давние времена (а кое-где и в наши дни) в жизни разных народов, в основном первобытных, существовало такое явление, как табу. Слово это взято из полинезийских языков и означает особый вид запрета. Под страхом наказания свыше, гнева богов или духов людям запрещалось совершать определенные действия, произносить некоторые слова и так далее. Считалось, что несоблюдение табу способно навлечь беды не только на нарушителя, но и на его соплеменников.

Не все запреты легко объяснить с позиции здравого смысла, поскольку многие из них вызваны к жизни религиозными представлениями и различными суевериями. Например, у чукчей еще в начале ХХ века женщинам запрещалось произносить в словах звук, похожий на наш [р]. Его надо было заменять другими звуками.
У народов Европы тоже когда-то существовали свои табу. Интересно, что некоторые из них оставили след в языке, ведь словам приписывалась магическая сила.
В результате одного из таких запретов славянские языки утратили слово, служившее для обозначения медведя. Сравнив данные других индоевропейских языков, исследователи реконструировали праиндоевропейское наименование этого хищника. Оно звучало приблизительно как *rktos или *orktos; от него произошли греческое arktos, латинское ursus и другие. А вот в славянских языках никаких «потомков» орктоса нет, есть одни медведи… Почему?

Наиболее вероятное объяснение этому – табу. Название медведя нельзя было употреблять: по распространенному когда-то верованию, слово и обозначаемый им предмет связаны особой связью. Назовешь «истинное имя» зверя – придет он на твой зов. А если учесть, что медведь – сильный и опасный хищник, встреча с ним могла закончиться для человека плачевно. Вот и старались не называть медведя исконным наименованием, чтобы не навлечь беду. Придумали ему другое имя, иносказательное.
В современном русском языке корень в слове медведь один, но в праславянскую эпоху там было два корня. Один из них тот же, что в слове мед, другой – как в словах еда, поедать. Иначе говоря, медведь – это ‘едящий мед’. В интернете кое-где можно встретить версии, что второй корень там не -ед-, а -вед-, как в слове ведать; тогда медведь означает ‘ведающий мед’. Но лингвисты объясняют наличие звука [в] иначе: это не что иное, как след праиндоевропейского суффикса *ŭ в слове *medŭs.

Это был краткий звук [у], в последствии в славянских языках превратившийся в [в]. В древнерусском языке он часто появлялся при склонении слова медъ. Например, форма именительного падежа множественного числа была не меды, как теперь, а медове.
Так что же, исконное название медведя – *orktos или что-то подобное?
Как говорится, не факт.
Медведей опасались не только славяне, и табу существовали у многих народов. Вполне возможно, что и орктос – это замена какого-то другого, еще более древнего слова.
Какого? Вполне возможно, мы уже никогда об этом не узнаем.

https://zen.yandex.ru/media/id/5ab7cb51dd24841df54...0ecd9cae500aebedb0e?&from=feed