Минувшей субботой ваша авторша ходила в народ. Что было главным мотивом - поиск новых впечатлений, протест против собственного ленивого домоседства или банальная жадность? Может, всё это в равной степени? Так или иначе, я прельстилась на довольно-таки плохо оплачиваемую разовую подработку в типографии, вследствие чего вскочила засветло и потащилась на другой конец города. Мне повезло сразу найти нужную остановку и даже больше. Барышня, у которой я поинтересовалась, в какую сторону ехать к улице N-ской, углядела у меня в руках листок со знакомым объявлением и сказала, что сама направляется туда же и в тех же корыстных целях.
По дороге мы разговорились. Я не большой любитель болтать со случайными попутчиками, но ей уж очень хотелось. Она была откуда-то из ближайшего подмосковья, не слишком симпатичная, в довольно драных брюках. "А чего это ты на каблуках?" - спросила она. А почему бы нет? А потому что целый день стоять у станка на каблуках не очень удобно. "Мне-то особенно", - добавила она многозначительно. После этого я заметила, что она не просто полненькая, а очень даже беременная.
Страшновато мне, честно говоря, от этого мира, где беременные женщины вынуждены работать по выходным, в том числе стоя у станка...
Типография эта оказалась в каком-то полуподвальном помещении, не слишком ужасном, но и без буржуйских евроремонтов. В девять началась дневная смена: обошлось без заводского гудка, вступительных речей и прочих формальностей. Нас, рабочую силу, рассортировали по трудоспособности. Кого-то отправили собирать перекидные календари, кому-то доверили раскладывать эти календари по пакетикам и заниматься прочей ерундой. Четверых, видимо, самых живучих на вид, определили попарно к станкам брошюровать фирменные блокнотики для Сбербанка.
Это не было физически трудно, это не было даже шумно. Зато на весь цех орало какое-то дурацкое радио. И моя, так сказать, напарница, двадцатитрёхлетняя девочка М. увлечённо трындела про то, какие все мужики козлы. Особенно Стас Михайлов. В перерывах между сказаниями о козлах она делала попытки обсуждать со мной сериалы, в самом широком диапазоне. Начиная от "Наруто" и кончая "Интернами". Никак не могла понять, как это я не смотрю телевизор и зачем тогда вообще живу на этом свете. А авторша наконец получила возможность поглазеть на всамделишнюю рабочую молодёжь версии двадцать первого века. И ответить на столь животрепещущий для потомственного москаля вопрос - "есть ли жизнь вне офиса?".
Оказалось, всё-таки есть: например, девочка М. офисной работой никогда не занималась, предпочитая более прикладные виды деятельности. Но, признаться честно, эта конкретная форма жизни мне не очень понравилась: грубоватая и резкая до агрессии, недовольная всем и вся. Она часами вещала и вещала про тупых мужиков, с которыми каши не сваришь, а я всё пыталась представить, какова же у неё будет семейная жизнь с такими замашками. Она была нечто среднее между атомным ледоколом и бензопилой. А в моменты затишья она могла совершенно мирно послать человека на три буквы или дружелюбно стукнуть его кулаком в печень. Святая простота нравов. Но на нервы действует изрядно. По крайней мере, за целый день мы так не поцапались, с чем я себя и поздравляю. Это был практически подвиг с моей стороны.
...И как же я после этой субботы ценю моих замечательных и милых в общении коллег и приятелей; всех, которые рядом, и всех, которые далеко, но всё равно рядом. Спасибо вам, уважаемые.