Из сборника «Современные целебные сказки для женщин»

Я – Русалочка, у меня длинные светлые волосы, большие голубые глаза и мне по земным меркам 16-18 лет. Я очень люблю играть, доверчива ко всем и про меня говорят, что я наивна.

Я плыву по дну морскому с фонариком, луч пронизывает темно-сине-серую толщу воды, освещает плавающих рыбок, дно, покрытое камнями и водорослями. Я плыву близко ко дну и вижу какие-то останки, наверное, затонувшего корабля.  Луч фонарика освещает какие-то вещи, обломки, мне интересно, что там, я подплываю ближе и рассматриваю. Вот лежит детская игрушка – белая лошадка, сверкают из-под слоя ила разбросанные золотые монеты. Я смотрю на все это и думаю: «Кому это все принадлежит? Кто они - эти люди, которые создали все это? Как интересно было бы  побывать там, где они живут, узнать о них побольше, общаться, жить с ними!». 

Ко мне подплыла большая рыба похожая на окуня с большими губами и усами. Это мой морской конек, я на нем плаваю, сажусь на него и держусь за его усы как за вожжи, он меня везет куда-то. Так весело и просто приятно плавать на нем верхом. Наверное, это также приятно, как скакать на лошади на земле, так и здесь в морском царстве кататься на окуне, как на морском коньке. Вот мы уже вволю наплавались просто так, для развлечения, и он спрашивает: «Куда плыть дальше?». Я не знаю куда, и просто махаю рукой и он плывет туда, выплывая на поверхность моря, и делая прыжки из воды, как дельфин. Вот мы и приплыли к берегу, хоть и не ставили себе это целью. Так получилось, само собой. 

У берега – волны, пенится прибой. Я остаюсь играть с прибоем, а мой окунь – морской конек отплывает, потому что ему плохо на мелководье. А я остаюсь там играть с прибоем, во мне просыпаются игривые чувства, легкость какая-то необыкновенная во всем теле. Я играю с пеной и украшаю себя – делаю из пены то воротник, то потом шубку из пены.

Я поворачиваюсь и вижу берег – темная галька, она блестит от воды, а дальше видны какие-то дома, город вдалеке, я присматриваюсь, мне так интересно и хочется там побывать, все посмотреть самой. Но я могу быть только в воде, плавать в море, а по суше – нет. Мне кажется, что те люди на берегу, которых можно было бы позвать, испугаются или побоятся и ничем не смогут мне помочь. Они ведь обычные люди – те, которые там живут, – и не смогут мне помочь. А мне так сильно хочется там побывать. Наверное, нужно найти какое-то особое существо или человека, которое может жить и в том, и в этом мире, и в море и на суше. Ведь те, которые живут только под водой – не смогут мне помочь, как и те, которые живут всегда на земле. Скорее всего, мне сможет помочь Ведьма.

И вот я плыву по очень узкому проходу среди колючих кораллов под водой, если бы  это было на земле – то это похоже на узкий проход через заросли, колючие ветви. Виден только узкий просвет в зарослях колючих кораллов. Я с трудом проплываю в узком туннеле, и меня цепляют торчащие колючки кораллов.  Да, совсем не просто доплыть к Ведьме. И вот я туда к ней приплываю.  Чувствую себя очень юной, наивной, игривой особой, которая еще никогда не попадала ни в какие переплеты. Очень неопытной. Приплываю, а там – в пещере – сидит Ведьма. У нее длинные седые волосы – космы, возраста она неопределенного, с пронзительным взглядом и завораживающими медленными движениями.  Внешность у нее совсем не человеческая, а даже мифическая. Она очень древняя, мудрая, опытная. Вот она и говорит:

-         Ну, что … приплыла… Я ждала. Я знала, что ты придешь.

Она занимается  каким-то своим делом, что-то перемешивает в ступке и смотрит в одну точку, как будто за кем-то наблюдает.

Я чувствую себя совсем наивной и юной и прошу:

-         Помоги мне, я хочу на сушу, хочу ходить.

Она выслушала мой лепет и говорит:

-         Ну что ж, если ты уйдешь на землю, все равно ты будешь какая-то другая, не такая как они, все равно будешь отличаться. Очень сильно. Может быть, поэтому тебе там будет очень трудно прижиться.

А я с таким шапкозакидательным  оптимизмом типа «мне море по колено» говорю:

                  -      Я здесь все знаю, мне скучно, а там все неизвестное – значит, я туда хочу.

Ведьма отвечает:

-         Ладно, будь по-твоему. Только ты взамен отдашь мне часть своей жизни, то есть часть своего жизненного времени.

Я, не задумываясь, с радостью соглашаюсь, она дает мне какую-то бутылочку запечатанную, и говорит:

-         Вот это выпьешь и тогда сможешь ходить.

И смотрит так на меня. Даже и не знаю, как сказать. Она такая очень пессимистичная, или нет скорее со скептицизмом, в общем, такая она мрачноватая. Она знает, чем все закончится, и поэтому смотрит она мрачновато-серьезно.

Ну, вот, значит, дала она мне бутылочку, посмотрела на меня, а я (Русалочка) глянула на нее в ответ своими большими голубыми наивными глазами, как бы не понимая, что же произошло. А на самом деле произошло что-то очень серьезное, но я (Русалочка) не понимаю этого. Пока. Я очень легкомысленно отношусь ко всему этому, сама не знаю, как я буду расплачиваться за все это.

Я очень довольная, радостная поплыла к берегу, как будто вот – решила все вопросы, все проблемы. Мне не хочется уже возвращаться – жить на дне морском. И вот сижу я на берегу, в прибое и думаю:  «Пить или не пить? А может вернуться сейчас – на дно морское? Но там все известно, приелось, скучно, закрыто. Эх, лучше рискнуть!»

И тут я решаю выпить из бутылочки. Какое-то у меня чувство, что терять нечего. Что я в любом случае только приобрету.  И вот я решительно выпиваю жидкость из бутылочки, она какая-то противная, пахнет водорослями, бр-р-р, неприятная, пахучая.

Сижу я в прибое на берегу и смотрю, что вообще со мной происходит. Сначала ушла чешуя. Сейчас хвост раздвоился и превратился в ноги. Я смотрю на эти ноги, как на что-то незнакомое, и не понимаю, как «этим» пользоваться. И они кажутся мне такими столбиками, бревнышками, вот я даже беру руками их и пробую поднять.

 Сейчас я встаю и пытаюсь идти, и не получается, ноги какие-то непослушные, негнущиеся от колена. А теперь я думаю, что мне нужна какая-нибудь одежда. Нашла на берегу ветхую тряпку, завернулась в нее, иду босиком, волосы распущенные, ноги плохо слушаются, совсем плохо идут.

Иду по дороге, подхожу и вижу – городские ворота, а возле них стражник сидит в будочке. Увидел он меня, все понял, и даже  не стал расспрашивать и любопытствовать, пошел сразу искать для меня одежду. Он просто захотел мне помочь. И принес мне: блузку белую с фонариками и круглым вырезом спереди, длинную юбку и коротенький жилетик красно-бордового цвета, а поверх юбки – фартушок тоже красно-бардовый и в клеточку. И еще на ноги – деревянные башмачки-шлепанцы с красным верхом. Я одела все это с удовольствием, довольная очень, и иду. Удивительно, у меня появилось ощущение, что ноги удлинились от колена, легкость в ногах, только в горле немного сдавленность.

Пришла в город, хожу я и все рассматриваю там, все для меня новое здесь, никогда я прежде не видела так много домов, людей. Вот источник на городской площади, откуда все берут воду, мощеные мостовые, все люди на меня смотрят и очень удивляются тому, как я веду себя. А я любопытная как ребенок, все рассматриваю, трогаю руками на ощупь. Я улыбаюсь, смотрю на людей, и мне все кажется таким невероятно красивым. И вот подходит ко мне юноша, он совсем юный как подросток, лет 15-16. Он подходит с радостной улыбкой, просто желая мне помочь, что-то подсказать, может отвести, куда мне нужно. Он что-то говорит, а я не знаю языка. Только улыбаюсь в ответ, не могу ничего сказать. Он приглашает меня, я доверчиво иду за ним, он ведет меня куда-то, мы проходим прекрасный парк и выходим к Дворцу у самого моря. Я откуда-то знаю, что это Дворец королевы Марии, он весь в башенках, с толстыми каменными стенами, узкими, высокими окнами в восточном стиле.  Юноша заводит меня во Дворец, усаживает на красное кресло и куда-то уходит. Вдруг приходят люди, их много разных, и они меня рассматривают, что-то говорят, улыбаются. Я ничего не понимаю, только чувствую к себе доброжелательное отношение. Они предлагают мне поесть вместе с ними, и вообще предлагают остаться у них жить. Я ничего не понимаю, я просто остаюсь, потому что мне здесь интересно, хочется все посмотреть.

Во Дворце, в большом, просторном с высоким потолком зале устраивают обед. Там стоит очень длинный стол, вокруг него много стульев с высокой спинкой. Торжественная трапеза начинается, все садятся, я тоже сажусь, на меня сейчас мало обращают внимания. Все взгляды обращены на Королеву. Она сидит в красном бархатном кресле во главе стола и царственно улыбается всем присутствующим. Я все время улыбаюсь, и даже если у меня что-то не получается с едой и столовыми приборами, я только весело смеюсь и улыбаюсь. За столом шум и веселье, все непринужденно общаются и обедают. Мне очень интересно, но в тоже время я чувствую себя отдельно, что я чужая по отношению к ним. Не понимаю я их языка, только улавливаю без слов, что ко мне доброжелательно относятся. У них отношение ко мне как к чему-то диковинному, как к заморской диковинке. Мне хорошо здесь с людьми, но так чтобы я понимала их, и чтобы они меня понимали – еще не получается такого контакта. Я ведь не говорю на их языке, я просто чувствую их отношение.

Среди обеденного шума и веселья мне вдруг захотелось уйти уединиться. Я иду в комнату этажом выше, в мансарду, из которой открывается вид на море. Сажусь возле окна и смотрю на море. И мне хочется долго так сидеть одной здесь, и хочется все время, не отрываясь, смотреть на море.

Ма Анураг Нирмала