Будучи на даче, написал в кабинетной тиши два небольших рассказа.
Привожу первый из них



ОТБОР СЕКРЕТАРШИ

Семен Акакиевич Блювштейн разбогател.
Ну не то чтобы очень. Как, например, Абрамович или Дерипаска. Но вполне.
До такой степени, что смог позволить себе открыть сверкающий новой мебелью и паркетным полом офис. И стол буквой «Т». Семен с детства мечтал о таком столе. И о кожаном кресле, в котором он будет сидеть, свысока взирая на подчиненных, кои журавлиной стаей растянутся вдаль начальственного кабинета.
Мечта сбылась.
Не будем вдаваться в подробности, каким образом Акакиевич заработал столько денег. Мы же не в налоговой инспекции служим. Заработал и заработал. Где-то у кого-то убыло, а у Семена Блювштейна прибыло. Закон природы. К умным деньги сами тянутся. Как девушки к поющему Диме Билану. А Семен с раннего детства считал себя умным. Потому что у него было три страсти: деньги, женщины и… шахматы. Обычно у обычных людей третьей страстью бывает вино, которое в двадцатом веке было заменено на водку. Но Семен был выше толпы.
Итак. Начальник есть. Офис в наличие. Что не хватает? Правильно – секретарши. Какая должна быть секретарша у умного человека, имеющего три вышеперечисленные страсти? Вы правильно догадались: стройная, красивая, сексуальная и умеющая играть в шахматы. Чтобы шефу не было скучно одному сидеть в кресле и бесцельно чирикать карандашом по чистому листу бумаги.
Тут надо оговорится, известив читателя о том, что Семен Акакиевич был женат. Его Роза была толста в талии, имела бородавку на тройном подбородке, красивые усы и ревнивый характер. На ней Семен женился не просто так. Вы уже наверняка поняли, читатель, зачем он это сделал. Иначе не было бы у Блювштейна такого красивого офиса. Правда, внешне наш герой мало чем отличался от супруги, но он всегда считал себя неотразимым мачо. Ибо хорошо играл в шахматы. Значит – умный. А ум мужчины – самое сильное возбуждающее средство для женщин. Или почти самое. С умом постоянно конкурируют большие деньги. Логичная цепочка? Конечно. Поскольку возражений нет, вернемся к офису и секретарше.

Семен дал объявление в популярные газеты. С вышеперечисленными достоинствами, коими должны были обладать претендентки на кресло секретарши Блювштейна. Со всеми вытекающими последствиями. Для приманки Семен обозначил головокружительную зарплату. В первое же утро коридор перед входом в офис Акакиевича был заполнен гудящей толпой короткоюбочных девиц. Но их ждало суровое испытание. Не в обычном смысле, который так распространен среди начальства офисного планктона. Нет. Хотя начальник заблаговременно приказал купить и доставить в кабинет широкий диван с кожаной обивкой из благородного крокодила. Девицы проходили другое тестирование. Когда первая претендентка, вся красная, вылетела из дверей кабинета в коридор, ее обступили встревоженные претендентки.
- Ну что? Взял?
- Козлина жирная! А я то дура, в пять утра приперлась, занимала очередь! Тьфу! Идиот!
И разгневанная девица быстро покинула озадаченную толпу претенденток.
Спустя некоторое время по коридору разнесся ошеломляющий слух: начальник встречает девушек за шахматным столиком, на котором стоят странные часы с двойным циферблатом и предлагает девушке для начала сыграть партию в блиц. По пять минут на всё-про-всё. Демонстрируя явные навыки владения шахматным искусством и, в отличие от прекрасного пола, не промахивался толстым пальцем по кнопке этих ужасных часов.

В коридоре заметно поредело.

Некоторые девушки выходили из кабинета Семена заплаканными. Они так надеялись получить такую замечательную работу, да еще с такой высочайшей зарплатой. Фразу об умении играть в шахматы из рекламного объявление принимали за шутку, чудачество, надеясь при помощи своих неотразимых женских прелестей покорить начальника. Но Семен был неумолим. Он выигрывал партию за партией, упиваясь властью и своим недюжинным умом. Недаром в далеком детстве он был чемпионом среди школьников родного Житомира. А потом стал крепчайшим кандидатом в мастера спорта.
Первый день приема на работу закончился полным фиаско для претенденток. Ни одна не прошла главной фазы отбора. Второй и третий дни принесли тот же результат. По району поползли тревожные слухи. Семен дал новое объявление, в котором завысил зарплату будущей счастливой секретарши до небес. В коридоре стали толпиться дурнушки. Те, которые когда-то занимались шахматами в спортивных школах и даже играли на соревнованиях. Но Семен их сразу выставлял вон, даже не предлагая пройти первый шахматный тест. Дурнушки ему были не нужны. Зря что ли он такой дорогой диван покупал?
Так прошла неделя. Теперь уже не район был в курсе странных событий в офисе Блювштейна, а практически весь город. Все теперь знали, что никакая женщина не сможет справиться с гигантским интеллектом Блювштейна. Акции его фирмы стремительно поползли вверх.

На восьмой день в офисном коридоре стало практически пустынно. Семен сам себе налил кофе, сам позвонил на биржу, чтобы с удовольствием узнать очередные приятные для него новости, сел за шахматный столик и уже развернул свежий номер журнала «64», как в дверь его кабинета тихо постучали.
- Да! – воскликнул Семен, предвкушая новые приятные ощущения демонстрации своего гигантского интеллекта перед презренными курицами в коротких юбках.
- Можно? – дверь приоткрылась, и в кабинет робко вошла красивая черноволосая девушка с большими карими глазами. Она была одета скромно, юбка едва не касалась смуглых коленок, руки были закрыты тонкой материей кофточки, только широкий вырез ее обнажал приятные округлости груди, и тот вечно волнующий мужской взгляд разрез, границу между ее половинками, по которому всегда хочется нежно провести пальцем.
- Входите, садитесь, я внимательно слушаю вас! – Семен указал рукой в сторону столика с фигурами и отложил в сторону издание, которое он уже давно не читал, но его шахматные успехи последней недели побудили к мысли «тряхнуть стариной», и, черт возьми, снова заняться любимой игрой. Стать, наконец, мастером, а то и гроссмейстером. Ведь по слухам, в последние десятилетия эти недосягаемые для Семена звания сильно девальвировались и их обладателями становились полные лохи. С точки зрения бывшего чемпиона Житомира.
- На работу секретарши здесь отбирают? – с явным волнением в голосе произнесла незнакомка.
- Здесь… здесь… - Семен развалился в кожаном кресле, пожирая девушку глазами. – Только странно, что вы не слышали условия отбора. Весь город уже знает, а вы нет!
- Я только вернулась из деревни, гостила там все лето у бабушки, - скромно молвила девица, поправляя юбку, всколыхнувшуюся при приземлении на стул.
«А у нее красивые ножки… - мысленно отметил Семен, направляясь к шахматному столику. – Может, взять ее таки на работу? Правда, с зарплатой, в десять раз меньшей, чем я обещал в газетах.»
- Ну-с, если вы читали объявление, тогда начнем-с! – воскликнул начальник, поправив шахматные фигуры. – Условия простые. Если проигрываете блиц, то свободны. Если выигрываете, то будете приняты на работу!
- С обещанной зарплатой? – наивно спросила девушка.
- А как же! Мое слово – кремень! – гордой ответил Блювштейн. – Как настоящий джентльмен даю вам возможность играть белыми.
И хвастливо добавил:
- Если я проиграю хотя бы одной женщине, то съем страницу шахматного журнала!
Как вы уже догадываетесь, уважаемый читатель, первую партию Семен продул. Он внезапно для себя зевнул целую фигуру, коня. И девица, хотя и с большим трудом, но дотянула партию до победы.
Семен Акакиевич побагровел, когда на его часах внезапно упал флажок.
- Это не считается! – заявил он, буравя взглядом черноволосую красавицу. – Я с утра не в форме! Не выпил даже кофе. Так что, давай – иди в предбанник и приготовь мне чашечку! Заодно посмотрим, как ты умеешь готовить кофе!
- Но вы же обещали… - робко начала претендентка. – Съеште хотя бы страницу…
- Мали ли что я обещал! – заорал Блювштейн. – Я начальник! Хозяин своего слова! Дал его и взял его! Непонятно? Тогда пошла прочь!
- Хорошо… я приготовлю вам кофе, - скромно ответила девушка и, поднявшись со стула, направилась в предбанник.
«Хороша задница… - снова нескромно подумал Семен. – Сейчас разобью ее в шахматы в пух и прах, а потом, пожалуй, завалю на диван, это будет второй тест, но зарплату уменьшу в пять раз от объявленной».
Он возбужденно расставлял фигуры, не видя, как готовит кофе красивая шахматистка. И зря, между прочим.
После выпитого кофе Семен Блювштейн преобразился. Он выпятил грудь, почувствовал огромный прилив сил и сексуальных желаний. Даже волнение, столь необходимое для качественной шахматной игры и качественного секса.

После третьей проигранной партии Семен заявил:
- Так неинтересно! Давай будем играть на деньги!
Он сам себя не узнавал. Как будто черт вселился в него после той чашки кофе. Всегда такой осторожный, Семен превратился в подобие безалаберного гуляки, азартного карточного игрока, бросающего на зеленое сукно все состояние.
Он и бросил.
После двенадцатой партии все наличные деньги Семена перекочевали в сумочку прекрасной незнакомки. Потом он проиграл стол буквой «Т», кожаный диван из кожи благородного крокодила, все компьютеры и даже шахматный столик с резными фигурами. Тогда Семен бросил на кон акции фирмы.
Когда кончился шахматный марафон из тридцати партий, девушка встала, набрала номер телефона охраны и мило промолвила:
- Говорит хозяйка фирмы. Пожалуйста, зайдите в наш офис и выпроводите одного слишком взволнованного гражданина.
Два дюжих охранника уже волокли сучащего ногами Акакиевича к выходу, как он заорал:
- Я не все проиграл здесь! Отдай мне шахматный журнал! Я потренируюсь и возьму у тебя реванш!
Девушка отдала бывшему главе фирмы журнал и, когда того окончательно выволокли из помещения, набрала на телефоне несколько цифр.
- Алена! Привет. Я отомстила за тебя, спасибо за наводку и порошок из казино. Приезжай, будешь у меня секретаршей!
Дома опустошенный и взволнованный Семен, не отвечая на вопросы разъяренной жены, достал свой комплект фигур, которыми его в детстве научил руководить отец, развернул журнал. Он нашел первую попавшуюся на глаза опубликованную партию, стал разыгрывать ее на доске, пробуя угадать ходы гроссмейстеров. У него плохо получалось. Семен в ярости стал рвать журнал на части. Внезапно, один из листов легкой чайкой скользнул по воздуху и улегся перед глазами неудачника. И без того выпуклый взор Блювшейна расширился до неузнаваемости. Роза вскрикнула и побежала звонить знакомому психиатру. Со страницы журнала на Семена глядело лицо девицы, так жестоко обыгравшей его в блиц. Под фотографией мелким шрифтом было написано: «Экс-чемпионка мира по шахматам Марина Востенюк…
Далее буквы слились в глазах Семена в одну черную линию, он отчаянно, безысходно, страшно завыл низким голосом и, порвав портрет шахматистки, съел его, даже не запивая водой.



[показать]