Фото
[455x576]

Три сестры...Знаменитые писательницы и поэтессы...Каждая из них оставила в литературе свой талантливый след..."Джейн Эйр" - Шарлотта,"Грозовой перевал" - Эмилия и "Агнес Грей" - Анна. Они росли без матери,представлены были сами себе.
Сестры Бронте играли на кладбище, между старинных надгробий с полустертыми надписями и покосившихся саркофагов. Дом,в котором они жили, был угрюмый и холодный, напоминал саркофаг. Ощущение близости и неизбежности смерти присутствовало в жизни юных Бронте с самого детства. Любимым развлечением по вечерам у них было сочинительство таинственных и страшных историй,которые они с увлечением рассказывали друг другу. Журнал Крестьянка в своем очередном номере поместил очень интересную статью об истоках их талантливости и странностях жизни.

Дом на кладбище
Эмили Бронте родилась 30 июля 1818 года в многодетной и крайне бедной семье методистского священника. Она была пятой из шестерых детей. Ее отец, Патрик Бронте, был сыном ирландского фермера, и только благодаря своим способностям, проявленным на уроках в воскресной школе, получил возможность продолжить обучение. Еще будучи молодым священником без постоянного прихода, он по большой любви женился на Мэри Брэнуэлл – образованной барышне из хорошей семьи. С разницей в год-два на свет появились их дети: Мэри, Элизабет, Шарлотта, потом долгожданный мальчик Брэнуэлл, которому в качестве имени дали фамилию матери в надежде, что состоятельная родня будет ему помогать, – и еще две девочки, Эмили и Энн.
В 1820 году, когда Мэри ожидала рождения своей последней дочери Энн, а маленькой Эмили не было и двух лет, Патрик наконец получил постоянный приход в деревушке Хоуорт. Дом священника стоял рядом с церковью и кладбищем, несколько в стороне от деревни, среди бескрайних вересковых пустошей. Дети Бронте играли на кладбище, между старинных надгробий с полустертыми надписями и покосившихся саркофагов. Да и сам дом, угрюмый и холодный, напоминал саркофаг. Ощущение близости и неизбежности смерти присутствовало в жизни юных Бронте с самого детства. Если бы дело ограничилось только кладбищем в качестве места для игр...
Последние роды дались Мэри Брэнуэлл-Бронте очень тяжело: после появления Энн она уже не встала с постели. И в сентябре 1821 года умерла. Патрик хотел дать своим детям хорошее образование. Когда ему предложили поместить девочек в школу для дочерей духовенства в Коуэн-Бридже, он с радостью согласился и отправил туда Мэри, Элизабет, Шарлотту и Эмили.
Энн была еще слишком мала для учебы – на свое счастье, ибо школа оказалась кошмарным местом, где сестры Бронте познали холод, голод и жестокость преподавателей. Мэри и Элизабет заболели чахоткой. Их в срочном порядке вернули домой, где они и умерли, и упокоились рядом со своей матерью на кладбище, где когда-то играли.
Шарлотту и Эмили Патрик забрал из школы сам: умирающие старшие дочери ярко живописали ему все ужасы школьной жизни.
Шарлотта запомнила Коуэн-Бридж навсегда, и ее яростное негодование вылилось потом на страницы романа «Джен Эйр»: школа, где мучились девочки Бронте, стала прообразом Ловудского приюта, где пришлось страдать маленькой Джейн.
Эмили запомнила только одно: хорошо может быть только дома. Всю оставшуюся жизнь она страдала от тяжелой социофобии, не в силах покинуть родной дом. А если ей случалось уезжать – начинала болеть, ибо все в ее организме, в ее духовном и физическом существе противилось разлуке с домом.
Несмотря на пережитые в Коуэн-Бридже лишения, Шарлотта хотела учиться дальше. Отец отправил ее в пансион Роу-Хед, где ей очень понравилось. Пансион готовил будущих учительниц и гувернанток. Для Шарлотты это оказалось настоящим призванием. Во время каникул она по собственной воле взялась учить младших сестер.
Шарлотта очень серьезно восприняла тот факт, что теперь она старшая. Материнский инстинкт, которому никогда не было суждено полноценно реализоваться, пробудился в ней очень рано, и она обрушила его на младших сестер и брата.
Из всей семьи Шарлотта больше всех любила Эмили – за ее рано проявившийся сильный характер и яркий литературный талант. Именно Эмили придумала самую интересную игру в жизни юных Бронте: она предложила им сочинять пьесы и создала волшебную страну Гондал, где обитали и действовали персонажи их детских фантазий. Игра имела успех: сидя в рядок на диване, в полутьме – свечи экономили, – дети Бронте взахлеб, наперебой сочиняли приключения своих героев.

Разбитые сердца
В июле 1835 года Шарлотта заступила на место учительницы в Роу-Хеде, а Эмили привезли туда в качестве ученицы. Расставание с домом превратилось для девочки в настоящую трагедию. В пансионе она впала в депрессию и расхворалась. Даже забота старшей сестры не помогала. Эмили умирала от тоски по дому. В начале ноября ее с подозрением на чахотку срочно вернули обратно в Хоуорт... где она тут же выздоровела и взялась помогать тетушке по хозяйству, а также сочинять бесконечную историю Гондала.
Второй раз Эмили покинула дом два года спустя. Несмотря на отсутствие диплома, ее сочли достаточно образованной для того, чтобы взять учительницей в пансион в Галифаксе. Хлопотала за нее Шарлотта, считая, что Эмили должно быть ужасно тоскливо дома одной. Шарлотта судила по себе, а бедная Эмили продержалась на учительском месте полгода, возненавидела учениц и коллег, опять впала в депрессию и снова так тяжело заболела, что ее не сочли возможным держать подле детей. Она вернулась домой, и на этот раз ее выздоровление затянулось: слишком глубокие душевные раны получила она за время преподавания в Галифаксе.
Шарлотта не понимала, почему Эмили так плохо вне дома? Самой ей нравилось уезжать, нравилось знакомиться с новыми людьми и даже быть учительницей. Она мечтала открыть свою собственную частную школу для девочек, где они с Энн могли бы преподавать, а Эмили – вести хозяйство.
Энн, после окончания пансиона получившая место гувернантки и зарабатывавшая больше всех в семье, напротив, тихо ненавидела свою работу, все ужасы которой она живописала в романе «Агнес Грей». Однако она кротко и мужественно жертвовала собой ради того, чтобы не только не быть обузой семье, но еще и содержать всех – посылать домой деньги, которые были очень нужны, потому что отцу платили мало, а Брэнуэлл никак не мог найти себе постоянное место.
Самой хорошенькой из пасторских дочек считали именно Энн. Она отличалась покладистым характером и ангельским терпением. В деревне поговаривали, что если у кого из девочек Бронте и есть шанс найти себе мужа, то только у Энн: две другие, по мнению селян, никуда не годились.
Шарлотта, при всем очаровании своего характера, была чрезвычайно некрасива. При этом она мечтала выйти замуж и родить детей. Но прежде всего ей хотелось любви – великой любви! К ней сватался Генри Нанси, брат ее подруги Хэлен, но Шарлотта ему отказала. Она ждала настоящего чувства, мечтала о бурных страстях – таких, какие переживали ее придуманные персонажи.
А Эмили Бронте, по воспоминаниям современников, была настолько странной, замкнутой и угрюмой особой, что окружающие ее побаивались. Она обожала одинокие прогулки по вересковым пустошам, в любую погоду, при любом ветре. И если встречалась с кем-то из соседей – смотрела сквозь них, словно сквозь пустое место. Да еще и бормотала что-то при этом. В Хоуорте поползли слухи, что средняя из Бронте не в себе. Не могли же они предположить, что Эмили все время сочиняет, что внутри нее постоянно создаются монологи.
Летом 1840 года в Хоуорте появился молодой, обаятельный, веселый помощник священника Уильям Уэйтмен. Чтобы получить свой приход, ему следовало жениться... А идеальной женой для пастора может стать только дочь пастора! И вскоре все прихожане отметили, что помощник священника даже во время службы посылает нежные взгляды Энн Бронте, приехавшей домой на каникулы. Никто его за это не осудил: выбор сочли достойным.
Однако Энн и Уильям решили не торопиться со свадьбой – им надо было заработать хоть какие-то средства для поддержания жизни молодой семьи. Энн вернулась в дом, где работала гувернанткой, а Уильям остался в Хоуорте. Они даже не объявляли о помолвке – считали, что торопиться пока им некуда.
Между тем Шарлотта решила, что им с Эмили непременно надо улучшить свой французский, для чего они должны поехать в Брюссель, в пансион месье Эгера, где уже училась одна из ее приятельниц. Эмили согласилась, вернее – покорилась. Ей снова тяжело далась разлука с домом.
Зато Шарлотта в Брюсселе познала настоящее счастье и ту любовь, о которой так давно мечтала. Она влюбилась в мсье Эгера – невысокого, смуглого, раздражительного, желчного, безнадежно женатого... Потом она напишет с него своего главного романтического героя, мистера Эдварда Рочестера. И подарит Джен Эйр счастье с любимым.
Так же поступила и Энн: в своей книге она выдала кроткую Агнес Грей за достойного во всех отношениях пастора, описав то, что не сбылось в ее собственной жизни. В ноябре 1842 года ее жених Уильям Уэйтмен умер от воспаления легких. Энн даже на похороны не успела: она приехала уже к его могиле.
Из трех сестер Бронте только Эмили не страдала из-за своего одиночества. Она была полностью погружена в творчество, но в ее книге мы не увидим идеального героя, который преподносится героине в финале, как награда за все страдания. Кажется, Эмили вообще не верила в счастливые финалы и в идеальных героев. Зато верила в то, что после смерти любящие непременно соединятся. И что умерший может вернуться, если кто-то в этом мире его будет звать и ждать. Так, в «Грозовом перевале» покойница Кэти стучит в окно дома... Хотя случайному гостю кажется, будто стучит ветка дерева, сотрясаемого ветром.

Тайна «братьев Белл»
Все три сестры Бронте сочиняли стихи, и однажды деятельная Шарлотта решила собрать все творения в одну книжку и издать ее за свой счет. Под псевдонимом, разумеется, потому что барышням из хорошей семьи сочинительством заниматься в то время было не совсем прилично. Шарлотта взяла себе псевдоним «Каррер Белл», Эмили – «Эллис Белл», а Энн – «Эктон Белл». Книга «братьев Белл» была издана, но особого восторга у читателей не вызвала.
А сестры тем временем написали по роману: Шарлотта – «Учителя» (ее первая книга о любви к мсье Эгеру), Эмили – «Грозовой перевал», а Энн – «Агнес Грей». Опять же по настоянию Шарлотты они предложили книги издателю Т. Ньюби. К великому разочарованию старшей из Бронте, он сразу отверг «Учителя», но согласился издать «Грозовой перевал» и «Агнес Грей», если авторы внесут 50 фунтов в счет расходов на типографию. Сестры согласились. И все же Ньюби откладывал публикацию так долго, что Шарлотта успела написать еще один роман, «Джен Эйр», издала его в другом издательстве. Книга «Каррера Белла» снискала столь быстрый и громкий успех, что Ньюби поспешил выпустить романы «Эллиса» и «Эктона» – в надежде, что фамилия «Белл» на обложке поможет книгам быстрее продаться. Если «Агнес Грей» приняли спокойно, хотя некоторых читателей возмутила критика существующего строя, которая там пусть робко, но высказывается, то «Грозовой перевал» шокировал общественность. В то время в английской литературе уже прошло увлечение готическими романами, и каких только кошмаров не прочитали британцы развлечения ради!
Однако «Грозовой перевал», где обстоятельства и характеры вполне реалистичны, зато страсти сверхъестественны, поступки невероятны, где главных героев связывает преступная любовь, жестокость воспринимается как неотъемлемая часть жизни, главный герой Хитклифф выкапывает тело своей возлюбленной Кэти, чтобы в последний раз побыть с ней рядом, – этот роман читателей и критиков попросту напугал. Критики писали, что Эллис Белл, в отличие от своих братьев, опасный и порочный человек, и нельзя допустить, чтобы его растлевающая разум книга попала в руки юным и невинным... Они и предположить не могли, что автор столь скандального романа – скромная старая дева, дочка беззвестного пастора из провинции!
Эмили после завершения «Грозового перевала» как-то обессилела, словно отдала этой книге всю свою жизненную энергию, а себе оставила ровно столько, чтобы вяло исполнять работу по дому да иногда гулять среди могил – на прогулки по вересковым пустошам ее уже не хватало. Она писала мрачные стихи о смерти и о тех, кто ожидает ее под землей... Видимо, уже тогда у Эмили начал проявляться туберкулез – семейная хворь Бронте. Она чувствовала, как разрушается ее тело, и морально готовилась к смерти.

Печальный финал
Однако первым умер Брэнуэлл. Он не мог удержаться надолго ни на одном месте. Брэнуэлл хотел только одного – стать художником, ведь он великолепно рисовал, а ему предлагали писарские и чиновничьи должности. Энн попыталась спасти брата и устроила ему место учителя рисования в доме богачей Робинсонов, где уже много лет преподавала сама. Но Брэнуэлл все испортил, влюбившись в хозяйку дома и вызвав в ее сердце ответную страсть. Когда об их связи стало известно хозяину, он пригрозил пристрелить Брэнуэлла, если тот еще раз появится поблизости от его дома. Заодно с братом была уволена и Энн. Впрочем, она тут же нашла себе новое место. А вот Брэнуэлл, окончательно разочаровавшись в жизни, как-то очень быстро спился, потом заболел чахоткой, и сестры, при всей их любви к брату, сочли эту болезнь благом: Брэнуэлл хотя бы утратил возможность буйствовать и больше не терзал сердце отца.
Патрик Бронте нашел утешение, сидя у постели умирающего сына и читая ему вслух Евангелие. На похоронах Брэнуэлла простудилась Эмили. Она проболела полгода, решительно отказываясь от лечения, не желая даже говорить о своей болезни. Казалось, она ждала и приветствовала смерть. Даже когда Эмили окончательно слегла, даже когда начала задыхаться, она упорно не принимала лекарство, принесенное Шарлоттой. Объяснения ее поведению не было тогда, нет его и сейчас. Некоторые исследователи считают, что Эмили попыталась написать новый роман, но достигнуть уровня «Грозового перевала» ей не удавалось, она утратила вкус к творчеству, а вместе с ним и вкус к жизни.
К тому времени Энн оставила место гувернантки, потому что тоже была больна. Но она, в отличие от Эмили, перепробовала все способы лечения. Ей очень хотелось жить...
Эмили не стало 18 декабря 1848 года. Ей было тридцать с половиной лет.
Энн пережила ее на пять месяцев – и не дожила до своих тридцати.
Шарлотта осталась одна в опустевшем доме, со старой служанкой и ослепшим от горя отцом. И хотя ее как автора «Джен Эйр» принимали и чествовали среди лондонской литературной богемы, а ее новый роман «Шерли» снискал похвалы самого Уильяма Теккерея, – Шарлотта все же была глубоко несчастна, потому что вместе с сестрами и братом она потеряла весь свой мир.
Особенно тосковала она по Эмили. Иногда Шарлотта могла забыть о смерти Энн и Брэнуэлла, представить, будто они просто уехали, потому что они и при жизни отсутствовали по многу месяцев. Но Эмили была душой этого дома и оставила после себя пустоту – болезненную, как открытая рана.
Шарлотта Бронте пережила еще одну несчастную любовь – к издателю мистеру Смиту, который предпочел ей богатую наследницу. Убедившись, что счастье ей не суждено, Шарлотта вышла замуж за мистера Артура Никколса: он уже два года служил помощником священника у ее отца, ему планировали в скором времени передать приход и дом, потому что Патрик Бронте совсем ослеп и уже не мог исполнять своих обязанностей. Но отец так хотел умереть здесь и быть похороненным рядом со всеми, кого любил! Ради него, ради его покоя Шарлотта вышла за нелюбимого, но, видимо, любившего ее Никколса.
Ей было уже тридцать восемь. Вскоре после свадьбы она забеременела, но радость от ожидания ребенка сменилась страданиями: беременность проходила так тяжело, что порой Шарлотта вовсе не могла подняться с постели. Доносить ребенка ей не удалось. Шарлотта Бронте умерла 31 марта 1855 года. Причина ее смерти до сих пор неясна, приводятся разные версии – тяжелый токсикоз, диабет или все та же наследственная чахотка.
...Перед тем как впасть в беспамятство, Шарлотта несколько раз шепотом позвала по именам своих умерших сестер и брата. Особенно настойчиво она звала Эмили.
В какой-то момент сидевшие рядом с постелью Шарлотты муж и служанка были напуганы внезапным и громким стуком в окно. Конечно, то стучала всего лишь ветка дерева, сотрясаемого ветром. Но, услышав этот стук, Шарлотта улыбнулась, перестала звать и навсегда закрыла глаза.

Елена Прокофьева
Опубликовано: Июль-Август, 2008
Рубрика: Большая история