Французам отменили пенсионную реформу с пенсией в € 1000, а русские смирились за 15 тысяч рэ
Россиянам остается расслабиться и наслаждаться «стабильностью» Франция пошла на уступки протестующим из-за пенсионной реформы. Согласно новому проекту, представленному премьер-министром Эдуардом Филиппом, возраст выхода на пенсию все так же будет составлять 62 года. Однако если человек уйдет с работы до достижения 64 лет, то его выплаты будут урезаны. При полном трудовом стаже французы смогут претендовать на гарантированную пенсию в размере 1 тысячи евро. При этом изменения будут распространяться на тех, кто родился в 1975 году и позже, для остальных же расчет останется старым.

«Выше установленного законом возраста мы установили возраст равновесия — 64 года. Это будет средний возраст выхода сотрудников на пенсию через пять лет», — заявил глава французского правительства.

Общенациональная забастовка против пенсионной реформы во Франции началась 5 декабря. В Париже прекращали работу одиннадцать линий метро, были сбои в работе электричек, высокоскоростных поездов TGV и автобусов. В сети постоянно появляются кадры, на которых запечатлены драки протестующих и местной полиции. По подсчетам МВД, в этот день на акции протеста вышли около 800 тыс. человек более чем в 70 городах. 10 декабря прошла вторая масштабная акция. Главные организаторы — ведущие профсоюзы Франции, среди которых «Всеобщая конфедерация труда» (CGT) и «Сила рабочих» (FO). Ее планируется сделать бессрочной.Итак, во Франции мы видим уступку со стороны властей, которой не было бы, если бы не массовые протесты. А что в России? В России пенсионная реформа была принята гражданами на удивление спокойно, так что едва ли стоит ожидать и шагов правительства к смягчению реформы.

— Президент Макрон во время встречи нормандской четверки пошутил, что протесты в Париже никак не связаны с российской пенсионной реформой. И в этой шутке есть значительная доля истины: политическая культура Франции, разумеется, кардинально отличается от российской, — считает руководитель петербургского отделения незарегистрированной партии «Другая Россия» Андрей Дмитриев.

— Для рядового француза понятие его социальных прав — это святое и он готов по первому зову участвовать в митингах, забастовках, а то и в столкновениях с полицией. Посмотрите на движение желтых жилетов: они целый год (!) выходили на улицы на каждые выходные. И определенных уступок — по тем же ценам на бензин — добились. Теперь же в связи с пенсионной реформой это сменилось куда более массовыми демонстрациями, ну а забастовки транспортников и блокирование нефтеперерабатывающих заводов — это очень серьезно. Вот правительство и вынуждено реагировать, идти на попятную и предлагать гражданам какие-то более приемлемые для них варианты. Важна роль профсоюзов, которые все это организуют. А у нас рептильная шмаковская ФНПР, которая занимается распределением путевок и премий, как было в СССР. Но социализма-то теперь нет, трудящимся нужно бороться за свои права, а официозные профсоюзы только пресмыкаются перед властями.В России существует угрюмое недовольство пенсионной реформой, подкосившее рейтинги власти и первого лица, но и не менее стойкая убежденность, что протестовать бесполезно и власти все равно залезут в карман к нам и проведут, что хотят. Этот русский фатум довлеет над страной все последние 30 лет. Лишь однажды он был нарушен волнениями против монетизации льгот. Помнится, когда в Думе говорили, что народ выйдет на улицы, вице-премьер Зурабов отвечал: «Никуда ваш народ не выйдет». И просчитался. Но тогда власть одномоментно лишила уже вышедших на пенсию людей привычных вещей, типа права на бесплатный проезд. И получила натуральный бунт стариков, очень кстати результативный — я думаю, это были самые эффективные протесты за весь постсоветский период.

В случае же с пенсионной реформой изменения размазаны во времени, не касаются граждан «здесь и сейчас», волнуют в первую очередь людей лет 50-и, которые совсем не революционны по натуре, поэтому все недовольны, но бунтовать никто не готов. В общем, не Франция у нас, чем Кремль успешно пользуется.

По мнению исполнительного директора мониторинговой организации CIS-EMO Станислава Бышка, здесь речь идёт скорее не об уступке, а о компромиссе.

— Компромисс в принципе характерен для республиканской политической традиции Франции, причём он вовсе не расценивается как однозначный «проигрыш» той или другой стороны. Напротив, это легитимная часть политического процесса, не подменяющая, а идущая параллельно с выборами различных уровней.

«СП»: — Зачем вообще нужно было проводить пенсионную реформу и повышать пенсионный возраст? Что не так во французской экономике?

— Говоря о трудностях выхода развитых стран из мирового финансового кризиса, начавшегося в 2008 г., большинство комментаторов, что называется, не замечает в комнате слона. Слон — это увеличение средней продолжительности жизни с резким снижением рождаемости во всех развитых странах. Если бы с увеличением продолжительности жизни рождаемость хотя бы оставалась на прежнем уровне, равном, скажем, 2,5 рождениям на семью, то необходимость поднимать пенсионный возраст вряд ли рассматривалась бы. Новые поколения, обеспечивая себя, обеспечивали бы также и тех, кто продолжает жить на уровне сравнительно высокого потребления, будучи на пенсии. Поскольку этого нет и не предвидится, поднимают пенсионный возраст. Плюс роботизация не идёт с достаточной скоростью, да и мигранты в целом не меняют в лучшую сторону общую картину.

Это объяснение гораздо более психологически болезненное для принятия, чем традиционные указания на желающих присвоить народные деньги капиталистов, глобалистов, космополитов и кого ещё там. Но демография, как и статистика, — вещь упрямая............. ПАРДОН! Не успел.... Статью убрали. Она была размещена на сайте Свободной Прессы. Но самая суть есть. Потому и решил все таки выложить. [more/]