Весна пришла, потеплело. Я перестала мёрзнуть в демисезонном пальто. И начала мёрзнуть в лёгком плаще.

А потом пришла зима. Снова. Вернулась.

Двадцать четвёртое апреля на дворе. Я хожу в шерстяном пальто и тёплой кепке, и нет, мне совсем не жарко.

Московский климат...

 

НПО «Космос» строит на Октябрьском поле… нет, не космодром, а всего лишь дорогу. Но мне приятнее думать, что всё-таки – космодром, а строительство эстакады – это просто прикрытие.

 

«Посмотри вперёд!»

Ставшая прямым продолжением пересказа истории о странной девушке, которой виделись призраки умерших людей, и сопровождаемая зловещим шорохом с лестницы, ведущей в подвал близлежащего дома, эта фраза прозвучала примерно как: «Посмотри вперёд, там – что-то совершенно ужасное, и сейчас оно нападёт на нас». Очень здорово прозвучала, короче.

Но ничего совершенно ужасного впереди не было. Был кусок дерева, рухнувший на дорогу и преградивший её, и мы – распрекрасно преодолевшие лабиринт из многочисленных веток.

 

Тысячу лет назад в наших краях был ураган. Ветер тогда повалил почти все деревья в моём родном парке. Деревья было безумно жалко, конечно. Особенно, огромную липу, под ветвями которой регулярно находились старинные монеты. Но ходить по стволам упавших деревьев было прекрасно. Гораздо приятнее, чем ходить по дорогам.

 

 

- Я мечтаю пойти в поход. С палаткой. Но что-то подсказывает мне, что из  трёх переменных – «я», «поход» и палатка» - только две могут нормально сосуществовать друг с другом в одной точке времени и пространства.

- Поход и палатка.

А я знаю, как съездить куда-то с палаткой так, чтоб – и с палаткой, и хорошо. Приезжаете в это куда-то с палаткой. Ставите палатку посреди своего номера. Очень хорошего номера, разумеется.

И - вуаля! Вы живёте в палатке, как и мечтали, вам хорошо, жизнь прекрасна.

Я – генератор гениальный идей, ага.