- Сейчас смотри налево, - говорит Ю., - Будет чудо.

Наш синенький "лансер" плавно преодолевает очередной холм и слева, действительно, открывается вид на залитый склоняющимся солнцем  монастырь.

"Ух ты-ы!", - машинально реагирую я, хотя на самом деле ничуть не впечатлена, а вовсе даже наоборот. За последние полгода я насмотрелась на такое количество храмов и кремлей, что удивить меня может разве что нечто из ряда вон. Признаться, я ожидала этого "из ряда вон"  от знаменитой Оптиной Пустыни. Перед поездкой куда-то я обычно стараюсь не смотреть фотографии, чтобы получился сюрприз, и на этот раз уже нафантазировала себе суровый серый бастион посреди выжженной солнцем степи. А тут - жизнерадостная нежно-пастельная разноцветность, сосновый бор и до города буквально рукой подать. Через пять минут, уже на подъезде, - очередное расстройство: Ю. рассказывает, что знаменитая легенда про раскаявшегося душегуба Оптия, основавшего данную обитель, не имеет никаких исторических оснований. Вот так поворот. А я всю дорогу, все четыре с половиной часа ломала голову над психологическим портретом этого несуществующего персонажа. Ёлки-палки, не зря он казался мне таким неправдоподобным.

[545x406]

Паркуемся на стоянке, процентов на восемьдесят заполненной. С облегчением вываливаемся из душной кабины на тридцатиградусною жару и бежим устраиваться в местную гостиницу для паломников. Ю. предрекает, что мест, возможно, уже нет и нам грозит ночевать в машине. Я заверяю, что всё будет хорошо и вообще мы сюда не дрыхнуть же приехали, правда?

Свободные места оказываются в изобилии, мне остаётся только молча удивляться, зачем это в коридорах стоят застеленные раскладушки. Ну и "европейский" вид общежития меня тоже приятно удивил. Всё безукоризненно чисто и опрятно, в том числе и санузел, вот только количество человек в комнате не совсем люксовое. (Справа за кадром ещё две койки. Цена удовольствия - триста рублей в сутки)

[566x388]

Бросаем сумки и отправляемся на вечернюю службу. Сам храм и изнутри, и снаружи не особо впечатляет, впрочем, продвинуться дальше середины и рассмотреть главные интересности мне так и не удалось, а в тот вечер я и вовсе застряла почти на пороге. Внутри - толпа. Толпа медленно циркулирует: кто-то выходит, кто-то проходит глубже, так что я почти сразу теряю Ю. Но мне и всё равно: я слушаю. В голове копошится некошерная мысль, что в ближайшем прошлом здесь принял постриг коллектив какого-то оперного театра, по крайней мере, мужская его часть.

Через полтора часа запас кислорода в организме окончательно оканчивается и я сбегаю на улицу. В садике, у распахнутых окон храма стоят люди и слушают. Умные! Однако я понимаю, что мой мозг уже слишком отключился, чтобы ещё что-то думать даже на свежем воздухе, и иду провертиваться к реке. Тем более, что настаёт столь любимый киношниками и фотографами "золотой час" перед закатом.

[442x602]

Река называется Жиздра, но, несмотря на это, выглядит и пахнет вполне прилично. Там даже купаются. В жару она совсем обмелела и в лужах на песчаном пляже барахтаются пескарики. Как они пережили дневной зной - мне непонятно, но, по крайней мере, я уверена, что они не хотят это повторить завтра. Вылавливаю их руками и бросаю в реку. Купальщики весело таращатся.

Потом звонит Ю. и мы отправляемся ужинать в монастырскую "чайную". Там не то, чтобы дорого, но и не то, чтобы дёшево. Съедаю вкусную рыбную котлету за 60 рублей и покупаю бутылку самодельного кваса за 100. Начинаю бурно восхищаться квасом, но Ю. отнекивается, прикрываясь своим водительским статусом. Можно подумать, я портвейн предлагаю.

Кстати, на всём, что продаётся в черте монастырской ограды, ценников нет, а есть карточки с надписями вроде "пожертвование за пирожок - 15 рублей". Так мило.

[604x453]


Зы. первая фотка - из интернета.