[700x525]
Согласно учению Пифагора, сама Вселенная представ­ляет собой грандиозный монохорд, чья струна протянулась от земли до небес. Ее верхний конец соединен с абсолют­ным духом, тогда как нижний — с абсолютной материей. Изучение музыки как точной науки ведет к познанию всех проявлений бытия. Пифагор прикладывал открытый им закон гармонических интервалов ко всем природным явле­ниям, стремясь доказать, что и стихии, и планеты, и созвез­дия связаны между собой гармоническими отношениями.

Пифагору принадлежит учение о «музыке сфер»: он ут­верждал, что движение каждого небесного тела через кос­мическое пространство рождает звук. Звуки эти способен услышать лишь тот, кто специально разовьет свой слух для этой цели. И тогда «музыка сфер» зазвучит для него гар­моническими интервалами монохорда.

Для Пифагора и его учеников понятие «музыка сфер» было не просто метафорой. По преданию, великий философ и в самом деле обладал способностью слышать, как плывут планеты по своим небесным орбитам. Проблема взаимосвязи звука и небесных тел на протяжении многих веков волновала умы многих мыслителей. И лишь недав­но, используя математические принципы, основанные на вычислении орбитальной скорости планет, ученым удалось соотнести определенные звуки с определенными планета­ми. И вот удивительный результат: эти звуки оказались гармонически связанными. Быть может, удивительное умение древнего философа улавливать «музыку сфер» не было мифом.


До сих пор мы рассматривали гармоники лишь как му­зыкальный феномен. Однако гармоники порождаются любой формой вибрации. Слуховые возможности чело­века далеко не беспредельны. Но тот факт, что наше ухо способно воспринимать колебания лишь от 16 до 25 000 Гц, вовсе не означает, что за пределами этого ог­раниченного диапазона не существует неисчислимого множества звуковых волн, которые мы просто не слы­шим. Вибрация порождает гармоники независимо от того, что именно является ее источником. А поскольку Вселенная, по сути, и состоит из вибраций, то каждый заключенный в ней объект — от электрона, вращающе­гося вокруг ядра атома, до планеты, вращающейся вокруг звезды, — обладает собственным основным тоном и обертонами.

На острове Кротон располагалась школа Пифагора, где он посвящал неофитов в тайны Вселенной. Обучение в ней состояло из трех этапов. На первом уровне, где глав­ным учебным пособием служил монохорд, ученики-«аку-стики» овладевали умением распознавать и затем вос­производить различные музыкальные интервалы. Второй уровень— ступень «математиков» — был посвящен собственно цифрам и вычислениям. Он же был этапом духовного и физического очищения и достижения полно­го контроля над эмоциями и помыслами. Ученик мог пе­рейти на следующий уровень лишь при условии, что и разум его, и тело достойны воспринять священное знание. На третьем, и высшем, этапе «избранные» ученики при­общались к таинствам духовного перерождения и исце­ления музыкой.

До наших дней дошли лишь скудные фрагменты того курса, которым завершалось обучение в школе Пифа­гора. Разработанные им теоремы и закон музыкальных интервалов сейчас являются неотъемлемым элементом математики и теории музыки, причем той их части, ко­торую мы используем в повседневной жизни. А его фи­лософские концепции, такие как «музыка сфер», нахо­дят применение во все новых и новых эзотерических доктринах. Однако следует признать, что все это — про­цессы последних лет. До недавнего времени секреты исцеления с помощью звука и музыки были почти утра­чены.

(Монохорд — однострунный музыкальный инструмент, распространенный в Древней Греции и Риме, а также в Запад­ной Европе до XIX в.)

«ЛЯМБДОМА»

Попытки восстановить тайное учение Пифагора о звуке не прекращаются и по сей день. Предметом особого инте­реса и горячих дискуссий среди ученых является загадоч­ная схема, именуемая «таблицей Пифагора» или «табли­цей лямбдомы». Считается, что «лямбдому» открыл Пи­фагор, а неопифагореец Ямвлих сохранил ее для потомков. «Лямбдома» — древняя теория, стоящая на стыке мате­матики и музыки и связывающая музыку с учением о ма­тематических соотношениях.

«Лямбдома» издавна привлекала к себе внимание ма­тематиков и других ученых. Считается, что она таит в себе глубокое эзотерическое знание о взаимоотношениях ма­терии и духа, а также что она представляет собой число­вое отображение Мировой Души.

«Таблица лямбдомы» состоит из двух частей. В одной представлены частоты, соответствующие делению струны. Во второй — гармонические ряды, соответствующие этим частотам.

Теория Кайзера и «лямбдома»

В 20-е гг. XX в. немецкий ученый Ганс Кайзер разработал
на основе «лямбдомы» теорию мировых гармоник. Он об­
наружил, что принципы гармонической структуры в приро­
де описываются законом соотношения звуковых гармоник.
Самого себя и последователей своей теории Кайзер окре­
стил «гармонистами». Много лет он посвятил возрожде­
нию науки о гармониках, стремясь вернуть ей былую славу.
Исследование принципов, лежащих в основе взаимосвязи
между музыкой и математикой, считал Кайзер, позволяет
вывести законы взаимосвязи между тонами и числами.
Таким образом, становится возможным выводить качество
(тон, слуховое восприятие частоты) из количества (число)
и, наоборот, количество из качества. В своей работе «Ак-
роазис» (греч. — «слух, слуховое восприятие») Кайзер
писал:

«Западная наука родилась в тот момент, когда была от­крыта и получила числовое выражение взаимосвязь меж­ду высотой тона и длиной струны — то есть была создана формула, позволяющая с предельной точностью выводить качество (высоту тона) из количества (длины струны или волны)».

По мнению Кайзера, утрата этого древнего учения и стала причиной того, что между понятиями «наука» и «душа» пролегла непреодолимая пропасть. Однако он не переставал надеяться, что, преодолев забвение, на­ука о гармониках вновь свяжет в единое целое материю и дух.

В соответствии с теорией Кайзера, принцип соотноше­ния целых чисел лежит в основе не только учения о гармо­никах, но и множества других наук о живой и неживой природе — химии, физики, кристаллографии, астрономии, архитектуры, спектрального анализа, ботаники.