Мимо такого эпохального события я пройти не мог...
Президент США Барак Обама в начале декабря заявил в Вашингтоне о том, что Америка прекратит оказывать финансовую помощь зарубежным странам, где нарушаются права лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Одновременно с ним схожее выступление в Женеве последовало и от Хилари Клинтон. На "защиту" свобод иностранных геев во всем мире США решили выделить жалкие 3 миллиона долларов - кот наплакал! Им главное - показать "обеспокоенность".
Дальше – больше... В четверг, 8 декабря 2001 года Соединенные Штаты Америки сделали большой шаг в сторону «развития» демократии, который, по большей частью, остался почему-то незамеченным среди российской общественности, и, что самое удивительное, среди российских либералов. В этот день Сенат США (93 голоса против 7) проголосовал за отмену статьи №125 Устава Вооруженных Сил, запрещающей американским военнослужащим содомию и скотоложество (секс с животными). Таким образом, и тощая задница боевого друга, и округлый круп парнокопытного получили полную легитимность от американских законодателей.
И вот представьте, на следующий день в Белом доме...
Дьявол в декабре
Барак Обама и Дэвид Плафф
Старший советник президента 44–летний Дэвид Плафф вошел в комнату отдыха президента вовсе не для прохлаждений. Ему предстояло проинформировать Обаму о международной реакции на вчерашние международные инициативы США в области защиты прав гомосексуалистов.
Плафф обожал Обаму: тот взял его с Белый дом без высшего образования. В 1989 году еврейский парнишка Плафф бросил университет в Делавере, где изучал в политику, чтобы заняться карьерой. Так получилось, что диплом бакалавра он получил только чуть более года назад, но Обама, выиграв выборы благодаря Плаффу, который был руководителем его избирательной кампании, перетащил дружка-недоучку в свою администрацию.
Обама сидел на вельветовом диване, пил зеленый чай с манго фирмы «Липтон» и закусывал крекерами. Он думал о том, что приближается рождество, а, значит, скоро надо опять идти в церковь прикидываться религиозным, молиться. Его белая мать выросла в семье закоренелых атеистов, а отец-кениец, хоть и считался мусульманином, находил религию излишней и никаких праздников или обрядов никогда не справлял.
Барак уже в зрелом возрасте вынужденно стал посещать объединенную церковь, боровшуюся за права черных, но только потому, что это надо было для его карьеры. Пришлось принять крешение, и это в 28-летнем-то возрасте! Но рождество он так и не полюбил, хотя в это время всегда бывают отпуска и каникулы. Дэвид Плафф в этом плане был родственной душой президенту – ему как еврею всё это рождество было вон до той лампочки под потолком. Оба весельчака, Плафф и Обама, не сговариваясь, всегда придумывали какие-нибудь богопротивные инициативы или аморальные законопроекты в декабре – в этом важнейшем христианском месяце. Так, 1 декабря, неделю назад, Обама объявил о создании им нового «праздника» на территории США - Всемирного дня СПИДа – пусть Всевышний отмечает свой день рождения в компании спидоносцев всего мира.
А 10 декабря 2009 года во время вручения ему Нобелевской премии мира Обама отчебучил фокус почище. В самом последнем абзаце лауреатской речи в Осло он в слегка завуалированной форме пообещал человечеству гнет, неотвратимое развращение и войны. Тогда этот пикантный абзац ему подкинул остроумный Плафф. И самое интересное - Обама уже практически выполнил все из своих обещаний!
Вот и сейчас, Дэвид вошел в президентскую комнату отдыха с полудьявольской ухмылкой:
- Шеф, ну, и натворили мы делов: вся Африка в бешенстве! Мечет в наш адрес громы и молнии!
Барак Обама знал, что из 54 государств Африки только в одной ЮАР признаются права гомосексуалистов, а в остальных им полагается от длительных сроков заключения до смертной казни. Резко негативная реакция африканских лидеров прогнозировалась правительственными аналитиками, но Обаму интересовал вопрос: а как отнесется к этому его почти родная Кения? Неужели тоже осудит? Плафф, хорошо зная шефа, как прочитал его мысль:
- А твоя Кения разгневана больше всех, - Плафф достал бумажку из принесенной папки. - Руководитель кенийской церкви Оливер Кисака заявил, что они «не будут помогать геям жить в их неправильной реальности. Бог ошибок не делает. Быть геем – значит, сделать осознанный выбор». А кенийский премьер-министр Одинга сразу после твоего выступления сказал, что отдаст приказ полиции арестовывать геев.
- Черт с ними, - сказал Обама огорченно, отхлебнув из чашки, - главное, что одним выстрелом мы убили двух зайцев. Во-первых, кроме ЮАР, где с правами геев все неплохо, остальная Африка постоянно клянчит у нас кредиты. Таким образом, мы напрочь отрезали от неприятного для нас попрошайничества 53 беднейшие страны: хотите нашей финансовой помощи, легализируйте однополые браки!
- Что они в обозримом будущем точно не сделают!, - радостно вставил Плафф.
- А, во-вторых, если и сделают, но еще не факт, что дадим! Зато, легализация геев, будь она принята Африкой, даст нам снижение демографического прессинга на Запад со стороны нищих стран где-то на 5-10 %, что в будущем препятствует появлению на свет нескольких сотен миллионов людей. Хоть какое-то, а все ж ослабление проблемы нелегальной иммиграции! Тоже самое можно сказать и про Азию!
Плафф уселся в кресло напротив и задрал нога на ногу. Он понимал, что настроение у шефа сейчас подпортилось, ведь он привык к тому, что в Кении его неизменно боготворили, чтобы он не сделал. Дэвид раздумывал сказать ли огорченному шефу о несомненной победе Хилари в Женеве, с которой у Обамы были деловые, но очень прохладные – со времен соперничества во время президентских выборов – отношения. Подумал-подумал и решил сказать!
- А появление Клинтон в Швейцарии прошло неплохо. Она выступала на форуме ООН по правам человека и повторила положения твоей речи. Ее речь хмуро слушали дипломаты из 47 стран, во многих из которых нарушаются права геев, но ни одна делегация не посмела покинуть зал заседаний! Более того, одна страна - Малави после речи Хилари, заявила, что пересмотрит запрет на гомосексуализм.
Обама непроницаемо слушал. Он подумал о том, как мало выделили США на поддержку геев во всем мире – всего 3 миллиона долларов, о которых объявила Клинтон в Женеве. Он мог бы и сам объявить об этом, но постеснялся. Что такое 3 миллиона долларов? Для такой страны как США выделить эту незначительную сумму все равно как для Плаффа истратить 3 цента! Да, ничего не поделаешь – для Америки наступили времена строжайшей экономии. Это Рональд Рейган и оба Буша могли разбрасываться сотнями миллионов и даже миллиардами долларов международной помощи. А он, Обама, ничего не может! Да и помощь иностранным геям придумали не от хорошей жизни, денег на кредиты нет, а просьбы идут полным ходом от беднейших стран. Особенно после кризиса, который мы и начали... А Америка сейчас и сама бы не против взять приличный кредит, хотя бы от Китая.
- А какова реакция Китая и России?, - наконец прервал раздумья президент.
- Китай нас сдержанно критикует, они же понимают что это укол не для них. Российский официоз отмолчался, но наши аналитики, просматривающие блогосферу, нашли такое высказывание одного российского гей-блоггера: «Никогда особо не любил Америки, но после выступления Барака Обамы я стал настоящим обамовцем!»
- Ну, вот тебе и третий убитый заяц!, - сдержанно улыбнулся Обама, - Мы только что увеличили верную нам пятую колонну у геополитических противников! Неплохо! Сколько, кстати, геев в мире?
Плафф оказался готовым и к этому вопросу. Он достал из папки какую-то бумажку:
- Ну, вот, например, канадцы недавно провели перепись, где оказалось, что геев и лесбиянок в стране полтора процента. А 94 % людей старше 18 лет заявили, что они – гетеросексуалы.
- А остальные 4,5%? – удивился президент.
- Отказались отвечать! Мы думаем, однако, что они прочие – педофилы, зоофилы и некрофилы, чьи права человека еще нигде в мире не защищены. Хотя, шеф, как ты знаешь, мы вчера сделали огромный шаг вперед! 93 сенатора из ста вчера проголосовали за законопроект S. 1867 под названием the National Defense Authorization Act, который полностью отменяет статью № 125 Устава Вооруженных сил США, где запрещались содомия между военнослужащими, а также скотоложество в нашей армии. Кстати, у наших военных по этому поводу только что появилась шутка: каждый солдат теперь теперь имеет право трахнуть самого Обаму как своего главнокомандующего. Да, действительно, теперь наш солдат, защищая Америку за океаном, далеко от своей подруги, может смело договорится с товарищем или по выбору ... оприходовать какое-либо местное домашнее животное. И никто его за это из армии теперь не вышвернет!
Обама радостно оживился. Здесь стоило поподробнее расспросить своего советника:
- А есть ли информация из Пентагона, какие именно животные ... гм, пользуются популярностью?
- Ну, шеф, это в зависимости от страны пребывания. Вообще-то, лучше всех идут наши собственные служебные овчарки, правда, среди них больше кобелей. У нас за рубежом от 700 до свыше 1000 военных баз и точек прохождения службы. Отсюда и разнообразие животных. В Ираке и Турции хорошо идут в ход лошади и ослицы. Овечки и козы тоже с успехом заменяют подруг. Один наш капрал где-то в Чили отымел ламу.
- Очень хорошо, сексуально удовлетворенная армия – это боеготовая армия! Тем, кто хочет удовлетворить себя таким способом, мы мешать не будем. Более того, надо помочь нашим солдатам раскрепоститься... воодушевить их как-то. Нужно дать задание психологической лабаратории ЦРУ придумать какой-нибудь фольклер на эту тему... Ну, там, строевую песню «Американский солдат е...т всех подряд!».
- Сделаем!
- Да вот еще... Свяжись с Голливудом, пусть срочно выстрогают качественную мелодраму для Пентагона... Ну, скажем, - Обама задумался, - «Призывно машуший хвостик» о беззаветной любви ослицы Майсун к рядовому Стивену Шварцкопфу где-нибудь в Ираке. Сюжет такой: из-за преждевременного вывода войск из Ирака Стивен вынужден был улететь домой, а несчасная Майсун целый год каждый день приходила к ограде багдатского аэропорта в надежде, что Стивен вернется...
Обама и Плафф рассмеялись.
- Кстати, а как это технически происходит? – игриво поинтересовался развеселившийся президент.
- Ну, довольно просто. Наш уставший от похоти G.I. видит временно безнадзорное животное и тащит его куда-нибудь за плетень... Вот собственно и все.
- А армейское скотоложество как-нибудь обусловлено конгрессменами?
- Нет, шеф, разрешено безусловно! Полная свобода действий!
Внезапно лицо Обамы исказила гримаса страха. Он в ярости вскочил с дивана и заходил по комнате. Плафф вжался в кресло.
- Я так и знал, что Сенат подложит мне свинью! Пардон, я имел в виду в переносном смысле! Нет, ну, я понимаю, что где-нибудь в Афганистане или Ираке наши ребята могли безнаказанно убить любого человека и мы всегда могли объяснить это подозрением в терроризме, или, на худой конец, человеческой ошибкой. Но с животными номер не пройдет! Козу в террористы не запишешь!
- Простите, шеф, я не понимаю... – от волнения Дэвид перешел на вы.
- Чего тут понимать? Неужели ты хочешь, чтобы во время следующей поездки заграницу в меня полетели тухлые яйца? От кого, спросишь? От каких-нибудь защитников прав животных, которых в Европе хоть пруд пруди! Или от зеленых! Ведь это же можно квалифицировать как чистейшее насилие над животной тварью! И я – главнокомандующий американской армией и Нобелевский лауреат мира на это закрываю глаза и даже поощряю?
Обама в волнении подошел к бару, налил себе виски Ballantine's, выпил и задумался.
- Секс с животным всегда и везде будет считаться насилием, - наконец решительно промолвил он, - если он происходит без обоюдного согласия.
- Вся штука-то в том, что от животного согласия не получишь, шеф.
- Да, это так, – внезапно президента осенило – но и отказа от него тоже не получишь! Бери блокнот и пиши! Пентагону срочно издать служебную инструкцию, объясняющую порядок и правила этого дела. Так, так, погоди, сейчас я ее набросаю в общих чертах.
Обама снова забегал по комнате со стаканом виски в руках. Отводя глаза с сатанинским блеском в сторону, он начал диктовать:
- Скотоложество в американской армии разрешается исключительно в присутствии боевого товарища, нет, зачеркни «боевого товарища» - в присутствии старшего по званию или должности. Далее. Участник секса, а именно американский военнослужащий подходит к облюбованному животному и, стоя строго перед мордой последнего в присутствии командира громко объявляет зверю о своем желании...
- Уже неплохо, шеф, говорят, некоторые животные отлично понимают человеческую речь.
- Пиши, не отвлекайся! В дополнение к словестной просьбе, военнослужащий обязан тут же перед животным продублировать свои слова общепринятыми жестами, которые недвусмысленно отражают суть его намерений.
- К чему мы придем, шеф? Согласия все равно не получим! Где выход?
- Да пиши же ты! Далее. Учитывая тугодумность большинства домашних животных, зверю необходимо дать время на раздумье – не менее 3-х минут. Если в течение указанного времени животное издаст членораздельный звук, а именно лай, мычание, ржание, блеяние, урчание, шипение, уханье, чириканье и тому подобное, то такой звук, несомненно, надо трактовать как полученное согласие. После этого командир удаляется, чтобы сделать запись в вахтенном журнале о соитусе на полном обоюдном согласии, с указанием зоологического вида и масти животного, даты и времени, а военнослужащий может приступать к сексу.
- Здорово, шеф! Не один судья мира не сможет доказать, что тот звук не был утверждением! Ибо тогда ему надо будет доказать, что он понимает язык зверей. Ну, а если животное будет тупо молчать?
- Еще лучше, ибо на любом языке мира молчание – это знак...
- Согласия! Браво, шеф! Как я сразу не догадался! Здорово: и животным дали шанс отказаться, и расширили демократические права военных! Боже, благослави либеральную Америку!
Старая американская карикатура.
Солдат - ослице: Как это понимать? Что значит ты не хочешь, потому что голова болит?