— Когда я засыпаю в городе дождей на жёсткой кровати на дырявой простыне и без одеяла (не хватило), и он засыпает в городе, где всегда идёт снег, в своём собственном доме, его тень сломя голову мчится к моей, забыв запереть тень от двери и не погасив за собой свет, моя тень тихо выходит наружу и начинает ждать, смотреть на жёлтые фонари, считать скелеты листьев в грязи и волноваться. Когда его тень наконец добирается до моей тени на тени поезда, устав от вкуса отвратительной тени чая, гомонящих случайных теней-соседей и нервных пейзажей за окном, они пьют тень от какао из тени термоса, сидя на вокзале, понимая, что вот-вот утро, что вот-вот опять разлука, а руки у теней сплетены, как ветки влюблённых друг в друга деревьев, как узловатые корни. И когда снова нужно расставаться, его тень наклоняется к моей тени, которая плачет тенями слёз, едва солёными, но достаточно едкими по меркам теней, и говорит:
— Однажды, я останусь.
Его тень уезжает обратно, моя тень ненавидит тусклый блеск старых рельс и монотонный гул поездов, она бредёт домой уставшая и опустошённая, а днём я замечаю, что моя тень совсем немного, буквально мгновение, отстаёт от меня, а он недоумевает, почему включён свет и откуда взялись тени следов по всей квартире, но откуда-то он знает: грязь непременно питерская.

— Социальные сети, блоги, аська, скайп, sms-ки, mms-ки, электронная почта, факс, телефон — что ещё придумают люди, чтобы всё меньше и меньше ощущать друга друга вживую, чтобы ещё меньше видеться в реальности и больше прятаться в свои иллюзии и тратить время на пустое, бессмысленное псевдообщение?