[253x175]
"Вы помните, Ватсон, то секретное дело, связанное с похищением золотого Будды из императорского дворца?" - спросил Холмс, скользя взглядом по японской газете, которую он начал выписывать с прошлой недели. "Холмс, раз вы сказали, что об этом деле я не имею права даже упоминать нигде в течение ближайших десяти лет, то можете считать, что я о нем забыл" - ответил я, с любопытством глядя на страницу, усеянную "пляшущими человечками" (именно такая ассоциация возникла у меня при первом знакомстве с японской прессой). "Ход ваших мыслей абсолютно верен, Ватсон, но для вашего сведения могу сообщить, что все завершилось наилучшим образом - в газете написано, что инспектор Кобаяси, который к нам приезжал за консультацией, назначен главным инспектором и переведен в Токийскую префектуру; следовательно, все, что мы предполагали, случилось на самом деле". В это время в комнату вошла миссис Хадсон, неся в руках поднос с чаем; заметив в руках Холмса газету, она попросила: "Почитайте вслух по-японски, мистер Холмс, с тех пор, как вы получаете эту газету, мне безумно интересно было бы послушать эту японскую речь". "Миссис Хадсон, вы же прекрасно знаете, что я не говорю по-японски; с таким же успехом почитать вам эту газету может Ватсон" - довольно резко, на мой взгляд, ответил на ее просьбу Холмс. "Но я же вижу, что вы ее читаете, мистер Холмс" - проявила настойчивость наша квартирная хозяйка. На это Холмс со странно застывшим выражением лица ответил, предельно четко выговаривая каждый слог: "Я не читаю, миссис Хадсон, я перевожу". У бедной старушки буквально отвисла нижняя челюсть; она застыла на месте, но затем, как бы спохватившись, медленно развернулась и с королевским достоинством покинула нашу комнату, не забыв при этом оставить поднос на столике.
Источник