На этот раз –
Анморис. Из славного Града Петрова, что на реке Неве.
За несколько часов хаотичных блужданий по городу этот замечательный до невозможности человек прочувствовал на своей шкуре всю прелесть прогулок в компании катастрофически разговорчивой особы, сознание которой мало того, что вообще функционирует исключительно в рамках своей собственной – прекрасной и неповторимой - логики, так ещё и наотрез отказывается ассоциировать географические достопримечательности родного города со станциями метро или хотя бы точными адресами.
А ведь ничто, как говорится, не предвещало.
Ранним воскресным утром мы вполне благополучно встретились в самом сердце столицы и тут же отправились на прогулку по городу. Прошествовали по Театральной площади, Ильинке и ещё парочке центральных улиц. При первой же возможности нырнули в лабиринт моих любимых переулков, где заблудиться гораздо проще, нежели отыскать нужное здание, и вскоре совершенно неожиданно для себя обнаружили прямо перед собой Спасские ворота (а шли-то, вроде, немного в другую сторону). Пользуясь случаем, потоптали многострадальную брусчатку, а затем уже, с чувством выполненного туристского долга, вновь свернули с проторенных любознательными гостями столицы троп и пошли, куда глаза глядят.
По Котельнической набережной, в сторону старого квартала, на просторах которого всё-таки пряталось британское консульство (я не поленилась, по карте проверила). Затем – неизвестно куда, мимо культурного центра Вышки, до какого-то проспекта, а оттуда уже – просто вперёд. Без песен, зато преисполненные самого что ни на есть искреннего счастья, вызванного обнаружением первого на нашем многокилометровом пути продуктового магазина.
Долго ли – коротко ли, но в один прекрасный момент вышли на очередную набережную, названия которой я всё ещё не сподобилась узнать. Главной достопримечательностью этого места было наличие в непосредственной близости от него указателя, текст которого гласил, что ежели мы пойдём, скажем, налево (и давайте не будем поминать тут теорию относительности), то с большой вероятностью попадём на Таганку. Таганка была едва ли не первым знакомым географическим объектом, из тех, чьи названия успели попасться мне на глаза в течение предыдущих сорока минут, так что я просто не смогла отказаться от возможности добраться до практически родных краёв.
Другое дело, что воспользоваться этой возможностью я также не смогла. Потому что, шагая вдоль шоссе в указанном направлении, мы как-то незаметно свернули на всё ещё заснеженную тропинку, которая привела нас в ужасно симпатичный квартал. Из прекрасного там наличествовал вдоль и поперёк изрисованный местными художниками кирпичный железнодорожный мост, по которому катались самые настоящие поезда, и под которым пролегали трамвайные пути (опять же, функционирующие), несколько ветхих зданий, непонятные вольеры и, наконец, заброшенное (после пожара, вестимо) заводское здание. По ту сторону этих симпатичных строений обнаружилось самое обыкновенное шоссе и практически сказочная лестница. Точнее, некое подобие лестницы, поднявшись по которой на вершину, мы оказались лицом к лицу с несколькими странными строениями. Одно из них по своему внешнему виду смахивало на туннель, а другое имело чрезвычайно интересную архитектурную особенность – подъём, он же спуск, собранный из фрагментов мелких решёток. Разумеется, после того, как моему взору предстала сия красота, вопрос нашего местоположения в пространстве окончательно потерял для меня свою актуальность. Его место в моих мыслях мигом заняло желание взобраться куда-нибудь по хлипкой конструкции, а затем и окунуться в кромешную тьму туннеля. Которое, разумеется, было тут же исполнено. Что характерно, при живейшем участии моего спутника, который вообще оказался совершенно героической личностью, ибо не только составил мне компанию в исследовании окружающего мира, но и потом ещё на протяжении долгих часов стоически сносил великое множество лишений, неудобств и испытаний, свалившихся на его голову по причине наличия у меня весьма оригинальных представлений о географии родного края.
А я, тем временем, совершенно искренне, но оттого не менее тщетно пыталась угадать, где мы, собственно говоря, находимся, есть ли поблизости метро, и вообще, должно ли оно быть в опасной близости от живописной промзоны, плавно перетекающей в железнодорожное полотно.
Со стороны процесс поиска ответов на эти животрепещущие вопросы выглядел примерно так:
- Вот, наконец-то, знакомые места! - радостно восклицала я. А через несколько секунд, уже куда менее уверенно поясняла:
- Нет, ну я, конечно, понимаю - то, что я сейчас скажу, противоречит законам физики и логике здравого смысла, и вообще здесь у нас – север города, но в прошлый раз я это здание видела на юге.
И это – приблизительно на третьем часу блужданий по неведомым краям и где-то на двадцатом километре ходьбы! Теперь вы понимаете, почему я уже второй день к ряду так искренне восхищаюсь поистине безграничным терпением своего замечательного спутника?
Нет, не понимаете! Потому что вы не мотались со мной по нескончаемой улице Радио и прочим историческим местам нашего славного городка, под аккомпанемент моих жизнерадостных рассказов о том, что здесь мы снимали интервью с таким-то товарищем, а там – пару раз проезжали с коллегами, но нет, как отсюда выбраться я, несмотря на это, не знаю. Не слушали бесконечных обещаний, что вот сейчас мы повернём вон туда – и совершенно точно выйдем к метро… хотя нет, не выйдем. И уж точно не шатались по каким-то подозрительным закоулкам, которые вряд ли можно вписать в хоть одну из существующих на свете систему координат. Так что вам ещё есть, к чему стремиться и о чём мечтать, ага.