Однако их затея потерпела неудачу: после того как воздушное судно приземлилось не там, где им было нужно, оно было взято штурмом. При этом погибло пять новоиспеченных террористов: мать, Нинель Овечкина, и четверо ее старших сыновей. Над оставшимися в живых детьми был произведен показательный суд. Мы хотели бы осветить эту тему и рассказать, как семья Овечкиных захватывала самолет.

СОСТАВ КОМАНДЫ
В тот злополучный год семья Овечкиных состояла из матери, Нинель Сергеевны, и 11 детей в возрасте от 9 до 32 лет. Была еще одна, самая старшая дочь Людмила, но к тому времени она уже вышла замуж и жила от своей родни отдельно, а потому в захвате самолета не участвовала. Был когда-то в семье и отец, но он умер еще в 1984 году от сильных побоев, которыми наградили его старшие сыновья. Однако тогда никаких доказательств не оказалось, а если и был такой инцидент в биографии Овечкиных, то за что сыновья избили родного отца — непонятно.

Слева направо: Ольга, Татьяна, Дмитрий, Нинель Сергеевна с Ульяной и Сергеем, Александр, Михаил, Олег, Василий

Мужской состав семьи Овечкиных состоял из семи братьев, которые с ранних лет занимались музыкой. Они даже в 1983 году обратились за помощью к преподавателю Иркутского училища искусств, чтобы он посодействовал им в создании семейного джазового ансамбля, так называемого джаз-бенда. Учитель был не прочь, и в итоге появилась джазовая группа «Семь Симеонов».
Постепенно новоиспеченная группа начала набирать популярность. Братьев начали приглашать играть на местные мероприятия, проходившие в Иркутске. Они даже выступали в городском парке на праздниках. Но по-настоящему крупный успех к ним пришел в 1984 году, когда они приняли участие в фестивале «Джаз-85» общегосударственного уровня. После него «Семь Симеонов» стали приглашать на съемки в телепрограммы и даже сняли о них документальный фильм. В 1987 году семью Овечкиных в составе матери и сыновей пригласили на гастроли в Японию. Именно тогда глава семейства Нинель Овечкина, побывав по ту сторону железного занавеса, пришла к выводу, что им крупно не повезло родиться и жить в Советском Союзе. Поэтому и появилась идея бежать из СССР.
ДОЛГАЯ ПОДГОТОВКА
Во время гастролей по Японии все пришли к выводу, что с таким талантом и успехом они могли бы добиться настоящей славы за рубежом. После возвращения домой семья Овечкиных во главе с Нинелью Сергеевной начала вынашивать план побега. Так как в СССР всех за границу не пустили бы, то семейство решило захватить самолет на внутренних авиалиниях, а затем направить его в другую страну.

Реализацию плана назначили на 8 марта 1988 года. В тот день вся семья Овечкиных, кроме старшей дочери Людмилы, которая была не в курсе дел, купила билеты на самолет Ту-154, следовавший рейсом Иркутск — Курган — Ленинград. Знакомым и сотрудникам аэропорта было заявлено, что Овечкины полетели на гастроли и потому берут с собой множество музыкальных инструментов. Естественно, тщательного досмотра им не устроили. В итоге преступникам удалось пронести на борт воздушного судна два оружейных обреза, сто патронов и самодельную взрывчатку. Все это добро было спрятано в музыкальных инструментах. Более того, семья Овечкиных к моменту захвата самолета уже успела продать все вещи из дома и купить новую одежду, чтобы за границей сойти за своих.
ЗАХВАТ САМОЛЕТА

Девятилетний Сергей Овечкин

Уже в самом конце своего пути, когда самолет подлетал к Ленинграду, Овечкины через стюардессу передали записку с требованием лететь в Лондон или любую другую столицу стран Западной Европы. Иначе они грозятся взорвать самолет. Однако экипаж воздушного судна решил схитрить и сообщил террористам, что у самолета не хватит топлива, а потому нужна будет дозаправка. Было заявлено, что самолет будет заправляться в Финляндии, но связавшиеся с наземными службами пилоты посадили самолет на военном аэродроме неподалеку от советско-финской границы.
ТРАГЕДИЯ НА БОРТУ

Ольга Овечкина на суде

Заметив на аэродроме советских солдат, Овечкины поняли, что их решили обмануть, и открыли огонь. Один из старших братьев застрелил стюардессу, после чего все вместе пытались взломать дверь в кабину пилотов. Тем временем начался штурм. Поняв, что их постигла неудача, Нинель Сергеевна потребовала, чтобы ее застрелили, после чего произвели взрыв самолета. Один из старших братьев застрелил мать, но взрыв бомбы оказался направленным, и должного эффекта достигнуть не удалось. Но в результате него погибли три пассажира и еще 36 получили ранения. После этого старшие братья — Василий, Олег, Дмитрий и Александр — по очереди застрелились из обреза. Из-за взрыва начался пожар, в результате которого самолет полностью выгорел.
ПОСЛЕДСТВИЯ
8 сентября 1988 года был проведен суд над оставшимися в живых Овечкиными. Старшие брат Игорь и сестра Ольга получили восемь и шесть лет заключения соответственно. Несовершеннолетние Овечкины были первоначально отданы в детский дом. Однако затем их взяла под свою опеку старшая сестра Людмила. Ольга, у которой уже в тюрьме родилась дочь, и Игорь отбыли лишь по половине своих сроков и были освобождены.

 

Дальнейшая судьба оставшихся в живых Овечкиных

http://www.fcw.su/blogs/ussr-star/bratja-ovechkiny.html

Игорь Овечкин был вторично арестован, на этот раз за распространение наркотиков. В некоторых источниках сообщается, что он был арестован в 1990-е годы и затем убит в тюрьме сокамерником.

Ольга Овечкина 8 июня 2004 года была убита своим сожителем в ходе бытовой пьяной ссоры. Родившегося незадолго до этого сына Ольги тоже взяла к себе Людмила.

Михаил Овечкин переехал в Санкт-Петербург, где участвовал в джазовом коллективе «Easy Winners» [1] и др. В настоящее время играет в уличном джаз-банде Jinx Jazz Band (Испания).

Ульяна родила ребёнка в 16 лет, вела асоциальный образ жизни. Пыталась покончить с собой, стала инвалидом.

Сергей некоторое время играл в ресторанах вместе с Игорем, затем следы его теряются.

О судьбе Татьяны общедоступной информации нет.

Отражение в культуре

http://1917.ixbb.ru/viewtopic.php?id=709

В 1999 году по мотивам истории семьи Овечкиных был снят художественный фильм «Мама».

 на место посадки успел примчаться отряд милиции Северо-Западного УВД. Этих милиционеров, фактически постовых, никогда к решению спец задач не готовили. Условия стоящей перед отрядом общей задачи были совершенно не ясны. Сколько человек захватило лайнер кризисный штаб не знал. 
Было лишь известно, что:
- захватчиков несколько
- они вооружены обрезами и бомбами
- они решительно настроены, до штурма успели застрелить бортпроводницу, выламывали дверь в пилотскую кабину, взрывом бомбы подожгли лайнер.
Когда лайнер загорелся, то ничего не оставалось, как идти на штурм - иначе пассажиры могли сгореть заживо. Была бы там Альфа, пошли бы сотрудники ППС под пули?! Но, Альфа еще только подтягивалась, и милиционерам пришлось идти.
Шли они в огонь - самолет уже горел и под интенсивный отстрел - Овечкины палили в штурмующих из четырех стволов. Оба милиционера, прорывающиеся через пилотскую кабину, были тяжело ранены ....

 

 

http://www.ngebooks.com/book_5508_chapter_26_GOD_1...RM_NA_AEHRODROME_VESHHEVO.html

 

Но именно посадка ознаменовала и первый просчет: пилоты, пассажиры и, конечно же, террористы увидели, как от края летного поля к лайнеру бегут солдаты. Знакомые шинели, фуражки, автоматы Калашникова. Бандиты понимают: их провели. Гремят первые выстрелы, пока предупредительные, в салонную переборку.

Преступники требуют, чтобы экипаж вышел из кабины и выстроился лицом к стене.

Командир корабля передает через бортпроводницу Ирину Васильеву о подходе автомобиля-заправщика. Вновь в салоне крики: «Взлет! Взлет! Не нужна дозаправка, взорвем!» Василий и Дмитрий Овечкины ломятся в дверь пилотской кабины, бьют ногами, прикладами обрезов, стремянкой. Грозят: «Если экипаж не будет подчиняться, начнем убивать пассажиров».

Тамара Жаркая просит их успокоиться, уговаривает: «Не надо стрелять! Взорвется самолет, погибнут люди. Сейчас подойдет заправщик и полетим дальше». Двое бандитов хватают ее за руки и усаживают с собой. А через несколько минут Дмитрий Овечкин, красавец-трубач в ансамбле «Семь Симеонов», убивает Тамару.

Подошел первый заправщик. С борта самолета видно, как находящийся на заправщике офицер спешно срывает с шапки кокарду. Люди, стоящие у края летного поля, делают жесты, тоже понятные всем, — они направляют действия штурмующих. Обстановка накаляется. Василий рвется в кабину: «Открывай! Иначе кого-нибудь застрелю». Олег бегает с оружием по салону и истерически орет: «Не смотрите на меня — перестреляю!»

Командир передает в салон: при дозаправке без бортинженера не обойтись.

17.04. С борта самолета сообщили: разрешение на выход бортинженера получено.

Иннокентию Ступакову ловко удалось выскользнуть из кабины, да так, что никто из преступников не успел проникнуть к пилотам. Вот он уже на крыле, открыл горловину, опустил в нее шланг. Бандиты внимательно следили за каждым его движением.

17.12. Первый дозаправщик заправил самолет. С борта требуют второй.

17.18. Напряжение на земле растет. Спасатели на вертолетах перебазировались ближе к самолету. Рейсовые самолеты огибают опасный район.

17.20. Угонщики, угрожая оружием, требуют немедленного вылета в Хельсинки.

17.50. К «Ту-154» подошел второй заправщик.

18.10. Заправка окончена.

Теперь перед Ступаковым стояла задача вновь проскользнуть в кабину, не дав прорваться туда бандитам. Но как это сделать? Овечкины «пасут» каждый шаг.

Поднявшись на борт, Иннокентий передает бандиту стремянку, просит: «Подержи, надо люк закрыть». Пока тот возится со стремянкой, удается совершить обратный маневр.

В это время — вызов по СПУ. Кто-то из террористов, взяв трубку у бортпроводницы, спрашивает: «Почему не взлетаешь, командир?» «Надо развернуться, жду тягач». «Жди, но только пять минут, понял? Не взлетишь, взорвем самолет!»

18.35. Два человека из группы захвата поднялись в кабину. Начинается подготовка к обезвреживанию бандитов.

18.50. Продолжаются угрозы взорвать самолет. Бортпроводники проявляют выдержку.

В 19.10 самолет тронулся с места, и группа рванула дверь пилотской кабины.

В те дни газета «Известия» дальнейшие события живописала так:

«Сразу началась бешеная стрельба. Через несколько секунд дверь захлопнулась. Два бойца, разрядившие пистолеты в преступников, упали на пол кабины, обливаясь кровью. Их раны, к счастью, оказались не опасны для жизни».

В том, что «два бойца разрядили пистолеты», сомнения нет, но вот в кого? Преступники не получили ни царапины. Куда же летели пули, в кого палили два бойца? Вот что рассказывает участница тех событий, бортпроводница Валентина Николаева:

«Они приоткрыли дверь и начали беспорядочную стрельбу по салону, не видя и не думая, что кроме преступников здесь находятся бортпроводницы, пассажиры. Пули летели не в преступников, а в мою сторону. Я присела, закрыв голову руками, пули летели над головой, через панель, в пассажиров первого салона».

Старший следователь военной прокуратуры Ленинградского военного округа майор юстиции Андрей Ковалев, который вел следствие, так оценивает действия группы захвата:

«От экипажа группе захвата было известно, чем вооружены преступники, но это не помогло».

«Когда в нас понесся град выстрелов, — рассказывали они, — мы подумали, что стреляют из автомата…» В ответ сами стали палить из пистолетов. Прикрывшись щитами, стреляли вслепую в конец салона, где находились Овечкины. Ранили пассажира, майора Я. Таюрского. Он сидел в трех-четырех метрах от кабины самолета, из которой вела огонь группа захвата. Вместе с ним пострадали еще три человека. И только чудом можно объяснить тот факт, что в такой перестрелке не поубивали пассажиров, находившихся в салоне самолета… Замечу, так действовали не солдаты срочной службы, а профессионалы, которые за свой труд получают деньги».

Не прав старший следователь только в одном: хотя бойцы группы захвата получают деньги и числятся в профессионалах, они далеки от этого высокого звания.

Такие же «профессионалы» действовали и в хвостовой части самолета. Ничего лучшего они не придумали, как, открыв люк, разрезать ножом коврик под ногами прямо у бандитов.

Однако было бы неверно во всем случившемся обвинять только группу захвата. От первого своего шага в аэропорту Иркутска до последней минуты в горящем самолете террористы Овечкины встречались с вопиющим непрофессионализмом. Исключение составляет, пожалуй, только экипаж самолета — не теряющие самообладания пилоты, мужественные бортпроводники. Остальные — крепко повязаны неумением работать, низкой служебной квалификацией.

Первыми, кто сказал бандитам «счастливого полета», была смена иркутского аэропорта под руководством капитана милиции К. Джикая. На выходе номер три в тот день контролировали посадку и вели досмотр ручной клади сержант В. Макеев, младший сержант В. Журнист, в также диспетчеры отдела перевозок Г. Сергеева и И. Богомолова.

Кроме ручной клади и инструментов, других вещей у Овечкиных не было. Ничего подозрительного в поведении пассажиров милиционеры не обнаружили. Да особенно придирчиво и не присматривались, ведь это ж «сами Овечкины», музыканты, гордость области.

Один из старших братьев даже попытался поставить контрабас в рентгенотелевизионный интерскоп. Галина Сергеева попросила положить инструмент на стол, дернула молнию на чехле, махнула рукой: проходи! Вот и вся проверка.

О действиях группы захвата и тех, кто «встречал» на земле убегающих из горящего самолета пассажиров, мы рассказали. Надо добавить, что и в верхнем эшелоне руководства операцией профессионализма было не больше.

Начальник управления КГБ по городу и области генерал-лейтенант В. Прилуков руководил операцией непосредственно из… Ленинграда. Как? На этот вопрос он отвечал сам: «Держал связь с Москвой».

Однако эта драма, потрясшая в свое время страну, хоть и не такая далекая, но уже история. Она забывается и, возможно, ее не стоило бы ворошить, если бы жизнь не рождала новых «Симеонов», на пути которых по-прежнему оказываются «профессионалы», работа которых оплачивается человеческой кровью и жизнями.