Вчера, наконец, увиделись с Настей. Чудесно погуляли по Филёвскому парку, поглядели очередной «Ледниковый период», ещё немного побродили по окрестностям Настиного дома, встретились там случайно с её родителями (надеюсь, они меня не очень испугались?), распрощались до новой встречи.

Настя тогда меня ещё спросила – я до метро-то дойду сама? Дойду, пообещала я. И ведь дошла. Правда, аж до «Делового центра» вместо «Багратионовской». Впрочем, обо всём по порядку.

Я уже давно заприметила в окрестностях Филёвского парка порт, причём не обычный, а грузовой. Сегодня, во время нашей прогулки, я вновь увидела тамошние краны и решила по дороге домой во что бы то ни стало туда заглянуть.

Решено – сделано. И вот вместо того, чтобы, расставшись с Настей, пойти к метро, я, на ночь глядя, рванула в порт. Прогулялась вдоль тамошней ограды – удивилась абсолютному отсутствию в ней дыр и присутствию колючей проволоки. Почти расстроилась.

Но тут на моём пути возник мост. С него, судя по его расположению, должен был открываться прекрасный вид на причал и доки. Гораздо лучший, чем с земли. В десятки раз лучший. Должен был – и действительно открывался. На радостях по этому поводу, я прогулялась поочерёдно по обеим сторонам моста, вышла в город на противоположной его стороне и пошла в сторону видневшегося неподалёку Делового Центра. Тогда мне казалось, что идти до него – всего ничего. Казалось.

Однако перспективы просто дойти до Делового Центра (а оттуда, по набережной, и до Кремля), мне было мало. Мне хотелось дойти до него поскорее. Поэтому я попыталась хоть немного срезать путь.  

 

Прогулявшись по незнакомому району, мимо каких-то складов и заводов, я вышла на набережную. Та, вопреки моим ожиданиям, оказалась не цивилизованной, как, скажем, наша, с пешеходными дорожками и автомобильной трассой, а совершенно дикой. И дойти по ней до высоток не было никакой возможности.

Что ж, пришлось идти не по ней, а вдоль, по ближайшей улице. Иду, иду себе по тротуару, вдруг вижу – дорога переходит в тропинку. В очень странную тропинку – узкую и с обеих стороной огороженную глухими, многометровыми заборами. С колючей проволокой. Ну и ладно, думаю. Рядом ведь заводы, склады, режимные объекты. Значит, и заборы должны быть. Думаю и продолжаю упорно идти вперёд. Вижу очередной мост. Взбираюсь на него и тут вдруг слышу – какой-то свист сзади с громогласный звон впереди. Повинуясь непонятно какому инстинкту, отступаю на несколько ступеней вниз. И, как показывает жизнь, очень правильно делаю, потому что в следующую секунду по мосту проносятся два состава. Это железнодорожный мост, а не пешеходный, понимаю я, наконец, и, разочарованная, бреду обратно – в город. Уже на выходе со странной тропинки слышу дикий вопль. Кричит определённо человек. Человек, на чьём месте мне совершенно не хотелось бы оказаться.

Возвращаюсь на магистраль. Нахожу там пешеходную дорожку. Продолжаю путь. Слева от меня – многополосное шоссе и очередная промзона, справа – холм и Деловой Центр вдали. А над моей головой вскоре оказываются белые полосы монорельса и высотных трасс. Некоторые из них – вполне рабочие, другие – ещё не достроены. Но все они выглядят совершенно невероятно. Особенно, на фоне небоскрёбов и заводских цехов.

Отыскав лестницу, взбираюсь наверх, на некое подобие моста. Обнаруживаю там скрытую за фанерным ограждением железную дорогу, шоссе и что-то вроде автобусной остановки. Только пути дальше, к сожалению, не вижу.

Приходится мне вновь спускаться с небес на землю. А потом долго искать переход на соседний тротуар. И перебегать дорогу где попало, не найдя таковой.

Уж теперь-то Деловой центр должен быть совсем близко, буквально в двух шагах. Подгоняемая абсолютной уверенностью в этом, я иду куда глаза глядят. И – вуаля – вскоре нахожу подтверждение своим догадкам. До набережной – семьсот метров, до Делового Центра – километр, гласит указатель, и на девятом часу блужданий по городу эта весть кажется мне чрезвычайно хорошей. Я просто ещё не знаю, что, пользуясь случаем, моё ассоциативное мышление немного попутало «Деловой центр» и «Киевскую».

Мысль о том, что я делаю что-то не то, впервые закрадывается ко мне в душу, когда, пройдя требуемые семьсот метров, и даже километр, я не обнаруживаю перед собой никакой набережной. Только пару небоскрёбов и стройку века. А на стройке у нас – что? Правильно, дикая пыль, которую я на дух не переношу. Однако отступать мне уже некуда.  Шатаясь по городу, я совершенно точно не видела никаких станций метро. Следовательно, они должны быть впереди. Во всяком случае, я на это очень надеюсь. А заодно хорошенько заматываюсь шарфом, поднимаю воротник пиджака и очень стараюсь не дышать.

Пять минут в этом хаосе. Десять, пятнадцать. С одной стороны – шоссе, с другой стройка. И никакого метро. Случайных прохожих тоже нет. Есть только многочисленные строители, которые смотрят на меня, решительно пробирающуюся сквозь клубы гари и пыли, несколько странно. И заборы-заборы-заборы. Ах да, ещё парочка строящихся небоскрёбов. Ещё необлицованные плиткой, они выглядят совершенно не привлекательно – чёрные, угловатые, колючие. Определённо не самое худшее зрелище в моей жизни, но и не самое приятное.

В какой-то момент в узких строительных коридорах начинают появляться люди в деловых костюмах. В обстановке всеобщей неустроенности, незавершённости они смотрятся совершенно неуместно, и именно поэтому я им так рада.

Вынырнув из очередного строительного коридора, попадаю в самый эпицентр стройки. Здесь свежего воздуха нет вообще. Несвежего, впрочем, уже тоже давно не осталось. Зато есть кто-то вроде прораба. Он внимательно следит за тем, как какой-то человек фотографирует стройку и выглядит вполне презентабельно. Куда лучше своих подчинённых. Оглядевшись по сторонам, но так и не обнаружив поблизости ничего обнадёживающего, спрашивают у него – где тут метро, любое? Он с сочувствием смотрит на меня и говорит, что вот же оно – через переход, в конце очередного наземного тоннеля.  Я заявляю, что это прекрасно, искренне благодарю его за поистине бесценную информацию и почти бегом несусь в нужном направлении.

«Деловой центр». Лишь увидев при входе на станцию сию вывеску, я осознала, что совершенно не ожидала её увидеть. Я ожидала увидеть «Киевскую» и только её. Даже надеялась дойти оттуда по набережной до Кремля, чтобы не ехать домой дольше десяти минут. Но, видимо, не судьба. Совсем не судьба, я бы даже сказала.

На дворе давно уже закат. Моя нога, обутая в изящные туфельки, переступает порог метрополитеновских владений. Я счастлива. Блестящее фойе в современном стиле, кассы, турникеты, эскалатор. Платформа. Она короткая, по большей части белая, с тёмными дырами-выходами к поездам, и вызывает у меня своим видом и атмосферой поистине экзистенциальный ужас. Едва ступив на неё, я уже хочу сбежать оттуда куда подальше. Единственное, что останавливает меня от исполнения этого желания, - это явное нежелание вновь оказаться на утопающей в клубах липкой пыли стройке.

На первом пути уже стоит поезд. Я понятия не имею, куда там он направляется, но всё равно сажусь в него – уж больно хочу уехать, и уже даже неважно куда. Внутри, разумеется, дикий сквозняк. Уточнив у милой женщины с книгой, доеду ли до «Киевской», прячусь от него в самом углу вагона. Считаю секунды до отправления.

Наконец, двери закрываются, а поезд ныряет в темноту тоннеля. Я смотрю в окно, в надежде разглядеть там, за стеклом привычные стены да провода или, если повезёт, соседние пути, но вижу вместо них очередное нагромождение железобетонных конструкций, уродливых просто до отвращения. Чтоб я ещё раз поехала по этой ветке? Да, ни за что. Ну, если только уж в самом крайнем случае. Самом-самом. И только уткнувшись взглядом в экран телефона. Во избежание глубоких эстетических потрясений.

Когда по громкой связи объявляют «Киевскую», я с трудом удерживаюсь от того, чтобы не заорать «Ура!». Почти бегу по знакомым переходам, еду-еду-еду домой. За остановками, разумеется, совершенно не слежу, и в итоге проезжаю нужную. Для полного счастья.

Вваливаюсь в родное жилище уже в тёмное время суток. Как обычно.