[показать]

Потеряв семь месяцев, сотни своих граждан и 27 000 квадратных километров
территории, Украина – несмотря на активное противодействие России - все
же подписала в полном объеме Соглашение об ассоциации с Европейским
Союзом, сделав один из важнейших шагов в своей не только 23-летней, но и
многовековой истории.

Семь разделов этого соглашения регулируют теперь
политические и экономические аспекты взаимоотношений между Украиной и
крупнейшим в мире интеграционным объединением, направляя их по пути
политической ассоциации, принятия европейских норм демократии и
соблюдения прав человека, координации внешней политики и политики
безопасности, и, конечно, создания зоны свободной торговли.

Что теряет Украина

Перспективной – и, несомненно, достижимой – целью данного процесса
является вступление Украины в ЕС и возвращение Киева в единую
европейскую семью, из которой он был вырван еще в XIII веке.

Россия сделала все от нее зависящее, чтобы сорвать заключение этого
договора и уход Украины в Европу. Экономическая часть соглашения,
подписанная 27 июня, подвергалась со стороны Москвы самой жесткой
критике. В Кремле, по чьему указанию газ "братскому" народу продавался
по почти самой высокой цене в Европе, очень сокрушались по поводу вреда,
который нанесет договор с ЕС украинской экономике. По подсчетам
советника президента Сергея Глазьева, суммарный урон  может достичь $11
млрд в год, а оценки Комитета гражданских инициатив достигают $33 млрд
(19% ВВП Украины). Может ли это быть правдой?

Давайте обратимся к статистике. Прежде всего следует заметить, что
Украина сегодня не так зависима от России и стран СНГ в целом, как,
например, в конце 1990-х гг. В 1996г. в страны постсоветского
пространства она экспортировала в 2,2 раза больше товаров, чем в ЕС, в
2013г. – всего на 32% больше.

Россия была вторым экспортным рынком Украины после ЕС по итогам
2013г. ($15,1 млрд против $16,8 млрд) и отставала от ЕС также и по
объему поставок товаров на Украину ($23,2 млрд против $27,1 млрд). В
этой ситуации неясно, как могут потери Украины от усложнения торговли с
Россией оцениваться в сумму, вдвое превышающую весь объем ее экспорта в
нашу страну – особенно если принять во внимание, что его нельзя
волюнтаристски запретить, ведь оба государства состоят в ВТО?

Безусловно, Москва выйдет из договора о зоне свободной торговли с
Украиной, но это означает лишь введение обычных для ВТО пошлин на уровне
от 3 до 8,5%. То есть в худшем варианте украинские потери не превысят
$0,8-1,1 млрд, что некритично, так как объем экспорта в Россию и так
сокращается (на 20,6% в первые четыре месяца 2014г. по сравнению с тем
же периодом 2013г.).

Выигрыш существеннее

Украина явно выиграет больше, чем потеряет. По условиям Соглашения об
ассоциации, пошлины для украинских товаров, поставляемых в ЕС, будут
снижены в среднем с 7,6% до 0,5%, причем всего за год (то есть чистая
выгода составит $1,18 млрд в год).

При этом пошлины на европейские товары сократятся лишь с 4,95% до
2,42% в течение четырех лет. Для Украины это прорыв – ведь в ее экспорте
28,3% составляет продукция сельского хозяйства и продукты питания, а в
аграрный сектор поступает до трети всех иностранных инвестиций.
Переориентация этих потоков на ЕС станет важным шагом – особенно если
учесть, что само будущее металлургической промышленности на востоке
страны находится под вопросом.

Ассоциация с Европейским Союзом станет также важнейшим фактором
повышения эффективности украинской экономики. Управляя страной в своих
личных интересах, донецкие коррупционеры выделяли из бюджета по $3,5
млрд в год субвенций угольной отрасли и дотаций на газ для промышленных
потребителей.

Как следствие, экономика страны оставалась одной из самых энергоемких
в мире (566 т нефтяного эквивалента на $1 млн ВВП). Если бы показатель
равнялся хотя бы польскому (212,2 т), Украина могла бы отказаться от
импорта из России всего поставляемого ей газа и почти трети нефти.
Ассоциация с Европой и принятие европейских стандартов, каким бы дорогим
этот процесс ни был, сделает Украину нормальной экономикой за 10-15 лет.

Сегодня стоимость потребляемых на Украине энергетических ресурсов,
рассчитанная по мировым ценам, составляет 37,5% ее ВВП, в то время как,
например, в Германии – чуть больше 9%. Поэтому все возражения
относительно "утраты конкурентоспособности" украинских предприятий не
выдерживают критики.

Европа не остановится

Да, стране предстоит огромный передел собственности: компании будут
разоряться, покупаться в том числе и европейскими инвесторами, а потом
возвращаться к жизни более эффективными. Но это единственный путь вперед
– кто не верит, пусть сравнит судьбу, например, принадлежащей Volkswagen
группы Škoda и входящего в Ростехнологии "Иж-Авто": в конце 1970-х гг.
второй производил почти в 1,5 раза больше машин, чем первая, но чем дело
кончилось, всем известно… Поэтому не России учить украинцев стратегии
будущего – даже в экономическом смысле.

Однако есть еще одно обстоятельство, обычно не принимаемое во
внимание – коррупция. Украина в последние годы была одной из самых
коррумпированных стран мира: минимальные оценки потерь от коррупции
достигали 11% ВВП ежегодно. Собственно говоря, именно сокращение этих
потерь, наряду с банальным повышением экономической эффективности, и
способно компенсировать возможные ухудшения условий внешней торговли.

Сегодня часто вспоминают, что Украина в 1991г. имела уровень жизни,
не уступающий польскому, а сейчас отстает от своей соседки по этому
показателю почти в три раза. Этому есть много объяснений, но очевидно: с
украинской стороны границы мы видим Межигорье, а с польской стороны –
правительство, в котором в 900 часах приватного общения между его
членами, недавно записанных и "слитых" в прессу, не нашлось ни одной
фразы, указывающей на попытки извлечения личной выгоды из
государственной службы.

Поэтому "внешнего управления" из Брюсселя, под которое может попасть
Киев, не нужно опасаться – его следует, скорее, приветствовать, так как
интересы украинского народа сегодня не совпадают с интересами прежних (и
отчасти  нынешних) элит. Чем скорее в стране установятся европейские
правовые порядки, тем лучше будет для наших украинских братьев. 

А в том, что они установятся, у меня нет сомнений. С 1994 по 2013г.
ЕС увеличился с 12 до 28 членов, тогда как Россия все эти двадцать лет
не может "интегрировать" даже одну Белоруссию. Сегодня в ЕС живут 507
млн европейцев, а за его пределами, если не считать Россию (на Украине,
в Белоруссии, Молдавии и балканских странах), – всего 81 млн.

Предполагать, что эти 81 млн не будут "переварены" европейской
интеграцией, было бы наивно – тем более что в большинстве этих стран
европейский "вектор" вызывает большие симпатии. Можно сколько угодно
говорить, что вступление в ЕС имеет не только позитивные последствия, но
счет 16:0 в соперничестве Европы и России говорит о многом.

Вступив в ассоциацию с Европейским Союзом, Украина начала движение в
сторону безвизового режима (уже, кстати, достигнутого Молдавией), единых
экономических норм и правил, получения статуса кандидата (который есть
сегодня у Сербии, Македонии и Черногории) и в итоге полного членства. И
я считаю, что окажусь прав в своем прогнозе десятилетней давности о том,
что Украина станет членом ЕС раньше, чем Турция [Иноземцев, Владислав.
"Россия должна подать заявку в ЕС" // "Независимая газета", 2004г., 12
мая, с. 2].

27 июня 2014 г. стало историческим днем и для Украины, и для ЕС, и
для России. Для Украины – потому, что она закончила свою "постсоветскую"
историю и начала сложный, но многообещающий путь из этого "пост-" во
что-то более определенное.

Для Евросоюза – потому, что он сделал заявку на достижение своих
естественных пределов, после чего интеграции придется уже развиваться не
вширь, а только вглубь, в направлении формирования единой европейской
нации.

Для России – потому что она, давно доказывавшая всем уникальность
своего исторического пути, добилась того, что осталась практически
одинокой. В общем, каждый достиг своей цели.

 

Тэги: Евросоюз,
Украина,
Россия,
мнение

Автор статьи:

Владислав Иноземцев, доктор экономических наук, директор Центра
исследований постиндустриального общества