Смотрите также: Страницы истории-1

1. Рабочий Виктор Калмыков, прибывший на строительство Магнитки, 1930–е годы, Магнитогорск, СССР


Фото Макс Альперт

Классик отечественной фотографии Макс Альперт широко известный по снимку "Комбат", ставшему одним из символов войны, в довоенное время работал в журнале "СССР на стройке", объехал почти все знаковые объекты в стране. На строительстве Магнитки Альперт выбирает себе героя, землекопа Виктора Калмыкова, и делает о нем фоторепортаж "Гигант и строитель".

После этого Виктор Калмыков становится эталоном советского рабочего, о нем пишут, он получает образование, женится, переезжает из барака в квартиру, получает орден, быстро продвигается по партийной линии. Становится секретарём комитета ВЛКСМ промстроительства Магнитостроя, избирается делегатом VII конгресса Коминтерна в Москве.

Затем выясняется что он сын кулака. Его исключают из партии и комсомола за "За связь с врагами народа, за систематическое пьянство и бытовое разложение".

21 декабря 1937 года Виктора Калмыкова арестовали, отправили в Челябинскую тюрьму НКВД, судили и приговорили к высшей мере. Летом 1938 года эталонный советский рабочий Виктор Калмыков был расстрелян. Ему было 28 лет. Впоследствии был реабилитирован.

2. Письмо–платок Василия Лаищева, 1945 год



Переписка в тюрьмах была запрещена, но заключенные обходили нормы «социалистической законности» как могли. В 1945 году Василий Лаищев, пермский инженер–геодезист, сидя в КПЗ, нашел платок и красные нитки, и вышил:

«Добрые люди снесите платок по адресу за 20 руб. Молотов ул. Коммунистическая дом № 72 кв. 4. во флигеле. Лаищев Витя или № 70 детясли Ваулиной Поле - няне.

Витя, я в Ташкент не уехал, арестовали и посадили в тюрьму 1/VIII у театра. Оклеветал Цехотский. После суда переведут № 1. Сообщу, живи с матерью, припаси зим. одежду и продукты. Учебу продолжай. Носите передачи пишите и помните обо мне. Подателю деньги отдай, и носите передачи прощай».

Письмо не дошло: в камеру подсадили «наседку» (провокатора), который пообещал, что скоро выйдет на волю, вызвался отнести платок Вите и передал следователю.

Лаищева за «антисоветскую агитацию» осудили на 10 лет лагерей, срок он отбывал, работая на шахте в Инте, в 1949 году попал под завал и инвалидом был списан в страшный инвалидный лагерь в поселке Абезь, откуда освободился в 1955 году. Письмо приобщили к делу, где полвека спустя его и нашел уже немолодой сын Витя.

3. Разгон "Бульдозерной выставки", 1974 год, Москва



"Что это за лица? Вы что, рисовать не умеете? Мой внук и то лучше нарисует! … Что это такое? Вы что - мужики или педерасты проклятые, как вы можете так писать? Есть у вас совесть?"

Так высказался Хрущев при посещении выставки авангардистов в 1964 году. По окончании просмотра экспозиции он резюмировал: "Все это не нужно советскому народу. Понимаете, это я вам говорю! … Запретить! Все запретить! Прекратить это безобразие! Я приказываю! Я говорю! И проследить за всем! И на радио, и на телевидении, и в печати всех поклонников этого выкорчевать!"

Также он потребовал исключить из Союза художников и КПСС всех участников выставки, но оказалось, что практически никто из них ни там, ни там не состоял. Так или иначе, целый ряд течений в искусстве в СССР был загнан в подполье на долгие годы (хотя и до этого художники, творчество которых выходило за рамки соцреализма, подвергались критике и гонениям).

Нонконформистам от искусства не давали выставляться ни на одной выставке, но в 1974 году художники Александр Глезер и Оскар Рабин нашли лазейку. Они подали заявку в Моссовет о проведении показа картин на пустыре на окраине Москвы в Беляево. Ранее в СССР никогда не проводились подобные мероприятия на открытом воздухе, и на этот счет не существовало запретительных законов, поэтому формально выставку запретить не могли.

В назначенную дату - 15 сентября 1974 года - участников выставки с картинами начали задерживать уже у выхода из метро под предлогом того, что они попадают под описание разыскиваемых преступников. Тех, кому удалось добраться до пустыря, встретили работники милиции в одежде рабочих, машины с саженцами и тяжелая техника. В итоге под предлогом острой необходимости проведения "запланированного субботника" участников мероприятия разогнали при помощи брандспойтов и бульдозеров (в честь которых она впоследствии и получила свое название).

Большая часть картин была уничтожена, художников и посетителей избивали и задерживали. Корреспонденту The New York Times выбили зуб его же камерой, а на следующий день известие об инциденте украсило передовицу американской газеты. В итоге резонанс от разгона выставки на Западе вынудил власти дать задний ход. Спустя две недели при содействии правительства в Измайловском парке была проведена выставка экспериментального искусства, которая привлекла несколько десятков художников и несколько тысяч зрителей. Вернисаж вошел в историю как "четыре часа свободы" и дал дорогу другим выставкам нонконформистов.