Пациент:... А я мучаюсь сомнениями относительно смысла моей жизни.
Ф.: И что вы пытаетесь делать, чтобы помочь себе?

П.: Иногда мне приносит облегчение музыка: я играю или слушаю. В конце концов, Бах, Моцарт и Гайдн
были глубоко религиозными людьми, и, наслаждаясь музыкой, я наслаждаюсь тем
фактом, что по крайней мере ее создатели обладали счастьем полной
убежденности, что есть более глубокий и даже предельный смысл в человеческом
существовании.

Ф.: Так что, если вы не верите в такой смысл сами, вы верите по крайней
мере в этих великих верующих?

П.: Вы правы, доктор.

Ф.: Да разве это не задача великих религиозных и этических вождей-быть
посредниками между ценностями и смыслами, с одной стороны, и человеком-с
другой? Человек, таким образом, имеет возможность получить из рук гения
человечности, будь то Моисей, Магомет или Будда, получить от них то, что он
не в каждом случае может обрести сам. Видите ли, в области науки нашего
разума может быть достаточно. Что же касается верований и убеждений, то
часто мы должны полагаться на других людей, верить тем, кто значительнее
нас, и принимать их прозрения. В поисках предельного смысла человек в
основном опирается на эмоциональные, а не только на интеллектуальные
ресурсы, как мы знаем; иными словами, он должен верить в предельный смысл
бытия. Более того, эта вера должна быть опосредована верой в кого-то, как мы
видим.