когда до хрипоты, изнеможения
звал тебя по имени, хватал за рукав,
наша пленка отматывалась назад
в сотый раз от боли до крушения.

я каждый сон твой выбирал по баллам,
и мой ковчег вдруг превратился в кастинг.
мы были кошкой и собакой одной масти,
но даже этого для счастья было мало.

я некрасиво плакал твое имя в спины,
всех тех, в кого вытрахивал тебя до капли.
и не одна из них как ты не целовала,
и не одна из них как ты не пахла.