О проекте «Сколково» говорят уже давно и много. Мол, это силиконовая долина, наш ответ иностранным ученым. Давно пора, и идея хорошая. Но вспомнилось Сколково в связи с Нобелевской премией по физике, которую, как уже известно, вручили иностранным ученым Андре Гейму и Константину Новоселову. Почему российские СМИ так упорно называют этих ребят «нашими» - не понятно.
[показать]Это извечная российская мнительность. В стране, где, по всей видимости, редко можно чем-то или кем-то гордиться, всегда найдутся те, кто назовет «нашими» и Миллу Йовович, и Ленни Кравица. Хотя вполне очевидно, что они никакие не наши. И это продукт исключительно голливудский, читай – американский. А русские или украинские корни совершенно не причем.
Возникает вопрос, для чего нам это? Почему наша страна сначала растекается мыслью по древу, и эта мысль, сообразив, что ей тут ничего не светит, бежит к иноземцам – в Америку ли, в Британию, не суть важно. А потом вдруг страна спохватывается и начинает судорожно махать флагом – «наши», указывая на людей, которым Россия уже совершенно не интересна. И по вполне понятным причинам. В своих интервью Гейм и Новоселов вполне доступно обрисовали разницу между научными изысканиями там и тут.
Сколково сейчас – возможность доказать и себе и людям, что мы чего-то стоим. И не нужно цепляться за «наших», чтобы думать о себе – ого, Россия получила Нобелевскую премию по физике. И, товарищи патриоты, есть российские ученые – Гинзбург и Алферов - которые получили премию Нобеля по физике, и про них можно со всем пафосом патриотического чувства сказать – наши.
Только важно ли, насколько «расово верным» является ученый или все же будем заниматься наукой?
Сколково и Нобель