б е з/о / б р а p з н о е ( ударение на - о) - создаёт общую, совершенно уникальную образность текста.
Вот – «Кислые стихи" Эммы Мошковской, о которых мы говорили. Обычное слово, давшее им название, само по себе безобразное, становится образным, метафорическим оттого, что кислый вкус (здесь можно вообразить всё тот же лимон) передаётся вещам, которые с к и с л ы м никак не увязываются. Но они «скисают» - из-за неважного, «кислого настроения». Парадоксально, но «кислый сахар» или «кислое мороженое» начинают звучать понятно и вполне естественно. Это – образ плохого настроения, когда всё немило! Вкусовые ощущения переходят в ощущение какой-то неприятности. Чему уж тут радоваться, если даже «в кислом небе кислое облако повисло».
Читая эти стихи, рассуждая о них, ребёнок совершенствует умение описывать свои чувства, настроение. И пользуется при этом образными словами. И неплохо бы от произведения к произведению закреплять в нём это умение..
И подойдёт момент, когда ребёнок захочет узнать – а как в с ё э т о называется. Помните, как обрадовался Тёма, когда узнал, что существуют на свете омонимы? Начал играть в них, радуя бабушку своими новыми и новыми открытиями. Вот и здесь – пусть ребёнок, наконец, узнает: «кислое мороженое», «горячий снег» - это о к с и м о р о н ы . Парадоксально звучащие словосочетания: с греческого – остоумно-глупые.
Считается, что ребёнку, младшему школьнику, - это трудно, непосильно. А «биссектриса»,»гипотенуза», «уравнение» – доступно? Дело в том, что у каждой науки с в о й язык. И не зная его, науку эту не постигнешь. И чем раньше ребёнок начнёт называть вещи с в о и м и именами, тем скорее с в о и м и станут для него эти имена ( боюсь слова «термины»). Да, кому-то это трудно. Не страшно. Всему своё время...
Гораздо хуже будет, когда в школе «термины» эти свалятся, как снег на голову, – их заставят просто заучивать.
Значит, «кислый» - вкусовое ощущение, а вот «о р а н ж е в ы й» - цветовое. Цвет этот, как правило, радует, привлекает, веселит, поднимает настроение. Отсюда - и «оранжевое небо», и «оранжевые песни», и «оранжевый верблюд», и даже «оранжевая зелень» ( оксимороны, кстати)
. Отсюда – «Разноцветная книга» с. Маршака ( страницы её – ЗЕЛЁНАЯ, СИНЯЯ, ЖЁЛТАЯ, БЕЛАЯ...
Нейтральное, обычное слово превращается в метафору ( то есть начинает звучать в переносном значении), благодаря настроению лирического героя, когда весь окружающий мир окрашивается тем душевным состояним, которое посещало человека. В ту пору, скажем, когда у него выдался «очень задумчивый день»
В с ё это – замечательный повод «разговорить» детей: пусть «окрасят» в самые разные цвета или настроения свои мысли, чувства, поступки.
И ребёнок убедится: к а ж д о е слово, если оно возникает в художественных целях, обязательно становится о б р а з н ы м.
И если ребёнок, читая, начинает замечать это, - значит у него уже есть дар читателя. И если он или взрослый человек пытается что-то сочинять, он будет стремиться к образности своего слова, интуитивно или, как говорится, "в муках" находить его, зная, что стихотворение или рассказик, любой художественный текст обязательно «окрасится», зазвучит как открытие. Станет с о б с т в е н н о й поэтической находкой.
[510x698]