Майе Плисецкой 85!!!!!!!!!! Женщина - символ, легенда, гордость, воплощенная красота. Можно называть как угодно. Можно быть равнодушным к балету, но невозможно быть равнодушным при виде такой женщины. Это действительно наша гордость. Незапятнанная, сияющая, неоспоримая, непревзойденная ни кем в мире.
Майя родилась в Москве, с семи лет жила на Шпицбергене, где отец возглавлял «Арктикуголь», а позже был генеральным консулом СССР. В 1938-м Михаила Плисецкого расстреляли, а мать, актрису немого кино красавицу Рахиль Мессерер, сослали в Казахстан. От детского дома девочку спасла тетя – знаменитая балерина Суламифь Мессерер. В 1943 году выпускницу Московского хореографического училища зачислили в кордебалет Большого театра. Здесь тогда преподавала великая Агриппина Ваганова. Она окрестила талантливую и своевольную ученицу Рыжей вороной. Уже в первый свой театральный сезон молодая балерина танцевала в «Лебедином озере» (в шестерке, в тройке лебедей, в па-де-труа). А в 1947-м в ее репертуаре появилась Одетта-Одиллия. Рыжая ворона превратилась в Королеву лебедей. С лебединым племенем, уверяет, чувствует «тайную связь». Недаром эмблемой ее творчества стал легендарный фокинский «Умирающий лебедь». Первого «Умирающего лебедя» она станцевала в 1942 году в эвакуации в Свердловске. Последнего – в 1996-м на Красной площади.
Плисецкая из тех уникальных танцовщиц, кому не страшны старые кинопленки. А вот ее записи убийственны для тех, кто в фаворе сегодня. После «лебединых мистерий» были Раймонда и Китри, Зарема и Хозяйка Медной горы, Лауренсия и Жар-птица, Эгина, Фригия, Мехменэ Бану, Царь-девица, Вакханка… Она – до сих пор, быть может, единственная – ощутила глубинную трагичность прокофьевской «Золушки» (исполнив в премьерном спектакле 1945 года партию феи Осени). Одна лишь ее Кармен в пух и прах разбивает бредни о том, что в СССР не было секса. Никогда не видевшие Дункан, мы совершенно точно знаем, как она танцевала, – Майя Плисецкая рассказала нам в своей «Айседоре».
Балерина отдала Большому театру без малого полвека. Ее затирали (без объяснений вычеркивали из гастрольных списков), ее награждали (народная артистка, Герой Соцтруда), но прогнуть не могли. У ее ног уже был весь мир. Только Плисецкая может так естественно, не придав этому ровным счетом никакого значения, мимоходом упомянуть в интервью «всех этих королей, президентов, принцев»… Когда в родных стенах становилось душновато, на помощь приходили Альберто Алонсо, Серж Лифарь, Морис Бежар, Ролан Пети, Пьер Карден. В годы безраздельного господства Юрия Григоровича она ушла из Большого театра, но не раньше, чем сама как балетмейстер поставила здесь «Анну Каренину», «Чайку» и «Даму с собачкой».