на камче — плети всадника из мягкой кожи, и на инкрустированном камнями канжаре — коротком охотничьем ноже.
Хоть Байтик Канаев и одет в яркие одежды, и изображен в световом пятне на фоне полумрака юрты, Василий Верещагин выдержал общий приглушенный тон картины. И потому вызвал одобрительные отклики сторонников отмирающего, но еще господствующего в те годы классицизма.
Картину «Богатый киргизский охотник с соколом» ценители искусства впервые увидели в Англии. В 1873 году в лондонском Хрустальном дворце были выставлены все работы «Туркестанской серии» Верещагина — 13 полотен, 81 этюд и 133 рисунка.
«Из жанровых картин мы рекомендуем обратить особое внимание на двух мулл, едущих на осликах, на типичную фигуру с кречетом… Все эти картинки в высшей степени удачно передают оригинальные, типические стороны среднеазиатских нравов и быта» (Всеволод Крестовский, литературный критик, публицист).
Ознакомиться с «Туркестанской серией» в Лондон прибыл российский меценат Павел Третьяков. Спустя год он вновь посетил персональную выставку Василия Верещагина в Петербурге в 1874 году, где демонстрировалась «Туркестанская серия», и провел переговоры о ее покупке.
Однако российское общество работы Верещагина встретило не так восторженно, а император Александр II даже назвал некоторые из них «непатриотичной мазней».
Василий Верещагин вспоминал:«Трудно рассказать все, что болталось и доходило до меня в этом море сплетен, именуемом Петербургом». Раздосадованный, он изрезал и сжег три картины с батальными сценами, которые не понравились императору, и уехал в Париж. Уже через доверенное лицо оставшиеся работы были проданы Павлу Третьякову за 92 тысячи рублей с обязательным условием сохранять серию неделимой.
После покупки полотно «Киргиз-охотник» в составе серии демонстрировалось в Обществе любителей художеств в Москве, а затем переехало в галерею Третьякова, где и находится до сих пор.
Василий Верещагин стал первым русским художником, открывшим российскому обществу Среднюю Азию. Помимо «Киргиза-охотника», он написал и другие картины, которые демонстрировали быт и национальный колорит народностей Туркестана. Среди этих работ — «Перекочевка киргизов» и «Узбекская женщина в Ташкенте», «Двери Тимура» и «Дервиши в праздничных нарядах», рисунки карандашом «Казах», «Еврей», «Узбек в чалме».
«Не стремление к экзотике влекло художника к малоизученным народностям, но чисто научный интерес. <…> Верещагин стоял на уровне этнографических и археологических знаний своего времени, о чем свидетельствуют его зарисовки в Средней Азии и пояснительные тексты к издававшимся художником каталогам» (Ольга Лясковская, искусствовед).
«Туркестанская серия» положила начало другим восточным циклам Верещагина. В путешествиях художник писал солнечную Индию и заснеженные Гималаи, Тибет и Китай, Турцию и Балканы.