Летом 1845 года Достоевский приступил к новой повести – “Двойник”. Писатели и критики с нетерпением ожидали нового шедевра от молодого талантливого писателя. Белинский пригласил Достоевского прочесть первые главы повести на вечере, который устроил Белинский. Как вспоминал впоследствии Достоевский: “Три или четыре главы, которые я прочел, понравились Белинскому чрезвычайно (хотя и не стоили того). Но Белинский не знал конца повести и находился под обаянием “Бедных людей”.
В “Двойнике” Достоевский ввел в русский язык глагол “стушеваться”:( «Машинально осмотрелся кругом: ему пришло было на мысль как-нибудь, этак под рукой, бочком, втихомолку улизнуть от греха, этак взять да и стушеваться»), после чего он стал широко употребляться; на чтении глав из “Двойника” у Белинского и было употреблено это слово: “Ну вот тут-то, на этом чтении и употреблено было мною, в первый раз, слово “стушеваться”, столь потом распространившееся. Повесть все забыли, она и стоит того, а новое слово подхватили, усвоили и утвердили в литературе.
Слово “стушеваться” значит исчезнуть, уничтожиться, сойти, так сказать, на нет. Но уничтожиться не вдруг, не провалившись сквозь землю, с громом и треском, а, так сказать, деликатно, плавно, неприметно погрузившись в ничтожество. Похоже на то, как сбывает тень на затушеванной тушью полосе в рисунке, с черного постепенно на более светлое и наконец совсем на белое, на нет… Белинский прервал меня именно с тем, чтоб похвалить выражение”.
[699x700]