Термин «экзистенциальный кризис» относится к часто встречающемуся кризису среднего возраста, когда человек, многого достигший и в профессии, и личной жизни, теряет интерес ко всему, что раньше его вдохновляло.
[639x425]
Нейрофизиолог Вадим Ротенберг (психофизиолог, профессор Тель-Авивского университета (Израиль) – о кризисе целей, которые перестают быть адекватными личности.

Кризис среднего возраста – что это?

Однажды я получил письмо от незнакомого человека, выдержки из которого хочу привести и прокомментировать для разъяснения этой проблемы.

«Мне 47 лет, у меня два диплома. Всю жизнь считал себя успешным и уверенным в себе, но последние годы заставляют пересмотреть эту позицию. Любая проблема вызывает страх и паралич ума и воли. Пытаюсь найти повод и отговорки, чтобы ничего не делать. Когда, пересилив себя, все-таки делаю – нередко проваливаю задачу и даже испытываю облегчение: «слава богу, не получилось».

Собственного посыла к деятельности мало, необходим внешний толчок, причем от кого-то значимого. Под нажимом делаю, иногда получается. Но мне кажется, что мои неудачи сформировали во мне неуверенность и пассивность, ожидание подстегивания извне.

Кроме того, у меня выявилось неумение общаться с людьми. Не хватает понимания другого, умения почувствовать его. Если могу вычленить свое «Я» из ситуации, то удается увидеть ситуацию и мир многогранными, но случается такое редко.

Во сне часто забираюсь на огромные вершины. Как только забрался – они подо мной начинают рушиться. Я перескакиваю с одной на другую, но в результате все равно лечу вниз.

Я уверен в своем потенциале, знаю, что могу измениться. Когда удается избавиться от этих комплексов – сам собой восхищаюсь. Но сейчас это редкие и локальные удачи на унылом фоне многочисленных провалов».

[640x421]

Автор письма очень точно описывает свое амбивалентное (двойственное) отношение к проблемам, с которыми не может справиться. Конечно, поиск отговорок перед началом дела можно объяснить страхом неудач, но чувство облегчения после провала («слава богу, не получилось») плохо с этим согласуется. Если отговорки придумываются для того, чтобы избежать неудачи, то сама неудача не должна вызывать чувства облегчения, наоборот, она усиливает чувство беспомощности. Отсутствие собственного побуждения к действию и ожидание внешнего толчка означает не неуверенность вследствие «многочисленных неудач», а отсутствие внутренней мотивации к деятельности, желание избежать попыток решения.

Происходящее с автором письма можно объяснить так: он по инерции прошлого опыта настроен на достижение как таковое, на достижение любой цели в принципе, а вовсе не на каждую конкретную цель, которая сама по себе оставляет его равнодушным и даже может вызывать чувство протеста («опять что-то надо делать».)

Это и есть суть экзистенциального кризиса, который возникает в среднем возрасте, когда энергетический потенциал еще сохранен. Это не кризис воли и не кризис личности – это кризис целей, которые перестают быть адекватны личности.

Описанные сновидения не противоречат этому объяснению. Человек забирается на вершину (забирается, а не стоит внизу в состоянии беспомощности), а она начинает рушиться. Сновидец активно перепрыгивает с одной на другую, но и они обваливаются. Не потому, что прыгающий какой-то неумелый – это вершины не те. Нужны другие, но человек цепляется за эти, потому что они привычные.

[639x384]

Нам не всегда понятно, что мы просто «выросли» из своей привычной жизни. Кажется, что мы, что называется, «потеряли свою ценность», и мы пытаемся доказать себе и другим, что «еще живы» и что-то можем. Это непонимание может дорого стоить и самому человеку, и окружающим.

Мешает не дефект целостного представления о себе как личности, а выработанная самим собой концепция, которая требует от нас достижений там, где они нам, по сути, уже не нужны.

Значит, надо перестать искать в себе силы, чтобы достигать того, к чему пропал интерес, освободиться от самому себе навязанных неадекватных целей. Тогда появится возможность без суеты оглядеться в поиске других целей.

Кризис среднего возраста (экзистенциальный кризис) – пересмотр на новом уровне личностного развития тех целей и установок, которые для самого человека потеряли ценность, измельчали и никуда его не ведут. Но они привычны, а новые еще не сформированы и неосознанны, и есть подспудный страх, что вместо привычных, но ненужных возникнет пустота…

Не стоит бояться этого – искать новые ценности намного лучше, чем постепенно терять ценность в собственных глазах.

В чем причина кризиса среднего возраста?

Традиционно кризис среднего возраста связывали со зрелым размышлением человека над тем, что он успел достигнуть в жизни. Однако сейчас исследователи начинают подозревать, что он, судя по всему, имеет биологическую природу, запрограммированную жизненным циклом человека.

[639x423]

Это явление начали изучать в США и Европе, и десятилетиями социологи считали, что кризис среднего возраста ограничен в основном ареалом западной культуры. Его связывали с недостатком психологической поддержки со стороны социума, которую человек ощущает после 40 лет, либо с тем давлением, которое оказывает на него общество, пропагандируя культ успеха: сравнивая себя с идеальным образцом, который и карьеру построил, и семьей обзавелся, и бодр, и весел, среднестатистический человек не может не ощущать тоску, земную жизнь пройдя до половины.

И уже в двухтысячные экономисты Университета Уорвика, исследовавшие зависимость между удовлетворенностью человека своей работой и жизнью в целом, установили, что кризис среднего возраста – явление, которое слабо зависит от страны, в которой человек живет. Опросив граждан 80 стран мира, они выяснили, что жители 55 из этих стран претерпевают смену отношения к жизни строго по той же U-образной кривой. Самая низкая точка этой «ямы» приходится в среднем на 46 лет (1).
Общества стран, где проводилось исследование, сильно отличались друг от друга – далеко не везде существовал культ успеха, во многих странах действовала разветвленная система семейных и социальных связей, в которой человек никак не мог ощущать себя одиноким и покинутым. Культурные различия, конечно, накладывают свой отпечаток на «течение болезни» – граждане передовых постиндустриальных стран переживают кризис среднего возраста острее, чем жители стран развивающихся. И все же эта разница не затеняет универсальности явления.

[640x478]

Объяснить повсеместность кризиса среднего возраста психологи попытались через те немногие общие черты, которые существуют между большинством обществ мира, несмотря на все отличия между ними. Эти общие черты связаны с самим жизненным циклом человека. Именно на людей среднего возраста ложится основное бремя социальной ответственности – как правило, у них есть дети школьного возраста, которые постоянно заставляют решать десятки проблем, связанных с их обучением, социализацией, материальной поддержкой, а также стареющие родители, о которых тоже нужно заботиться. Со временем это давление ослабевает – дети становятся самостоятельными, родители, увы, умирают. И несмотря на то что ощущение одиночества из-за этого может расти, люди чувствуют себя не столь отягощенными трудностями, как ранее. И ощущение загнанности уходит.

Есть и еще один вариант объяснения – U-образную кривую создает разрыв между нашими ожиданиями и реальностью. В юности большинство людей – максималисты: они многого ждут от жизни, и у них есть силы и возможности этого добиваться. А главное – надежда, что если не сегодня, так через десять лет у них получится осуществить свои желания. В среднем возрасте этой надежды уже нет – человек осознает, что времени на то, чтобы реализовывать свои мечты, уже не осталось, и это наполняет его существование грустью.

[640x359]

Однако в 55–60 лет он уже не ждет от жизни многого – и, едва ли не впервые в жизни, начинает довольствоваться тем, что действительно имеет. Как следствие, его удовлетворение от жизни вновь начинает расти (2).

Разницу в остроте выраженности явления между развитыми и развивающимися странами и вовсе можно объяснить статистически – люди в развитых странах обычно живут дольше, а значит, и кризис среднего возраста могут переживать на протяжении положенных полутора-двух десятилетий. В нищих странах жители (особенно мужчины) могут не доживать до шестидесяти, и U-образная кривая у них попросту обрывается в самой низкой точке или на небольшом подъеме от дна. Кроме того, и здоровье у долгожителей в развитых странах в среднем гораздо лучше, а значит, рост от нижней точки будет более выраженным – ведь здоровье определяет важную часть самоощущения.

Впрочем, даже этих «социальных» объяснений универсальности кризиса среднего возраста может оказаться недостаточно. Дело в том, что кризис среднего возраста встречается не только у человека, но и у... высших обезьян. Как выяснили этологи, у шимпанзе и орангутангов он приходится на период примерно между 28 и 35 годами – если учесть меньшую, по сравнению с нашей, продолжительность жизни этих обезьян, то этот возраст примерно соответствует нашему периоду между сорока- и пятидесятилетием. В этот период приматы становятся более замкнутыми, проявляют меньше интереса к вещам, которыми они обладаю, – к партнеру, положению в социуме, еде… (3).

[640x381]

Это говорит о том, что кризис среднего возраста может быть запрограммирован биологией старения социальных млекопитающих – этим рубежом отмечен их переход в возраст, когда убывающие силы не позволяют им занимать то место в сообществе, к которому они привыкли. Ощущая это подсознательно, индивид начинает менять свое отношение к окружающим и прежним ценностям, переходит к вырабатыванию новой поведенческой стратегии. Увенчается ли эта деятельность успехом, в каждом конкретном случае определяется его характером, способностями и так далее. Увы, приспособиться удается не всем – однако те, кто переживает кризис и вступает в пору старения, начинают чувствовать себя гораздо увереннее в новом статусе долгожителя.

1. D. Blanchflower, A. Oswald «Is Well-being U-Shaped over the Life Cycle?», Social Science & Medicine, 2008.
2. J. Rauch «The Real Roots of Midlife Crisis», The Atlantic, 2014.
3. A. Weiss et al. «Evidence for a Midlife Crisis in Great Apes Consistent with the U-shape in Human Well-being», Proceedings of the National Academy of Sciences, 2012.

Как выйти из кризиса среднего возраста – и куда?

Многим людям знакомо состояние, когда у них есть все: достаток, семья, престижная работа, но при этом появляется смутное чувство, что чего-то недостает, и непонятно – а чего же именно, ведь все вроде бы есть… Вот это и есть верный признак кризиса среднего возраста. В последние 10–20 лет кризис среднего возраста заметно помолодел, иногда настигает и 30-летних. Сейчас быстрое время, и многие достигают успеха в 27–30, а вслед за ним приходит чувство неудовлетворенности. И значит, что пора заглядывать внутрь себя, пока кризис не перерос в затяжную депрессию.

[640x383]

Признаки кризиса среднего возраста

Достижения во внешнем мире важны, однако они не приносят полного удовлетворения и счастья, если не гармонируют со внутренними ценностями, не являются выражением глубинных потребностей души человека. Когда этой гармонии нет, человек испытывает глубокий дискомфорт, который проявляется по-разному.

Кризис среднего возраста можно определить по следующим признакам:

- необъяснимая тревога или тоска, для которой нет видимых причин;

- отсутствие удовлетворения от работы, плохое настроение, ощущение потерянного времени,

- чувство, что «я живу не своей жизнью».

Среди успешных людей много тех, кто строит жизнь, ориентируясь на внешние показатели: благосостояние, высокая ступень на социальной лестнице, уважение окружающих. Но при этом они не всегда знают, что же важно для них самих.
Поэтому первый шаг к тому, чтобы выйти из кризиса среднего возраста, – разобраться в своих собственных взглядах, определиться со своими глубинными ценностями, найти внутреннюю опору и свои корни.

[640x453]

Определить свои ценности

Когда человеку задают вопрос «Что важно для вас?», часто в ответ слышим простые слова, например: «Семья» или «Здоровье». Но такое слово – только форма, указатель, а наполнение у каждого свое.
Для одного «семья» означает потребность в поддержке и взаимопонимании, для другого безопасность и крепкий тыл, для третьего – близкие эмоциональные отношения и доверие.
«Здоровье» тоже все понимают по-разному. Для кого-то это перестать простужаться и начать активно действовать, а для другого – взобраться на Эверест или спуститься с аквалангом на десятиметровую глубину и открыть новый уровень внутренней свободы. Ведь и под воду, и на вершину нам нужно не просто так, а зачем-то.

И вот когда мы начинаем погружаться в эти смыслы нашей души, вслушиваться в ее стремления, мы постепенно узнаем свою мечту и соединяемся с той энергией, которая в ней сокрыта. У тех, кто действует, исходя из своих глубинных ценностей, нет ощущения пустоты и чувства потерянного времени. Процесс движения к цели наполнен смыслом и приносит счастье.

[640x374]

Три уровня бытия

Для того чтобы упорядочить свои размышления над кризисом среднего возраста, мы можем рассмотреть три уровня бытия.

1. Физический уровень: где и как мы живем, чем питаемся и что пьем, куда ходим и чем себя окружаем, как относимся к своему здоровью, сну, отдыху и т. д.

2. Эмоциональный уровень: наш эмоциональный интеллект, наши отношения с самими собой и окружающими, с коллегами и друзьями. Чему в большей степени способствуют наши мысли – миру и сотрудничеству или конфликтам и враждебности? Насколько мы знаем и удовлетворяем свои глубинные запросы, понимаем потребности других?

3. Духовный уровень: насколько мы осознаем свое предназначение и чувствуем связь со всем миром?

Размышляя над этими вопросами, мы осознаем то, чем в настоящий момент мы являемся в этом мире. Иногда на какой-то из вопросов у нас нет готового ответа. Здесь важно слушать себя не торопясь, проявить терпение, и ответ появится. Первый уровень ценностей редко вызывает затруднения, над вторым некоторым приходится серьезно подумать, а на вопросы третьего уровня ответы почти никогда не появляются сразу же.

[640x426]

Возможно, обдумывать их поможет следующая идея: у нас всех без исключения есть глубинное понимание того, что все люди на Земле и сама Земля составляют единое целое. Разъединение и конкуренция – это лишь видимость, иллюзия. Найти этому подтверждение нетрудно: делая нечто хорошее ради других, мы испытываем радость, а причиняя им страдание, обрекаем на страдания и самих себя, даже если не сразу это осознаем.

С самого рождения мы нечто получаем от мира, но наступает время, когда мы начинаем спрашивать себя, что мы сами в этот мир приносим, что мы ему отдаем. Иногда этот же вопрос звучит так: «Какой след я оставлю? Что останется в мире после меня?» Если мы знаем ответ на него – или чувствуем, так как не всегда его можно выразить словами, – то мы близки к осознанию своего предназначения, миссии, которая дает нам силу глубокой мотивации и энергию действовать, воплощать мечты и служить другим людям. Наши глубинные ценности – своего рода внутренний компас, по которому можно сверяться, в том ли направлении мы идем, производить такую сверку с собой почаще. И не обязательно ждать сороколетия и наступления кризиса среднего возраста, чтобы понять, что мы не там, где мы хотели бы быть.

[640x281]

Избавиться от заблуждений

Но почему так получается, что мы не всегда это знаем с самого начала? Нам мешают разнообразные заблуждения, стереотипы, часто навязанные окружением. Например, такое: «Я ничего не могу изменить» или «Я недостаточно хорош/хороша, чтобы что-то менять».
Иногда это даже не наши собственные мысли, а то, что мы наследуем от своих родителей, от бабушек и дедушек, которых мы даже не видели.
Однажды ко мне обратилась 33-летняя женщина, собственница крупной компании. Она родила своего второго ребенка дома. Конечно, при родах была акушерка, но сам факт того, что это будут не традиционные роды, сделал ее центром негативного внимания социума.
Она рассказала, как было для нее тяжело противостоять этому «осуждению и давлению». Ей очень хотелось, чтобы роды были естественными и прошли дома, в окружении близких.
Роды прошли успешно, несмотря на запугивания врачей, малышка родилась здоровой и мама была счастлива. Ей хотелось поделиться своим успешным опытом подготовки к родам и счастьем такого материнства, рассказать, помочь другим женщинам смелее осуществлять свои мечты… и все же что-то ее останавливало.
Это было ярким примером того, как сложно ей было говорить публично о своем успехе. «Я не могу это сделать, это будет плохо воспринято», – объясняла она. Когда мы начали разбираться в причинах, оказалось, что про себя она думала так: «Да кто я такая?» и «Я ничего из себя не представляю». Она много и упорно работала, чтобы опровергнуть это убеждение, но, даже достигнув в бизнесе невероятного успеха в свои 33 года, все-таки продолжала считать себя «никем» и не имеющей права голоса.

[640x424]

Я верю в то, что изначально присущая человеку природа – это природа добра и счастья. И если постепенно освобождать наш ум от заблуждений, ограничивающих нас, то мы вернемся к этой изначальной природе. Это не происходит в один момент, для этого требуется практика и терпеливое любящее внимание: мы должны развивать свою осознанность.
Встав на этот путь, мы испытываем большое облегчение. А когда мы начинаем идти, то с каждым шагом растет наша радость и уровень переживания счастья. Если человек живет с мыслью о том, что он «недостаточно хорош», она заставляет его искать и в других людях «недостаточно хорошее».
Если же человек счастлив, он не совершит зла – он и другим желает счастья. Постепенно изменяя свои мысли, мы меняем свою жизнь. И когда мы ищем счастья для самих себя – причем не только на физическом, но и на двух других уровнях, то тем самым мы приносим благо не только себе, но и другим людям.

1. Осознать те глубинные внутренние ценности, в соответствии с которыми вы хотите строить свою жизнь и успех.

2. Осознать и устранить те препятствия (заблуждения), которые мешают вам делать то, что вы хотите.

3. Наметить новые жизненные цели в соответствии с глубинными ценностями и предназначением и начать движение к ним.

4. По пути к целям не пропускать радость текущего момента. Быть в настоящем. И тогда вы выйдете из кризиса среднего возраста навстречу самому себе, своей природе.

[639x430]

Ежедневная радость

Это простая практика, которая позволит вам уже с сегодняшнего дня улучшить свое самочувствие и повысить свой эмоциональный фон.

Найдите в конце дня пару минут. Устройтесь в тихом месте, где никто не помешает вашим размышлениям, и мысленно пробегите по всем событиям прошедшего дня.
Вспомните 5 радостных моментов. Они могут быть значительными, такими как новое достижение или победа, или мимолетными: например, вы заметили проглянувший из облаков солнечный луч, почувствовали приятный запах или услышали мелодию, которая вам нравится. А может быть, вам улыбнулся незнакомый человек – или вы улыбнулись кому-то.
Почувствуйте благодарность от того, что вы пережили это.
Если ваша память так и не обнаружила ничего радостного в минувшем дне, то поблагодарите себя за то, что вы обратили на это внимание. И настройте свой фокус внимания таким образом, чтобы заметить простые радости на следующий день.
Повторяя эту практику ежедневно, вы вскоре обнаружите, что с каждым днем у вас становится все больше моментов для радости. Эти тонкие переживания разовьют ваш эмоциональный интеллект и увеличат уровень счастья.
Светлана Ланда, ице-президент международной Ассоциации Wonderful Women’s World, эксперт по образу жизни и развитию личности, президент Style of Life Academy.

Кризис среднего возраста: когда душа приходит в движение. Мнение эксперта

Существует ли так называемый кризис среднего возраста, как он себя проявляет, всех ли из нас касается и какую играет роль? Наши эксперты обнадеживают: этот поворотный момент нашей жизни содержит в себе уникальные возможности.

Эксперты. Дмитрий Леонтьев (Д.Л.), профессор МГУ им. М. В. Ломоносова, руководитель лаборатории позитивной психологии и качества жизни ВШЭ. Автор нескольких книг, среди которых «Психология смысла»
Кристоф Форе (Christophe Fauré) (К.Ф.), специалист по сопровождению пациентов с тяжелыми заболеваниями и их родных.

[640x427]

Кризис среднего возраста, который еще называют «кризисом середины жизни», действительно существует?

Кристоф Форе:  Кризис в собственном смысле слова случается лишь у немногих людей, которые «слетают с катушек», совершают странные поступки, разрушая свою жизнь. У огромного большинства кризиса не происходит. Вместо этого можно говорить о переходном процессе, который многие переживают молча и даже с чувством стыда. Подобно подростковому возрасту, эти годы – поворотный момент жизни, независимо от того, признают их таковыми или нет.
Дмитрий Леонтьев:  Мне ближе точка зрения американского психотерапевта Адама Блатнера (Adam Blatner). Он считает, что каждый из нас проходит в своей жизни две инициации, два момента, когда приходится перестраивать отношения с миром. Первый – когда мы, став подростками, обнаруживаем, что в состоянии влиять на этот мир, изменять его. И это открытие – серьезный вызов, требуется немало сил и времени, чтобы понять, как с ним управляться. А в момент кризиса середины жизни мы понимаем, что нам, напротив, подвластно уже далеко не все, что воплотить многое из своих планов мы вряд ли успеем. Мы осознаем ограниченность своих ресурсов, начинаем более ответственно к ним относиться.

 

Правда ли, что женщин кризис затрагивает сильнее, чем мужчин?

Д. Л.:  Полагаю, что да. Хотя бы потому, что ресурсы, о которых я говорил, у мужчин и женщин различны. У женщин это в большей степени ресурсы физические: способность к деторождению, здоровье, красота. Их конечность нельзя не заметить, и потому воспринимается она очень остро. У мужчин все обстоит несколько иначе: их ресурсы социально ориентированы, у них изменения провоцируются жизненными событиями. И все же в главном кризис одинаков и для мужчин, и для женщин: нарушение баланса планов и ресурсов для их достижения. Когда такое происходит, всем нам приходится проводить переоценку своих возможностей и обращаться к тем аспектам жизни, которые менее подвластны кризису.

[639x363]

 

Это тревожное ощущение неблагополучия может возникнуть и без конкретных причин?

К. Ф.:  Да, как ни странно, так проявляет себя наше глубинное стремление к целостности. В первой половине жизни оно направлено вовне, к созиданию, это существование через опору на взгляд других людей: родителей, учителей, друзей… Это приобретение социального статуса, материальных благ. К 40–50 годам мы отмечаем обратное течение, направленное внутрь. Мы ощущаем духовные потребности, нацеленные на самую суть. В этот переходный период мы часто вступаем тогда, когда осознаем относительность всех социальных структур и даже смысла жизни. Достигнув этого рубежа, мы словно ощущаем нехватку чего-то, нужного для достижения полноты. Юнг говорил: «…то, что было здорово на заре, становится мелким в сумерках, а утренние истины вечером становятся ложью»*. Да, у меня прекрасный дом, и личная жизнь сложилась… но утром я просыпаюсь с ощущением пустоты и тревоги.

Д. Л.:  Нехватка привычных ресурсов означает неспособность достичь того, что было доступно еще вчера. А это может вести к обесцениванию жизни, к утрате себя. Вспомните гетевского Вертера – он покончил с собой, потеряв любимую, потому что его «Я» почти целиком и состояло из любви к ней. Или представьте бизнесмена, который бросается с небоскреба, узнав о банкротстве. Почему? Потому что банкротство разрушает не только его бизнес, но и саму его личность, его «Я». Если же мы ценим себя не только за внешность, мускулы или капиталы, то с большей вероятностью преодолеем кризис. Важен тут и социальный контекст – восприятие возраста в обществе. Если вам исполнилось 45, а вы на каждом углу видите объявления о трудоустройстве с требованием «до 45 лет», тревога может возникнуть поневоле. Даже если вопросы трудоустройства вас в принципе не заботят.

 

[640x425]

 

Так что же делать?

Д. Л.:  Один из вариантов – искать поддержку у других людей, в том числе и психологов. Но тут все зависит от особенностей личности: кому-то необходимо обращение к специалисту, а кому-то оно может пользы и не принести. Парадокс в том, что, если человек окружен близкими людьми, ему легче обратиться к психологу, но потребность в таком обращении у него ниже – он может и сам преодолеть свои проблемы. А если человек одинок, то он может куда больше нуждаться в помощи психотерапевта, однако вероятность того, что он придет на прием, ниже. Главным образом потому, что у него просто нет навыка доверительного общения.

К. Ф.:  Некоторые отказываются прислушиваться к себе, видеть эти внутренние перемены, они упрямо не желают ничего менять или заглушают свою боль лекарствами. И тем самым обедняют себя, а в худшем случае рискуют оказаться в депрессии, заболеть. За этим ощущением – «что-то не так» – идет глубинное движение: важнейшая часть нашего существа начинает себя проявлять. Ведь внешний социальный «персонаж» – это лишь одна из граней нашего настоящего «Я», которое теперь желает нам открыться. Вот только нужно прислушаться к этой части нашего существа и ей ответить.

 

[640x398]

Как ответить на этот внутренний призыв?

К. Ф.:  Ответить на этот призыв – значит пересмотреть и переоценить нашу жизнь и отношения с окружающими, принять наше тело – уже не такое, как прежде... ну и так далее. Нам предстоит задать себе вопросы, которые затронут все сферы: работу, семейную и личную жизнь, сексуальность. Не нужно бояться составить список таких вопросов: «Чего я хочу: работать именно здесь или уйти?», «Что мне необходимо?», и так далее. Нам, как гусенице, нужно уйти в свой кокон, чтобы в тишине подготовить вторую часть своего существования – в виде бабочки. Мы слышим призыв изнутри, и на него нужно откликнуться. Но важно и сознавать, что мы будем сопротивляться переменам: мы боимся потерять прежних себя, свою роль, свой статус – все, что определяло нас в первой половине жизни. Но, парадоксальным образом, если мы не согласимся отпустить наше прежнее «Я», то потеряем кое-что большее.

Д. Л.:  Здесь многое зависит от нас самих – от степени нашей зрелости, от способности понять, что отказ от вчерашних планов совсем не обязательно означает поражение и что новые планы могут привести к победам, вкус которых был прежде нам незнаком. Бывает и так, что человек еще недостаточно зрел, когда он сталкивается с ощущением пустоты, – но повзрослеть и понять происходящее ему помогает сам кризис. Многие ищут дополнительные ресурсы в тех областях, на которые раньше не обращали внимание. Отсюда такая популярность обращения, например, к религии во второй половине жизни. Кроме того, можно поменять критерии успешной жизни, как это происходит, к примеру, при дауншифтинге: то, что могло быть кризисом в одной системе координат, просто не воспринимается таковым в другой.

 

[640x371]

 

Что же нас ждет, если нам удастся благополучно измениться? Расцвет нашего истинного «Я»?
К. Ф.:  Да, но в пределах возможного. Не стоит забывать, что нам предстоит оплакать все то, что мы уже не сможем сделать: стать чемпионом по скачкам или начать карьеру скрипача. Но придя к осознанию нашей жизни «здесь и сейчас», такой, какова она сегодня, мы откроем себе огромное пространство возможностей.
Карл Юнг считал, что это означает движение к полному, цельному сознанию себя: часть моего «Я» из первой половины жизни, которая была на виду, должна уступить место той другой части меня, которую я раньше держал в тени, чтобы иметь возможность жить и существовать под взглядами окружающих. Мы начинаем задавать себе вопросы: «Какой след я хочу оставить?»; «Что могу передать другим поколениям?»; «Как мне породниться с самим собой, заботиться о себе, о близких и даже о собственном теле, которое мне поможет все это осуществить?» Приходит время размышлять об этом – не из боязни смерти, а потому что наша духовная сторона требует этого от нас. Мы стремимся стать внутренне цельными, достичь жизненной полноты. И в этом – истинный смысл перемен в середине жизни.
www.psychologies.ru

 

«Мы часто воспринимаем депрессию как недоброго вестника, с траурным видом сообщающего, что нечто в нас отжило свой век и вот-вот умрет.
На самом же деле депрессия – глашатай нового, чего-то просторного и свободного, такого, что способствует развитию и росту и желает играть большую роль в нашей жизни.
Конечно же, сам человек, подчас не без помощи психотерапевта, должен отличать одну форму депрессии от другой, а именно: опирается ли она на биологическую основу, является ли реакцией на утрату или же представляет собой интрапсихологический конфликт, способный многое сообщить о следующем этапе путешествия.
Под каждой депрессией нашему вниманию обязательно предстанет нижний слой; и здесь-то, как мы обнаруживаем, и ожидает нас программа роста. Вместо того чтобы отрицать боль или стремиться заглушить ее лошадиными дозами лекарств и бежать от риска взросления, которого душа в свое время попросит от нас, нужно установить, куда она хочет двигаться, после того как ресурсы эго окажутся окончательно исчерпаны».
* «Обретение смысла во второй половине жизни» Дж. Холлис

 

Читайте также:

Как улучшить жизнь за 100 дней

12 самых частых когнитивных искажений

Как запрограммировать себя на успех при помощи сновидений