- А оружие и наркотики я сегодня дома забыла! – жизнерадостно сообщил мой родной автопилот дежурному с контрольно-пропускного пункта в ответ на его реплику о том, что, да, действительно, среди моих вещей нет совершенно ничего противозаконного.
Его – автопилот – понять можно. Ведь, прежде чем озвучить сию реплику, ему пришлось хорошенько повозиться с молнией на сумке, которая ни в какую не хотела раскрываться под пристальным взором охранника, выудить из уймы совершенно безобидных мелочей мой паспорт, запихнуть сурьёзный документ обратно, и пережить второй раунд неравной борьбы с непокорной застёжкой. И это-то в половине десятого утра! А всё потому, что кое-кто шибко сознательный наотрез отказался поверить в мою безвредность для местного общества на слово.

Пока шла от КПП ко входу в управление, искренне недоумевала, с какой такой радости тамошние обитатели с утра пораньше практически в полном составе прохлаждаются на улице, вместо того, чтобы сидеть по кабинетам. Открыла входную дверь – и всё поняла. Ибо в помещении царил сущий мрак без единого намёка на освещение. Причём, распространялась темень не только на первый этаж, но и на второй, где я встретила очаровательную Викторию, поинтересовалась у неё, с каких пор у нас тут – военное положение, и узнала, что спонсором незапланированной акции по экономии электроэнергии являются наши родные коммунальщики, которым начало рабочего дня показалось идеальным моментом для экспериментального отключения всего и вся.

Любимое начальство, которое я имею обыкновение не замечать, пока не столкнусь с ним лоб в лоб, на этот раз тоже здоровалось первым. А потом так искренне нахваливало меня за всё хорошее, что аж прямо засмущалась вся. И очень обрадовалась, когда вместо какого-нибудь тихого кабинета за железной дверью, который мне пророчили вчера, меня отправили в ближайший опорный пункт – спасать наших защитников отечества от окончательного завала. Потому что разводить бурную деятельность по ликвидации всяческих авралов я люблю куда больше, чем с умным видом сидеть в начальственных креслах. Да и умею, если верить широкой общественности.

И вообще я у нас теперь, по милости красноречивого начальства, девушка по вызову. И нет, это не оскорбление, и даже не комплимент. Это одно из последствий искреннего желания гордого предводителя нашей милой компании пожурить за опоздание возжелавшего моей помощи товарища, который «нехороший человек - вызвал девушку ни свет, ни заря, а сам куда-то пропал».

На нашем опорном пункте работают чудесные люди. Один из них – тёзка моего дражайшего коллеги из соседнего района и тот самый «нехороший» человек, по совместительству, - на самом деле, замечательный. Очень обрадовался, узнав о том, что я хочу стать детективом, потому что «здорово, когда у человека есть цель в жизни», познакомил меня с нашим участковым (я несознательная личность, и до сегодняшнего дня имела весьма смутное представление насчёт чрезвычайно симпатичной личности этого товарища) и честно пытался накормить обедом. А ещё он, как мне удалось выяснить путём пристальных наблюдений за обстановкой его кабинета - курит трубку. Но после фамилии «Адлер» в протоколе я уже ничему не удивляюсь. Даже совместному намерению моих новых коллег отыскать-таки для меня что-нибудь особо тяжкое. Чтобы я это безобразие быстренько раскрыла – дня за три, не больше, а мне потом за такое дело диплом дали без экзаменов.