После отстранения мэра Лужкова московские люди все как с цепи сорвались. То ли накопилась давнишняя неприязнь, то ли и правда Церетели ужасный скульптор. Но дрязги и распиливание 98- метрового Петра похожи скорее на вопли Видоплясова, чем на серьезную работу в.и.о мэра Москвы.
[показать]И дался им Церетели – и много, и высоко, и некрасиво, и вообще идите нафиг, Зураб Константинович, вы – мегаломан. Только восемнадцать лет прикрытые кепкой петры, монументы на поклонной горе, скульптуры в московском зоопарке как будто никто не замечал, то ли из любезности, то ли из презрения. Теперь же все стали  недовольными ценителями прекрасного. Возмущаются, что Петр и велик, и страшен (ага, а Шемякинский Петр, сидящий в Петропавловке, удивительно прекрасен ликом), и вообще это Колумб, и всех буквально тошнит от одного вида нарезанного аккуратными ломтиками поклонногорского Змея.
Конечно, Зураб Константинович любит все крупное, и если бы он творил при дворе какого-нибудь фараона, быть бы египетской пустыне утыканной не только сфинксами и пирамидами, а всякими иными исполинами.
Удивительна не любовь скульптора к масштабным изваяниям, а то, что принято у нас хвалить и ругать лишь в двух случаях. Когда человек уже умер – стоит похвалить. Снять разные документальные киноленты, передачи, шоу, где все в угнетении возрыдают над почившим и забудут через день или два. А вот когда человек утратил доверие или всего лишь был сотоварищем того, кто утратил доверие, то стоит его ругать и всячески чморить. Это у нас называется «быть на волне». А так, судя по всему, всем глубоко начхать и на Церетели с его памятниками, и на всех прочих.
Москва против Зураба Церетели