Эту историю рассказывала мне моя мать. В начале войны мы жили под Мурманском – городом за полярным кругом. Когда началась война, нас с матерью «эвакуировали» (так называлoсь тогда переселение людей) из Мурманска. Поехали мы уже в морозное время на родину матери, к её отцу в Березники, что на Северной Двине. Как-то раз послал её отец (кстати, инвалид 1й империалистической войны) к своей двоюродной сестре по делам. Поехала она на пароходе. Тогда по Двине ходили колёсники, с большими колёсами. Я помню даже в послевоенное время их названия – «Иван Калязин» и «Павлин Виноградов». На одной из пристаней стали «выгружать» с парохода инвалидов войны, что мы называем сейчас гордо – участники военных действий. Были ли там только солдаты или офицеры, неизвестно. Почему мать употребила это слово – «выгружать». Да потому что это были лишь обрубки человеческих тел – без рук и без ног! Почему их не взяли к себе их жены, матери или родственники. Наверное, понятно. Кому нужен этот недочеловек, хоть и с продовольственным аттестатом. Женщины (или как звали тогда их на севере – жонки) носили их на берег. Все эти обрубки были одеты, почему-то в матросские бушлаты. Женщины-санитарки носили их на берег, как поленья, и складывали в кучу. Они, получеловечки, стояли или лежали и хлопали глазами. «Хлопали глазами» - вот что ещё мне запомнилось матери в этой cитуации. И вдруг эту унылую тишину разорвал нечеловеческий женский крик. К пароходу бежала женщина, закрыв лицо руками. Как потом выяснилось, один такой обрубок попросил женщину, которая его переносила, поцеловать его в губы, видимо, прощаясь со всей женской половиной в этом мире навсегда. А может, он представил в этой женщине свою девушку, которую он никогда не увидит. Никогда – страшное слово для живого человека. Женщина приблизила своё лицо к нему и этот человеческий обрубок вцепился зубами ей в нос. И был этот поступок поступком отчаяния перед судьбой, которая вот так жестоко обошлась с этим молодым парнем. Ему бы жить и наслаждаться жизнью, а не влачить жалкое существование калеки. Уже после войны похожих обрубков я встречал в городе, где жил. Ловко передвигаясь на подшипниковых досках, помогая себе оставшимися руками , так и катились они навстречу своему безвестному концу, матерясь на свою горькую судьбу и спиваясь в безисходности дешевой водкой «сучком» за 2-12. Нет, нет и вспоминался мне этот мамин рассказ, когда стали ходить по школам ветераны (с целыми руками и ногами), чтобы рассказывать о войне, столь страшной в моих впечатлениях.

Да, я тоже помню такие "тачанки", именно так называли такие досочки на подшипниках у нас в Ташкенте. Очень интересный рассказ, опубликуйте его на своих страничках, я думаю, в эти дни это будет уместным и интересным для многих. Ещё раз поздравляю вас!:heart:

Ответ на комментарий Каррамболь # спасибо, очень интересный рассказ!

С праздником Вас!

Ответ на комментарий sereetzer-ru # Спасибо, Вилли! Удачи!:heart:

[показать]

Ответ на комментарий svetikya # Живём благодаря этой победе...