![]() 17 января 1863 года родился Константин Сергеевич Алексеев, который стал известен всему миру как великий Станиславский. Споры о системе Станиславского и его роли в театральном искусстве не прекращаются до сих пор, ну а мы просто вспомним несколько обаятельных историй, которые сохранили современники об этом талантливом, чувствительном и, судя по этим рассказам, очень наивном человеке. Станиславский и Система Михаил Чехов рассказывал, что Станиславский иногда во время репетиции доводил себя до отчаяния, добиваясь нужного ему результата по своей же Системе. Иногда (редко, впрочем) он даже прерывал репетицию и ехал с кем-нибудь из актеров кататься на извозчике. — Зачем мне нужно все это! — говорил он, всхлипывая, как младенец. — Я купец, у меня есть фабрика, зачем же я должен так мучиться! Станиславский и Ленин В Малом театре служил когда-то актер Михаил Францевич Ленин, помимо всего прочего знаменитый тем, что году в 1918-м дал в газету объявление: «Прошу не путать меня с политическим авантюристом, присвоившим себе мой псевдоним!». Рассказывают, что однажды прибежали посыльные в кабинет к Станиславскому и закричали: «Константин Сергеевич, несчастье: Ленин умер!» «А-ах, Михаил Францевич!» — вскинул руки Станиславский. «Нет — Владимир Ильич!» «Тьфу-тьфу-тьфу, — застучал по дереву Станиславский, — тьфу-тьфу-тьфу!..» Станиславский и Сталин Легендарными стали безуспешные попытки Константина Сергеевича уяснить систему взаимоотношений при Советской власти. Имевший массу льгот и привилегий, он никак не мог запомнить даже словосочетание «закрытый распределитель». «Кушайте фрукты, — угощал он гостей, — они, знаете ли, из „тайного закрепителя“!» После чего делал испуганные глаза, прикладывал палец к губам и говорил: «Тс-с-с!»... А звоня Великому вождю, вежливый Станиславский всякий раз оговаривал: «Товарищ Сталин! Извините Бога ради, никак не могу запомнить вашего имени-отчества!..» Однажды Станиславский сидел в ложе со Сталиным, хаживавшим во МХАТ довольно часто. Просматривая репертуар, «лучший друг советских артистов» ткнул пальцем в листок: «А па-чи-му мы давно нэ видим в рэ-пэр-ту-арэ „Дны Турбыных“ пысатэля Булгакова?» Станиславский всплеснул руками, приложив палец к губам, произнес «Тс-с-с!», прокрался на цыпочках к двери ложи, заглянул за портьеру — нет ли кого, так же на цыпочках вернулся к Сталину, еще раз сказал «Тс-с-с!», после чего прошептал вождю на ухо, показывая пальцем в потолок: «ОНИ за-пре-тили!! Только это ужасный секрет!» Насмеявшись вволю, Сталин серьезно заверил: «Оны раз-рэ-шат! Сдэлаэм!» Ну и, в конце, история не о самом Константине Сергеевиче, а о том, как великий актёр Борис Ливанов готовился к встрече с ним. Однажды, в начале 1960-х годов, во Всероссийском театральном обществе показывали новый фильм режиссера С. Крамера «На берегу». На экране разворачивается трагедия гибели человечества в атомной войне. По окончании потрясенные зрители в немом молчании потянулись из зала. Кто-то шепотом спросил Бориса Николаевича Ливанова: — Правда, страшно? — Нет, — громко ответил Ливанов, любимый ученик Станиславского. — Я понял: бац! и здрасте, Константин Сергеевич! ![]() |