• Авторизация


С днем парижских новомучеников! 21-07-2024 15:02 к комментариям - к полной версии - понравилось!


Иоан Бурдин

20 июля, день памяти Парижских новомучеников: отца Димитрия Клепинина, монахини Марии (Скобцовой), её сына Георгия (Юрия) Скобцова и Ильи Фондаминского, погибших в нацистских лагерях.  

Надежда Тэффи писала: «Илья Фондаминский был праведник… Трудно думать, что вот среди нас, в нашей плохой и злой жизни жил человек, которого можно назвать таким именем. Жил нашей жизнью среднего русского интеллигента, не проповедовал, не учил, не юродствовал и был праведником». Такое впечатление (трудно выразимое словами) оставалось у всех, кто его знал.

Казалось бы, он не совершил никаких явных подвигов, как его друзья – о. Дмитрий, мать Мария и Юрий Скобцов. В юности вообще был эсером и даже несколько раз сидел в тюрьме: за перевозку революционной литературы и работу в ЦК партии эсеров. Участвовал и в организации московского восстания в 1905 г., и в попытке поднять бунт на крейсере «Азов». В эмиграцию он попал еще до революции и уже тогда произошел переворот в его сознании и отношении к жизни. 

Он начинает выступать против политического террора, помогает в издании религиозно-философского журнала. Постепенно христианские идеи начинают играть всю большую роль в его жизни. Он помогает братьям-эмигрантам всем, что у него есть: «Не надо даже видеть своих друзей. Достаточно знать, что они существуют, и любить их, и, если им плохо, спешить к ним на помощь», - вспоминает его слова Тэффи.

Наверное, ни одно начатое в парижской эмиграции дело не обходится без его участия. Он даже помогает создать «Русский театр». Активно участвует он и в организации «Православное дело», основанной матерью Марией Скобцовой и священником Дмитрием Клепининым.

В июне 1940 года Фондаминский уехал из Парижа от наступающих немецких войск в неоккупированную зону. Тэффи пишет, что он мог бежать в США, куда уже перебрались многие его друзья и единомышленники. Однако так и не покинул Францию и вскоре вернулся в Париж, где зарегистрировался как еврей. 

По мнению Тэффи, он не уехал, поскольку ему было бы стыдно перед теми, кто остался (в том числе перед его лучшим другом, матерью Марией), «за то, что поберёг себя».

22 июня 1941 года он был арестован во время облавы на русских эмигрантов и отправлен в лагерь под Компьеном. В сентябре этого же года, незадолго до депортации в Освенцим он принял крещение. Участники Сопротивления строили планы его побега, однако Фондаминский отказался бежать, заявив, что хочет «умереть христианином, но с евреями». 

В 1942 году он погиб в Освенциме, как и хотел.

Объединение «Православное дело», в котором он участвовал вместе с Марией Скобцовой и отцом Дмитрием, было детищем матери Марии (подробнее о ней https://t.me/ioannburdin/1155). Здесь был создан центр помощи и общежитие для нищих русских эмигрантов.

Иконописец Мария Струве-Ельчанинова вспоминала: «Мы жили недалеко от «Православного дела», и так как очень бедствовали, то ходили туда за супом и там ели. И потом мы тоже ходили в приход матери Марии, где были у нас друзья, Фондаминские и другие. И вот тут мы увидели, какую она вела подвижническую жизнь, и при этом весёлую. (…)

Моя сестра долго жила у неё, они ходили ночью, в четыре часа, 

на городской базар с тележкой, пешком, это было далеко. Им давали остатки. Она — я помню, это типичная её поза — в кухне, которая выходила на двор, стоит босая перед печкой… и в громадной кастрюле варит суп. Потом приходят человек двадцать-тридцать есть. Она все делала в этом доме. И дом был полон, полон всякими несчастными… Тогда была ужасная безработица, она варила на всех какие-то каши и супы. Денег не было, но она даром получала овощи… Она совершенно никого не воспитывала и никого не осуждала. Она их просто кормила…».

Позже многие члены этой организации принимали участие в Сопротивлении, спасали гонимых во время фашистской оккупации, а в 1943 году были арестованы и отправлены в концлагеря.

Во время нацистской оккупации Парижа общежитие монахини Марии стало одним из штабов Сопротивления. Они занимаются всем, чем только могут: спасают бегущих от нацистов евреев, прячут архив Бунина, продают нуждающимся продукты по сниженным ценам, принимают и отправляют посылки заключенным в концлагерь Компьень.

Душой и сердцем этого движения была мать Мария. Она постоянно что-то организовывала и создавала: то «Православное дело», то общежитие для одиноких женщин в Париже, то богословские курсы и заседания Лиги православной культуры, то дом отдыха для выздоравливающих туберкулезных больных. И большую часть работы она всегда выполняла сама: ходила на рынок, убирала, готовила пищу, расписывала домовые церкви, вышивала для них иконы и плащаницы, мыла полы, читала лекции и т.п.

В июле 1942 года в Париже начались массовые аресты евреев. Их сгоняли на зимний велодром для последующей отправки в Освенцим, монахине Марии удалось тайно вывезти оттуда четырёх еврейских детей в мусорных контейнерах. Созданные ею общежитие и санаторий стали убежищами для евреев и военнопленных. Отец Димитрий крестил тех евреев, которые просили его об этом, и выдавал ложные справки тем, кто не желал принять таинство. Он выдал сотни ложных свидетельств о крещении и о принадлежности к Покровскому приходу. Многие евреи таким образом избежали ареста, вырвались из оккупационной зоны и уехали в другие страны.8 февраля 1943 года в помещении «Православного дела» прошел обыск. У двадцатидвухлетнего Юрия, сына Марии Скобцовой, в кармане нашли записку еврейской женщины, которая просила отца Димитрия выдать ей свидетельство о крещении. Юрия арестовали и увезли в гестапо. На следующий день пришли за отцом Димитрием, а 10 февраля — за матерью Марией.

Протоиерей Сергий Гаккель писал: «Отца Димитрия допрашивали в продолжение целых четырёх часов. Он не стал оправдываться. Позже, на Лурмель, офицер гестапо Гофман рассказывал, как отцу Димитрию предлагали свободу при условии, что он впредь не будет помогать евреям. Он показал свой наперсный крест с изображением Распятия: «А этого Еврея вы знаете?». Ему ответили ударом по лицу. «Ваш поп сам себя погубил, — заметил Гофман, — он твердит, что, если его освободят, он будет поступать так же, как и прежде».

В последнем письме из лагеря отец Дмитрий писал:«Нас неожиданно назначили к отправке в Германию. У меня полное сознание совершающейся воли Божией и начала нового церковного послушания. … Утешь меня своей бодростью. В этом весь залог моего настоящего благополучия, ибо я ко всему готов, кроме вашего страдания и печали … С нами Христос, всё окружающее так неважно по сравнению с Его к нам любовью…».

В лагере смерти отец Димитрий отказался от значка, указывавшего, что он — из Франции: с русскими из Советской России обращались ещё хуже, и он хотел разделить страдания своего народа. Он делился своими передачами с голодными заключёнными и погибал, теряя силы. Заключённые просили начальство перевести о. Димитрия на лёгкий труд, потому что он — больной старик, хотя на самом деле ему было всего 39.

Отец Дмитрий умер 9 февраля 1944 г. от воспаления лёгких на грязном полу, в углу так называемого «приёмного покоя» лагеря, где не было ни лекарств, ни ухода, ни постелей. Под утро его сожгли в лагерном крематории. За несколько дней до этого, в этом же лагере, погиб и Юрий Скобцов.Согласно некоторым свидетельствам, монахиня Мария прожила еще год. 31 марта 1945 она добровольно ушла в газовую камеру вместо молодой женщины, приговорённой к казни, надев платье с ее номером и назвавшись ее именем. До освобождения лагеря Равенсбрюк Красной армией оставалась неделя.

https://tuchiki.livejournal.com/

вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник С днем парижских новомучеников! | --Лина - Дневник **Лина | Лента друзей --Лина / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»