[400x304]
После того как стали известны некоторые подробности уголовного дела в отношении Дмитрия Гусакова (напомним, он обвиняется в ложном доносе и распространении наркотиков, мы писали об этом в номере за 14 ноября), корреспондент «ПС» встретился с Олегом Черненко. Он руководитель регионального отделения ЛДПР, и именно его пытались дискредитировать, подкинув наркотики. Черненко прокомментировал обстоятельства происшедшего.
Даже быть потерпевшим в таком редкостном по паршивости деле - значит, оказаться в двусмысленной ситуации - любой захотел бы что-то «добавить от себя». Кроме того, человек так или иначе «потерпел» по политическим мотивам, поскольку является не только партийным лидером, но и депутатом Архангельского горсовета.
- Что такого могло случиться, чтобы отдельные товарищи по партии задумали отправить вас в места не столь отдаленные?
- Если с самого начала. Конфликты возникали еще в ходе избирательной кампании в областное Собрание. Мы работали в округе Майская Горка, причем работали чисто, без черных технологий. Гусаков же пытался навязать свой обычный стиль. Он навязывал, мы всячески отстранялись.
Выборы в целом для партии прошли плохо, но в Майской Горке мы выиграли.
И вот по итогам выборов Москва поставила вопрос о снятии регионального руководителя. Понятно, что Лукин был номинальным лидером, таким свадебным генералом, а фактически руководили отделением партии Гусаков и Смирнов (заместитель координатора областного отделения ЛДПР). Избирательная кампания лишний раз показала несостоятельность такого руководства, и центральный совет предложил мою кандидатуру. Я согласился. И началось...
Гусаков и Смирнов искали пути моего устранения.
- В каком смысле «устранения»? Вы имеете в виду, что они пытались каким-то образом отстранить вас от руководства?
- Я имею в виду физическое устранение. Убийство.
- Этого не может быть. Я давно знаю Дмитрия, как и многие мои коллеги. Одно время он активно занимался кино, он настолько творческий человек, что порой трудно разобраться, где кончается сценарий и начинается обычная, ненаписанная им жизнь. К тому же следствие ни словом не упоминает покушение на убийство.
- Об этом потом. Давайте все по порядку. 22 мая поступило официальное распоряжение Жириновского назначить Черненко координатором регионального отделения ЛДПР. Предстоящая партийная конференция должна была утвердить мою кандидатуру, и Гусаков поставил целью любым способом сорвать утверждение. Второго июня начались переговоры с посредниками о моем физическом устранении.
- Откуда вы знаете точную дату? И вообще - почему вам стал известен сам факт переговоров?
- Нашлись порядочные люди в окружении Гусакова и Смирнова. Велась аудиозапись разговоров. Они нашли двух исполнителей, оговаривалась цена - 500 тысяч рублей, те просили предоплату 300 тысяч. Решались технические вопросы: что делать если он (то есть я) окажет сопротивление, вид оружия, где - возле дома или у офиса, как передать деньги исполнителям. Кстати, Гусаков боялся, что его «кинут».
Позднее он решает отказаться от идеи с убийством, его подруга предложила более действенный метод - подкинуть наркотики. Следствие не рассматривает покушение именно потому, что они сами передумали убивать.
До дня конференции, которая должна была состояться 25 июля, задачу должны были выполнить - подкинуть наркотики и заявить в милицию и наркоконтроль. А я обратился в ФСБ.
- То есть насчет технологии исполнения вы тоже были в курсе?
- Это долго и подробно обсуждалось в компании Гусакова. На записи слышно, как Смирнов говорит, что нужно учесть, как расставлена мебель в моем офисе, номера машин, куда и в какое время я езжу, как сделать, чтобы сигнализация не сработала, как отвлечь меня, чтобы я вышел из кабинета. В итоге гашиш подбросили за три дня до конференции и в машину, и в офис.
Все это время я был под наблюдением ФСБ, соответственно, было под наблюдением и все, что двигалось вокруг меня. Работа была проделана безупречно, и я благодарен сотрудникам ФСБ.
Ваша газета написала, что окончательный вариант обвинительного заключения, скорее всего, будет мягче предварительного, так как Гусаков активно сотрудничает со следствием...
- Так сказал следователь. Еще он сказал, что его отстранение от партийного лидерства не является основным мотивом. Трудно представить, что мотивом могло стать стремление руководить региональным отделением ЛДПР.
- Для Гусакова это главное - и заработок, и крыша над головой, и реализация творческих возможностей... Насколько я знаю, больше у него ничего не осталось.
Любовь ПОДОКСЕНОВА.
газета "Правда Севера" 25/11/2009