В октябре исполняется 200 лет со дня рождения М.Ю. Лермонтова – самого загадочного русского гения. Лермонтов загадочен вдвойне. И как поэт, и как человек. Я не могу припомнить ни одного нашего соотечественника, о котором современники оставили бы столько буквально противоположных отзывов. Что же касается поэзии, то двух столетий оказалось недостаточно, чтобы образовались всеми признанные определения особенностей его поэтического языка.

[показать]

Юбилей гения, особенно такой громкий, как 200-летие со дня рождения Лермонтова, всегда предполагает обострение интереса к юбиляру. Планируется и много разных мероприятий, но, главным образом, пишутся и печатаются книги и статьи о его жизни и деятельности. И юбилей Лермонтова не исключение. Планируются разные мероприятия, выходят статьи и книги о Михаиле Юрьевиче. Но современные авторы, за редким исключением, топчутся в кругу идей, заявленных учеными еще на рубеже прошлого и позапрошлого веков. Их кумирами являются религиозный философ Владимир Соловьев и Дмитрий Мережковский. В особом почете Мережковский, автор броско названного очерка «М.Ю.Лермонтов. Поэт сверхчеловечества», в котором есть бесконечное число раз цитируемые слова: «Пушкин – дневное, Лермонтов – ночное светило русской поэзии». Справедливо отвергнув достижения ученых времен соцреализма, главное из которых состояло в утверждении, что Лермонтов активный борец с самодержавием, наши современники вернулись во времена прекрасного Серебряного века и прописались в нем.

В сетевых и бумажных периодических изданиях любят цитировать астролога Павла Глобу. Понятно, что пройти мимо возможности высказаться в связи с юбилеем «поэта сверхчеловечества» и «ночного светила» он никак не мог. Напомнив нам, что в свое время еще Анна Ахматова заметила о совпадении столетних юбилеев рождения и смерти Лермонтова (1914 и 1941) с началом Первой мировой и Великой Отечественной войн, Глоба добавляет о совпадении 150-летнего юбилея со дня рождения поэта (1964) с отставкой Хрущева, и аналогичного юбилея со дня смерти (1991) с распадом Советского Союза. Ну а теперь легко догадаться, что он предсказывает в 2014 году. Знаменитый астролог плохо знает русскую историю, в которой трудно найти год, когда не случилось бы то или иное событие.

На сайте Зароастрийской Общины Санкт-Петербурга Павел Глоба сообщает, что решил написать серию романов в жанре «астрологического детектива», что роман о Михаиле Булгакове уже написан, и сейчас идет работа над романом о Лермонтове. Он собирается доказать, что у подножия горы Машук была не дуэль, а тонко и коварно подстроенное убийство. Автор романа имеет право на любые версии, но хотелось бы напомнить, что подобные утверждения были уже в широком ходу, что они справедливо отвергнуты и забыты. Еще Глобе нравится делать из Лермонтова мистика-предсказателя. Цитирую: «Истоки мистического влияния Лермонтова на судьбу России стоит искать в родословной поэта. Самый знаменитый его предок – полумифический Томас Лермонт, шотландский предсказатель, который, по легендам, побывал в царстве мертвых, после чего у него открылся пророческий дар. Вполне возможно, что Лермонтов унаследовал этот дар от предка».

Томас Лермонт действительно существовал почти тысячу лет назад, но был ли он предком поэта не доказано. К тому же самому Лермонтову нравилось считать своим предком испанца Лерму, он даже подписывал его именем некоторые свои стихи. Что же касается стихотворения «Предсказание», цитируемое Глобой, то его сочинил пятнадцатилетний юноша и, по мнению компетентных составителей собрания сочинений поэта, написано «под впечатлением крестьянских восстаний в 1830 году в связи с эпидемией холеры».

Павел Глоба не литературовед, и на его высказывания о Лермонтове можно не обращать серьезного внимания. Но когда на телеканале «Культура» в популярном цикле публичных лекций «Академия» в выступлении доктора наук господина Ужанкова мы слышим похожие пассажи, то становится грустно. Конечно, он не заимствовал идеи Глобы, возможно, даже его не читал, просто оба в большей степени озабочены эффектностью своих заявлений, чем их научной основательностью. Наверняка ученый «широкого профиля» знает, что гений – всегда предсказатель, что ему на роду написано быть прорицателем и пророком.

«Разве неудивительно, что наследник полумифического шотландского предсказателя Томаса Лермонта уже в пятнадцать лет написал стихотворение «Предсказание», в котором предвидел события 1917 года («когда царей корона упадет») и появление мощного человека с булатным ножом в руках («В тот день явится мощный человек, И ты его узнаешь – и поймешь, зачем в руке его булатный нож»)». Так – в моем вольном пересказе – начинает свою лекцию Ужанков. А дальше в течение сорока минут идет, простите, наукообразный треп, в котором нет откровенного вранья, но нет и ничего такого, чего кто-нибудь когда-нибудь не говорил.

Я специально остановился на материалах из Интернета, т.к. Интернет сегодня – широкое поле для многожанровых публикаций на самые разные темы. Что касается публикаций о Лермонтове, то за последние два, три года здесь их суммарно гораздо больше, чем статей и книг на бумаге. Одну из последних докторских диссертаций о Лермонтове защитил псковский ученый Горланов. Называется она «Творчество М.Ю. Лермонтова в контексте русского духовного самосознания». Например, Горланов пишет: «У Лермонтова была типичной дорога к Богу, не лишенная ошибок, но твердая и неколебимая». Мне же всегда казалось, что Лермонтов скорее богоборец, чем богоискатель. Разве не очевидно, что в его произведениях доминирует неверие в будущее, что ему не нравится современный человек, всегда хочется чего-то другого, чем то, с чем ему приходится иметь дело. Поэт не отрицает Бога, но созданный им мир его не удовлетворяет. Разве это не спор с Богом?

Но дело не в отдельных положениях. Дело в тенденции. А она заключается в том, что основными союзниками в рассуждениях о творчестве Лермонтова Горланов делает религиозных философов и отцов церкви, притом что сам вполне светский человек. Было бы глупо возражать против использования в научных изысканиях трудов этой группы мыслителей, но мне кажется, в данном случае сделано это больше из конъюнктурных соображений, чем подлинно научных. После того как в нашей стране произошла социальная и политическая реабилитация церкви, обращаться к религиозным философам стало модно. А мода в науке – та же конъюнктура. С чего, как вы думаете, начал свой список Горланов? Никогда не догадаетесь… С Библии. Дальше отцы церкви, потом остальные. Такова конъюнктура, таков тренд. Как в советское время, только с другого конца.

http://www.tribuna.ru/news/culture/mikhail_lermontov_v_roli_...