• Авторизация
Дневник Астронель Лента друзей - Дневник - Полная версия


Из романа Б. Акунина "Царь Пётр Алексеевич" 11-11-2017 08:34 к комментариям - к полной версии - понравилось!

Это цитата сообщения Сергей_Удачин Оригинальное сообщение

«Он был страшный, длинный, на слабых, тоненьких ножках»

ИЗ РОМАНА Б. АКУНИНА "ЦАРЬ ПЁТР АЛЕКСЕЕВИЧ"
В издательстве АСТ выходит пятый том «Истории российского государства» Бориса Акунина, посвящённый годам правления Петра Великого...

[700x371]
У царя Петра начинается депрессия, царевна Софья готовит государственный переворот, ну а мы с вами, друзья, с удовольствием читаем отрывок из нового исторического романа...
*******
Когда режим Софьи рухнул, Петру было семнадцать лет. К этому времени он уже вытянулся во весь свой великанский рост (201 сантиметр) и был женат, но взрослым назвать его было трудно.

Драматические события августа—сентября 1689 года, когда судьба государства висела на волоске, обошлись, в общем, без участия ≪младшего царя≫. Всё, что он сделал — при первом (недостоверном) слухе о стрелецкой опасности – по-детски сбежал из Преображенского в Троицу, а в дальнейшем действиями ≪нарышкинцев≫ руководил Борис Голицын.

Но вот противостояние завершилось. Софью заточили в монастырь, ≪старший царь≫ на соучастие в управлении не претендовал — казалось бы, Петру самое время стать из номинального монарха подлинным самодержцем, однако выяснилось, что он совершенно не готов к управлению государством и даже не имеет подобных устремлений. ≪Детство≫ Петра растянулось ещё на несколько лет.

[423x700]
Г. Кнеллер. Портрет Петра I, 1697
-----------------------
Воспитание (вернее, его отсутствие), пережитые в детском возрасте потрясения и особенности психофизической конституции — вот факторы, повлиявшие на формирование личности Петра.

Человеку, которому выпала странная судьба родиться в августейшей семье и очень рано взойти на престол, трудно сохранить нормальную психику — на нём слишком сконцентрировано внимание окружающих, очень велик набор стрессов и обязательств. Ощущение своей вознесённости над всеми остальными людьми, не оправданное ничем кроме Божьей воли, создаёт особый тип психики, для которой свойственны крайний эгоцентризм и ослабленная эмпатия. Впору было бы исследовать патологическое состояние ≪Синдром самодержца≫.

Как мы увидим, главный оппонент Петра шведский король Карл XII, сформировавшийся при сходных обстоятельствах, получился личностью ещё более диковинной, чем русский государь. В характере Петра странностей тоже хватало, но их и не могло не быть.

Представьте состояние десятилетнего мальчика, который живёт своей детской жизнью и даже не считается наследником — царь Фёдор молод, а есть и ещё один брат, Иван, шестью годами старше. Вдруг самодержец умирает, и маленький Пётр оказывается в эпицентре свирепой борьбы за власть. Сначала верх берут его родственники Нарышкины, мальчика объявляют государем всея Руси, начинают оказывать ему все подобающие знаки внимания, заставляют участвовать в пышных, малопонятных ему церемониях. Затем происходит кровавый стрелецкий путч. На глазах у ребёнка убивают его родственников и приближённых, он слышит истерические крики матери, видит свирепых, страшных людей, находится всецело в их власти. И вот он уже не самодержец, а ≪младший царь≫, которого отодвигают на задний план, третируют, унижают.

Хуже того — мальчик постоянно опасается за жизнь, потому что взрослые вокруг него всё время шепчутся о кознях Софьи, боятся, что Петра убьют или отравят.

Во времена Московского царства вообще много шепчутся о ядах. Подобные слухи часто возникают в связи с внезапной смертью или странной болезнью венценосной особы. Поговаривали, что от «злого зелья» умерли первая жена Ивана IV Анастасия и царь Фёдор Иоаннович, в 1605 году официально объявили, что отравился Борис Годунов. Попыткой отравления иностранцы-современники объясняли и знаменитые петровские судороги (о них речь ниже), несомненно пересказывая то, о чём говорили в России. Голштинский посланник граф Бассевич много лет спустя пишет как о чём-то общеизвестном: «Припадки эти были несчастным следствием яда, которым хотела отравить его властолюбивая сестра София». На самом деле убийства при помощи яда совсем не старомосковский метод устранения политических врагов — просто в силу недостаточного развития химии. Убивать убивали, но обычно более надёжным образом: оружием. Что, впрочем, не мешало августейшим персонам панически бояться яда.

При таком детстве и у совершенно здорового человека возникли бы проблемы с психикой, а Пётр здоровьем не отличался. Наследственность у него была очень тяжёлая: и царь Алексей (1629–1676), и царь Михаил (1597–1646) без конца хворали и рано умерли. Сын Натальи Нарышкиной казался современникам крепышом лишь по сравнению с совсем уж хилыми сыновьями Марии Милославской. На самом деле Пётр хоть и был физически силен, но часто болел, в зрелые годы постоянно лечился и прожил ненамного дольше, чем отец и дед.

В его облике ощущалась явная ненормальность, которую своим взглядом художника подмечает Валентин Серов, готовившийся написать серию петровских портретов: ≪Он [Пётр] был страшный: длинный, на слабых, тоненьких ножках и с такой маленькой, по отношению ко всему туловищу, головкой, что больше должен был походить на какое-то чучело с плохо приставленной головой, чем на живого человека. В лице у него был постоянный тик, и он вечно кроил рожи: мигал, дёргал ртом, водил носом и хлопал подбородком≫

Речь здесь идёт о хроническом тике, на который обращали внимание все, кто близко наблюдал царя. Левая половина его лица время от времени начинала дергаться, а иногда эти приступы переходили в серьёзный припадок, когда спазм охватывал шею, глаза закатывались под лоб, начинались конвульсии обеих левых конечностей. Андрей Нартов, личный токарь царя (очень важная должность при петровской любви к токарному ремеслу), рассказывает в своих записках: ≪Государь поистине имел иногда в нощное время такия конвульсии в теле, что клал с собою денщика Мурзина, за плеча котораго держась, засыпал, что я сам видел. Днём же нередко вскидывал головою кверху≫. Приступы происходили и в дневное время, в особо тяжелых случаях приводя к потере сознания.

Обычно Пётр приходил в себя через один-два часа, но однажды, в феврале 1711 года, пролежал так полтора дня. Граф Бассевич сообщает: ≪Появление припадков узнавали у него по известным судорожным движениям рта. Императрицу немедленно извещали о том. Она начинала говорить с ним, и звук её голоса тотчас успокаивал его; потом сажала его и брала, лаская, за голову, которую слегка почёсывала. Это производило на него магическое действие, и он засыпал в несколько минут. Чтоб не нарушать его сна, она держала его голову на своей груди, сидя неподвижно в продолжение двух или трёх часов. После того он просыпался совершенно свежим и бодрым. Между тем, прежде нежели она нашла такой простой способ успокаивать его, припадки эти были ужасом для его приближенных, причинили, говорят, несколько несчастий и всегда сопровождались страшною головною болью, которая продолжалась целые дни≫.

Источник 1
Источник 2

[373x31]

0_8b870_c5b98dc3_S (20x20, 1Kb)
вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Из романа Б. Акунина "Царь Пётр Алексеевич" | Астронель - Дневник Астронель | Лента друзей Астронель / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»