Владыка Митрофан (Баданин) рассуждает о трудностях пути, который, по его убеждению, нам необходимо пройти, если мы хотим жить в настоящей, а не игрушечно-православной России; о трудностях Церкви; лживых идеалах, разваливших великую империю; о христианском просвещении в России, честном подходе к составлению жизнеописаний святых; о русской деревне, которая давала преподобных и воинов, спасавших страну из века в век; о вредных для христиан страхованиях и о спасительном страхе – Божием.
Не только и не столько «благоукрашенность»
– Владыка, каковы сейчас беды и радости Североморской епархии?
– Я думаю, само нынешнее существование нашей Североморской епархии – это одна большая радость и благодарность Господу за Его к нам благоволение и споспешествование всем нашим благим начинаниям. Мы с вами сейчас находимся в духовно-просветительском центре Североморской епархии. Мог ли я, да и все мы, мечтать о таких возможностях, о том, что в городе Североморске, столице Северного флота, появится такой замечательный просветительский центр? Речь идет не только и не столько об очевидной «благоукрашенности», сколько о его духовной и образовательной притягательности как для воцерковленных православных людей, так и для тех, кто еще находится в духовном поиске.
Центральная задача нашей «епархии Северных морей» – окормление моряков-североморцев, и наши священники, естественно, большую часть работы проводят непосредственно на кораблях и в частях. Но и здесь у нас в центре на постоянной основе идут занятия: собираются руководители органов воспитания военнослужащих Северного флота, всех его соединений и частей – серьезные люди, старшие офицеры. С ними мы проводим занятия, лекции. Непременный элемент этой работы – посещение выставок различной тематики, которые мы здесь разворачиваем. В дни Великого поста здесь, например, проходила выставка, посвященная истории Туринской плащаницы.
Таким образом удается осуществлять комплексный подход как в духовной работе, так и в образовательной: и то, и другое нам сейчас просто необходимо.
Надо сказать, что выставку о Туринской плащанице мы подготовили своими силами: лет семь назад мы видели подобную выставку в музее в Мурманске и поняли, что в состоянии сами сделать что-то такое же и даже лучше. Судя по интересу посетителей и их откликам, это нам вполне удалось. Мы подготовили экспонаты, которые, можно сказать, «кожей» позволяют почувствовать всё то, что довелось пережить нашему Спасителю. Помимо копии самой погребальной плащаницы, у нас выставлены копии римской плети для бичевания (флагрума), Терновый венец, копия Копья Лонгина-сотника, образцы гвоздей… Это производит очень большое впечатление на людей, и я думаю, выставка оказалась очень уместной в дни Великого поста.
Следующую выставку мы предполагаем посвятить творчеству художника Павла Рыженко: «Духовные вехи России». Будут представлены его картины, к которым мною подготовлены короткие аннотации, позволяющие лучше вникнуть в глубину художественного замысла автора, погрузиться в самую суть исторического сюжета каждого полотна.
Павел Рыженко скончался внезапно, и мы были, по сути, последними, с кем он встречался здесь, на Северном флоте. И потому предстоящая выставка его работ – своего рода дань памяти в эти дни трехлетия с момента его безвременной кончины в июле 2014 года. Павел Викторович был приглашен посетить наши края командованием флота: мы обратились с просьбой написать картину под названием «Девятый отсек», посвященную трагедии АПЛ «Курск».
Из фонаря подлодки «Курск» изготовлена лампада. Водолазы специально подняли этот плафон, и он теперь светит, не угасая никогда
Суть сюжета картины – центральный эпизод подвига моряков «Курска», момент, когда несколько ребят-подводников, уцелевших после взрыва, собрались в последнем отсеке лодки и пишут прощальные письма. Это происходит при свете единственного источника – лампочки аварийного освещения. Из плафончика этого фонаря была изготовлена лампада. Водолазы осенью 2000 года специально подняли этот плафон, он теперь светит, не угасая никогда. Эта неугасимая лампада «Курска» горит в Видяево, в храме на престоле. Мною была написана книга с таким названием: «Неугасимая лампада “Курска”», посвященная духовным причинам той тяжелой трагедии в Баренцевом море.
Мы хотели, чтобы Павел Рыженко написал для Северного флота такую картину – она бы очень помогла, по нашему убеждению, воспитанию воинов-североморцев, пробуждению лучших качеств российского человека. Павел загорелся этой идеей, приехал со своей выставкой картин в Североморск. Экспозиция была развернута в Доме офицеров флота. Рассказы Павла на той выставке просто завораживали, он очень интересно говорил. Эти беседы, как было видно, оказались очень важны для командования флота и для всех, кто сумел тогда побывать в ДОФе. Это было некое «новое слово», новое видение истории нашей страны, возвращение к истокам. Возникало очень важное чувство скорби о понесенных утратах, нашей тоски о той России, «которую мы потеряли», но которая очень нам нужна, потому что мы оттуда родом.
Мой адрес – не дом и не улица…
– Да? И откуда же мы? Из какого века?
– Увы, но уже из коммунистического века и из атеистического воспитания. И ничего тут не поделаешь. И именно поэтому нам кровно необходимо переосмыслить свою историю, переработать ее не только головой, но и сердцем. И творчество Павла Рыженко обладает удивительной способностью: призвать человека приступить к этому переосмыслению, что и явится залогом и правильного устроения душ. Я бы назвал этот важный духовный процесс – «возвращением на Родину».
И когда пришла весть о скоропостижной кончине Павла, мы были потрясены. Картина не состоялась, но идея осталась. А Павел провел огромную работу: он спускался в отсеки подлодок, делал зарисовки подводников… Он скончался в 2014 году, в возрасте 43 лет, и сейчас мы делаем памятную выставку с помощью его вдовы Анастасии. Выставка картин поедет по всем гарнизонам, домам офицеров, культурным центрам епархии, по всем удаленным точкам, и везде мы будем говорить о великой истории нашей великой страны. И о том печальном юбилее, который проходит в этот год в России, – столетии страшных потрясений, радикально изменивших «генетический код» народа, вызвав синдром болезни «Ивана, родства не помнящего». И нет более важной задачи, чем исцелить душу нашего народа.
– По вашему мнению, это реальная задача? Возможно ли «возвращение на Родину»?
– Этот процесс не только желателен – он абсолютно неизбежен. Дело в том, что в противном случае не будет смысла в продолжении человеческой истории вообще. По моему глубокому убеждению, этим последним смыслом существования человеческой цивилизации наиболее выраженно обладает только Россия со своим православным духом, с нашей сохранившейся в сердцах ортодоксией. И конечно же, в первую очередь с нашим сокровищем – Православной Церковью, которая хранит неповрежденно именно то, от чего всеми силами отказывается весь «цивилизованный» мир. При этом само слово «цивилизованный» следует брать в кавычки, равно как и слово «прогресс». Да и многие другие понятия на проверку оказываются лживыми, подложными.
Технические «достижения» создают лишь иллюзию прогресса, а в действительности усугубляют пустоту бытия
Вспомним в этой связи размышления академика Шафаревича, историка Данилевского о том, что гордым словом «прогресс» мы называем вовсе не прогресс, а регресс. Поскольку налицо постоянная, устойчивая тенденция деградации, примитивизации, обесценивания человеческой духовности, интеллекта, культуры. Все эти наши небывалые «достижения» технические создают некую иллюзию прогресса, а в действительности лишь усугубляют пустоту бытия, все больше раздробляя целостность человеческой личности, опутывая новыми связями, которые «раздербанивают» душу, дергая ее за эти бесчисленные нити. Надежда «цивилизованного» мира, гордый «человек разумный» – homo sapiens – терпит поражение на всех фронтах, становясь все более несчастным. И кроме того, человек, отвергнувший Бога, не может считаться «разумным», с ним произошла страшная беда – он повредился головой, по словам апостола: люди, называя себя мудрыми, обезумели (Рим. 1: 22).
– Тотальная подмена понятий: мир говорит фальшивыми словами, и мы подчас врем сами себе.
– Мы, к сожалению, видим, насколько энергично человек примитивизируется, как быстро и, боюсь, безвозвратно он утрачивает фундаментальную природную мудрость, простоту и гармонию, то, что, наверное, можно обозначить одним словом – целомудрие. Сегодня противостоит этому процессу, этому «шествию разрушителя» единственная реальная и спасительная сила – Православная Церковь. Человек, приходящий к вере, присоединяющийся к Церкви, получает особое чутье к распознанию этой беды, в нем возникает сила сопротивления.
Я прочитал, как однажды император Александр II, когда ему предложили на подпись бумагу, в которой было упомянуто слово «прогресс» («человеческий прогресс» – стояло в ней), подчеркнул красным карандашом и написал: «Никогда больше в официальных бумагах это слово не употреблять!» То есть у него, как у помазанника Божия, возникло сразу какое-то отторжение – может быть, не осознанное до конца, не сформулированное, но он запретил вообще употреблять это слово – «прогресс», видимо, чувствуя, что здесь сокрыта ложь. Так что могу с уверенностью сказать: человеческая история будет продолжаться до тех пор, пока есть люди, которые не утратили такое чутье, которые сопротивляются духовной деградации, то есть пока существует Православие.
Либо – возвращение домой, либо – жизнь в стране далече со свиньями
– Но, владыка, согласитесь – и вам это известно гораздо лучше, чем многим, – что даже в Православной Церкви России есть такие явления, которые ну никак не свидетельствуют о Христе, о верности Ему. Если даже наша Церковь подвергается страшным искушениям, то неужели есть надежда на то самое возвращение на Родину, о котором вы говорите?
– Во-первых, в самой Церкви нет изъяна и греха – она всегда столп и утверждение истины (1 Тим. 3: 15). Все изъяны и грехи несут в себе люди, в той или иной степени по своим немощам отступающие от этой истины.
Что же касается наших надежд, то я выше уже говорил о решительном выборе, который стоит перед человечеством. Это либо возрождение и «возвращение на Родину» и продолжение в таком случае человеческой истории – либо завершение человеческой истории. У нас лишь два этих пути. Мы имеем перед глазами классический пример на все времена – историю городов Содома и Гоморры. Этот пример – как обобщенная модель существования человечества в целом. Так было еще во времена Авраама, но такой же закон продолжал действовать в течение всей человеческой истории, и тем более действует сейчас, в последние времена для вас (1 Пет. 1: 20).
Почему Господь уничтожил именно эти города? Неужели в иных городах древнего мира не творился грех, не оскорблялась мораль, не попиралась нравственность? По толкованиям святых отцов, отличие духовного состояния упомянутых двух городов от иного ветхозаветного мира состояло в том, что их жители решили узаконить грех, придать ему статус нормы человеческой жизни. Таким образом предполагалось нейтрализовать чувство стыда, заглушить голос совести, устранить спасительные для души нравственные страдания человека, переживающего совершенное им греховное деяние. В итоге этих богоборческих усилий жизнь человека в Содоме и Гоморре потеряла смысл, благодатная перспектива покаяния и нравственного роста души была уничтожена. В те давние времена Господь положил конец этому пустоцвету в истории человечества, пролив дождем серу и огонь от Господа с неба, и ниспроверг города сии, и всю окрестность сию, и всех жителей городов сих, и произрастания земли (Быт. 19: 24–25).
Нечто подобное происходит сейчас на всей территории просвещенной Европы. Активно и открыто современное человечество, истлевающее в обольстительных похотях (Еф. 4: 22), стремится узаконить грех. И те вопросы, которые задавал Авраам Богу: «Ради скольких праведников Ты помилуешь эти города?», вновь встают перед нами. Мы помним, как Господь отвечал, уходя карать Содом и Гоморру, что помилует их и ради 50, и 40, и 30, и Авраам в своем отчаянном «торге» дошел до десяти – даже ради десяти оставшихся праведников Господь хотел бы помиловать эти города. Однако даже и стольких не нашлось в том людском сообществе, наверняка гордо считавшем себя прогрессивным, цивилизованным и очень либеральным. Человеческая история в масштабе этих городов стала просто-напросто бессмысленной. И их развалины покрыты ныне Мертвым морем.
Люди должны каяться, им должно быть стыдно, они должны мучиться от греха и сопротивляться ему
Человечество всегда грешило, ибо грех соединился с человеческой природой. Мир наш насквозь пронизан грехом. Но люди должны каяться, им должно быть стыдно, они должны мучиться от греха и сопротивляться ему. Ежели они окончательно встанут на путь нынешних западных цивилизаций, которые, можно сказать, напитались водами Мертвого моря, перестав даже стыдиться греха, краснеть от стыда, то человеческая история подходит к своему завершению.
В этой борьбе, в нашем противостоянии этому процессу столь трагического и постыдного завершения истории человечества – как раз вся суть нашего нынешнего служения. Я имею в виду всех православных христиан.
– Но католицизм ведь тоже не приемлет этого.
– Католицизм сегодня все более ослабевает. Я это знаю не понаслышке: я часто общаюсь с католиками. Католицизм ослабевает в своих возможностях противостоять греху в обществе: он теряет былое и некогда неоспоримое влияние. Идет стремительное уменьшение количества верующих людей. Западная церковь вступила в период упадка.
– Качественно или количественно?
– И качественно, и количественно. В свое время Святейший Патриарх Кирилл благословил меня участвовать во встречах, посвященных изучению католиками нашего православного духовного наследия, поэтому я довольно часто бываю в Италии. И я должен сказать, что у многих католиков, которые относятся к христианству всерьез, есть искреннее стремление к изучению опыта Православия. Они понимают, что ими утрачено очень многое, и это очень многое сейчас им вполне открыто и при их желании доступно. Святые отцы древности, их труды, всё великое восточное, православное наследие сейчас у католиков находит большой интерес, и есть немало тех, кто серьезно изучает его и принимает как огромный авторитет. На конференциях в Бозе выносятся важные темы. Например, роль человека как преобразователя тварного мира, его домоправителя. Или другая тема: о понятии «духовный отец», о том, что есть старчество, каков его современный уровень.
С епископом Североморским и Умбским Митрофаном (Баданиным) беседовал Петр Давыдов
10 мая 2017 г. http://www.pravoslavie.ru/103238.html