- Санёк, у нас еще что-то из жратвы осталось вообще?
Любовь Сергеевна Соловьева, главный научный сотрудник, руководитель экспериментальной секретной лаборатории затушила окурок в колбочке и устало плеснула в другую маслянистой жидкости из прозрачного сосуда, на котором черным маркером было подписано "C2Н5ОН".
- Тёть Люба, - откуда-то из-за перегородки послышался Санькин голос, - У нас есть килограмм шоколада одним куском и бич-пекеты. Целая коробка.
- Как это романтично, - Люба задумчиво подперла рукой подбородок, - Закусывать спирт шоколадом... Тащи роллтоны. И чайник что ли поставь!
Александра поступила в лабораторию полгода назад. С семьей у Сани были нелады, поэтому, когда подающей большие надежды выпускнице химического факультета предложили работу в закрытом НИИ с условиями длительных командировок, она незамедлительно и радостно согласилась. И сразу же попала в заботливые руки Любы, которая и объяснила, чем они тут занимаются и что за "командировки" им предстоят.
Лаборатория неспешно разрабатывала химическое оружие на защиту Родины, вела изучение элементов, доставленных с других планет и промышляла экспериментами с магией и древним колдовством. А что удивительного? Наука давно перешагнула рубеж неверия в так называемые сказки и полным ходом вела исследования в этом направлении.
На прошлой неделе вместе с продовольствием им доставили новый образец - египетскую книгу мертвых. Которую женщины и взяли в разработку немедленно.
Компьютер на "раз-два" разобрался с древнеегипетским и Любаша с Саней три дня развлекались тем, что вызывали в вакуумной титановой камере всякую нечисть, корчили ей рожи через полуметровой толщины смотровое стекло и лупили током разной мощности. Прицельно. Из бластеров. Называя издевательство над духами древности "стрелялками". А что вы хотите? Сидя месяцами под землей еще не до такого можно докатиться.
- Пошли, что ли, еще раз попробуем вытащить что-то стоящее из этой книги, - предложила Любаша, доев заботливо заваренный Санькой роллтон, - А то Михалыч, жмот, опять премии не выпишет.
- Может, попробуем почитать пятую главу? - оживилась Саня, - Я вчера вечером посмотрела, там говорится что-то о переносах сквозь время и пространство!
- Угу, хоть десятую, - согласилась Люба, - Главное, чтобы прилетело что-то стоящее, а не эти вонючие монстры... Всю камеру плазмой своей засрали, уроды!

- Тёть Люб, генерирую код.
- Включаю установку.
- Мощность какую выставить?
- Сдаётся мне, Саня, что тут не в мощности дело... А ну-ка убираем эту хрень. Так будем. Без прибамбасов.
Чётко поставленным голосом компьютер прочитал страницу из книги.
- Язык сломать можно, - покачала головой Любашка.
Камеру на несколько секунд заполнил голубоватый дым.
- Саня, всоси на анализ, быстро, он рассеивается.
- Сделала.
На белоснежном полу камеры лежали двое. Мужчина и женщина. Золотистая кожа, набедренные повязки, расшитые разноцветной нитью, широкие золотые браслеты на руках и ногах. У женщины длинные прямые черные волосы. Мужчина гладко выбрит.
- Саня, на египтян похожи! - констатировала Люба, всматриваясь в монитор, - Я тебе отвечаю, мы это сделали! Нам материализовало человеческую форму жизни! Вывози роботов, потрогаем их на предмет жизни и разумности.
Тем временем мужчина, видимо, очнулся, вскочил на ноги и стал активно жестикулировать и выкрикивать что-то на незнакомом языке.
- Ни черта не могу идентифицировать... - бормотала Люба, тщетно пытаясь настроиться на распознавание голоса... Саня, а принеси-ка наш переводчик ИП48/12!
- Тёть Люба, но мы же его не проверяли еще, - робко попыталась возразить Санёк.
- Вот и проверим, - ловко управляясь с роботами, гоняющими парочку по камере, довольно улыбалась Любаша.
Ещё бы. Не часто случаются такие веселые дни!
Люба заправила "торпеду" переводчика в автоматический трансплантатор и вернулась "в рубку", наводить прицел. Робот совершил выстрел, торпеда мгновенно оказалась под лопаткой у мужчины, чем вызвала у него бурное недовольство.
- Ничего, дорогой, у тебя не получится! - приговаривала Любаша, наблюдая, как он пытается вытащить маленькое инородное тело из спины, а его подружка активно ему в этом помогает.
- Сашк, подстрой частоту, плохо слышно, чего он там лопочет.
Саня кивнула и принялась крутить ручки на распределителе.
- Господа хорошие, вы кто такие будете? - сказала Люба в микрофон, дождавшись отмашки от лаборантки.
- Я Имхотеп! Верховный жрец фараона Сети! Анк-Су-Намун - его будущая жена! Немедленно выпусти нас! Или умрешь!
- Да? Серьезно, что ли? - Любу угрозами не удивить, - Ну-ка, железяки, фас, - скомандовала она и включила самонавод.
- Все проклятья земли египетской обрушатся на тебя, недостойная! - пять минут беготни и бесполезного сопротивления - и египетская парочка надежно "распята" последними моделями робототехники.
- Ой, какие слова, - поморщилась Любаша, вводя команду на клавиатуре, - Давайте-ка рассмотрим вас поближе...
- Тёть Люба, вы чего делаете? - Саня обеспокоено косилась на открывающиеся двери камеры и жужжащих роботов, бесстрастно волокущих пришельцев на выход.
- Ну, надо же посмотреть на них. Через это дурацкое стекло не видно ни черта... Возьми шокер. На всякий случай.
Александра послушно схватила полметровый плазменный токогенератор.
- Хорош, черт... - задумчиво произнесла Любашка, пока роботы неспешно фиксировали материализовавшуюся пару в древнеегипетских одеждах.
- Какими заклятиями ты пользуешься?! - снова заговорил Имхотеп, - Почему я понимаю твой язык?
- Наши заклятия - атомная физика и химический анализ первоэлементов, - пробубнила Люба, натянув резиновую перчатку и ощупывая Имхотепа.
Вдруг правый робот, держащий египтянку, открыл один фиксатор. Анк-Су-Намун немедленно воспользовавшись этим, вывернулась из стальных объятий и кинулась на Любу. И тут же свалилась на кафельный пол, обездвиженная ударной волной нейтрализатора.
- Анк-Су-Намун!!! - выдохнул жрец, расширенными глазами глядя, как падает египтянка.
- Саня! Ёманарод!!! - едва переведя дыхание, заорала Любовь, поворачиваясь к пульту управления "полетами", - Какого черта ты там трогаешь?!
- Простите, тёть Люба, - пискнула Сашка, - Я хотела ее повыше поднять, случайно тыкнула не туда!
- Тыкнула она не туда!!! Отойди оттуда и вколи этой дуре транков посильнее. И позови уже кого-нибудь! Пусть отнесут ее в пятый блок, на отмокание.
- Великий Анубис! Молю тебя! Восстань! Приди!!! Защити нас!!! - с выражением и даже на распев выкрикивал Имхотеп, строя страшно серьезные рожи.
Любаша повернулась к несчастному, у которого, естественно, не получалось наслать ни единого проклятья.
- Ну, успокойся, дорогой, не надрывайся... Давай поговорим, как цивилизованные люди...
Прискакала Сашка со здоровенным шприцем-пистолетом.
- АНК-СУ-НАМУУУУУН!!! - взвыл Имхотеп, видя, как в золотую спину женщины воткнулся шприц, и она скорчилась на полу, мелко подрагивая всем телом, - Ты поплатишься! - выкрикнул он, предпринимая попытку сломать титановые фиксаторы.
- Тэ пэплатышьса! - передразнила Любашка, - Не в моде у нас показные выступления! Саня, дай ему тоже разряд.
- Я всегда с удовольствием, - как-то нехорошо улыбаясь, нажала на кнопочку своего шокера пышненькая лаборантка.
- Саня, Саня! Хорош! - замахала руками Люба, когда несчастный жрец потерял сознание, - Ты чо, хочешь прикончить экземпляр?! Садистка юная!

Михалыч, непосредственный начальник Любови Сергеевны не отвечал на телефонные звонки. Ну, в принципе, не удивительно. Часы показывали три часа ночи.
- Может, еще пойдем поколдуем? - лениво предложила Сашка, - А то спать неохота.
- Хватит, наколдовались уже! - ответила Люба, - Я пойду, посмотрю, как там наши фараоны...
- Он сказал не фараон, а жрец, - поправила Санька.
- Да хоть сфинкс, мне все равно, - пожала плечами Любовь, если Михалыч позвонит, позови.
- Угу.
- Кстати, анализ готов?
- Готов. Им три тысячи лет. Ориентировочно, конечно.
- Шутишь? - нахмурилась Люба, - Это точно?
- Сами посмотрите, - Саша показала распечатки с результатами.
- Ёманарод, Сашка, да мы мумий что ли оживили?!
- Скорее вытащили живых людей древшейшей цивилизации, - поправила Санёк.

Имхотеп лежал намертво прикованный к кушетке. Любашке даже стало его жалко, когда она заметила красные перетертые полосы на запястьях и лодыжках.
- Ты бы не дергался, человек хороший, - заботливо посоветовала она, - Это титановый сплав, его лазер с трудом берет.
- Кто ты?! - он страшно вытаращил свои карие глазищи.
- Меня зовут Любовь Сергеевна, можно просто Люба...
- Ты не любовь, ты злоба и ненависть, колдунья! - парировал Имхотеп.
- Ну вот и познакомились, - поджала губы Любаша, - Как ты себя чувствуешь? - она глянула на датчики состояния. Вроде бы все было в норме. Пульс, конечно, скачет, да и давление высоковато, но, учитывая его шоковое состояние - это нормально.
- Где Анк-Су-Намун?!
- Подруга твоя?.. Тут недалеко.
- Что ты сделала с ней?!
- Слушай! - начала сердиться Люба, - Если ты не сменишь тон, я вообще не буду с тобой разговаривать, образец номер... - она глянула на карточку на кушетке, - Сто сорок девять!
- Ты умрешь! Страшной смертью!
- Ладно. Хрен с тобой. Поговорим, когда остынешь... горячий египетский парень...
Любаша сходила в пятый блок, женщина лежала без сознания. Жизнедеятельность была в норме. Только описалась немного. Но это нормальное явление от такой дозы.
- Светочка, - Люба нажала селектор на стене.
- Слушаю!
- Зайди к нашей новенькой. У нас тут казус случился... мокрый.
- Поняла, Любовь Сергеевна, - засмеялась Света, - Сейчас все сделаем.

Любаша в пятый раз взялась за телефон. Уже под утро.
- Михалыч! Твою налево! Ну наконец-то! - заорала она через полминуты, - Где тебя черти носят?! Я тебе щас такое расскажу, ты не поверишь ни разу!..
- ...пристегнули их в отсеках, женщине вкололи 5 кубиков берикарбизону, а то она меня порывалась загрызть, а этого, как его... жреца Саня подлечила шоковой терапией, - закончила Люба.
- Вы опять дышали парами экспериментальных препаратов?
- Михалыч! Руки в ноги и дуй на базу! Ты не понял что ли?! Мы поймали трехтысячелетние экземпляры! А ты глумишься! Ничем мы не дышали!
- Значит пили!
- Михалыч! - Любаша начала свирепеть, - Если ты не притащишь сюда свою жопу в ближайшее время, Нобелевскую премию мы будем получать с Сашкой вдвоём!
- Удачи, лауряты херовы!
Тем не менее, Михалыч приехал. Хвалил. Вечером приехала какая-то правительственная комиссия. Тщательно изучали "экземпляры", все анализы, историю эксперимента. Уехали довольные. Сказали, что выпишут специалиста из НАТО, он будет работать с нами.
- А на кой черт нам специалист из НАТО? - спросила Люба, когда комиссия загрузилась в лифт.
- Так все хотят Нобелевскую премию, - пожал плечами начальник, - Иди, проверь... как там его зовут?
- Имхотеп.
- Во-во, Имхотепа с фараонихой его и приходи, накатим по сто, да я поеду.

Вот уже неделю, Любаша, кусая губы, наблюдала, как гаснет Имхотеп. Он мало походил на того человека, который оказался в камере после произнесенного компьютером заклинания. Магия, которой он, несомненно, когда-то владел, не действовала. Он не мог пошевелиться, не мог освободиться и помочь Анк-Су-Намун. Вокруг сновали работники лаборатории, втыкали в него иглы, вводили инъекции и препараты, анализировали вдоль и поперек...
Люба подскочила на кровати от нечеловеческого вопля.
- Господи! Режут кого-то! Живьём! - прошептала Любаша, пытаясь попасть ногами в тапки.
Выскочив из своего бокса, она прислушалась и похолодела.
- Имхотеп... Сука натовская! - она опрометью бросилась в пятый блок, откуда доносились крики.
- ОХ*ЕЛ ЧТО ЛИ!?!? - заорала Люба, врываясь в операционную и выхватывая у специалиста инструменты.
- Простите, я забыл включить шумоизоляцию, - эта тварь, кажется, даже улыбнулся, - Я изучаю рефлексы образца. Смотрите, уровень адреналина несказанно велик, это небывалый результат...
- Я тебе щас эту вот иголочку с этим вот растворчиком в жопу засуну, понял?! - зашипела Любаша, надвигаясь на щупленького специалиста, - Ты что ж, сучонок, над человеком-то издеваешься?!
- Вы не имеете права... - слабо запротестовал натовец, - Я буду жаловаться...
- Да я тебя, гада, если на месте щас не пришибу, под суд отдам!!! А ну, козлина! Пошел отсюда! Завтра на тебя заяву накатаю и вылетишь отсюда, фашист!!!
Люба, тяжело дыша, подошла к столу. Тело Имхотепа было утыкано иголками и датчиками. В венах торчали толстые иглы рефлекторной диагностики.
- Бедный ты мой! - она, едва держа слезы, принялась аккуратно вытаскивать иголки.
- Они убили Анк-Су-Намун... - прошептал Имхотеп.
- Да что ты такое говоришь? - вздрогнула Люба, - Я вчера у нее была. Живее всех живых. На меня бросилась, как обычно. Кто тебе сказал?
- Я чувствую... Она мертва... Почему мы оказались здесь? - он посмотрел первый раз ей прямо в глаза, - Почему я не могу остановить вас?
- Египетская книга мертвых, пятая глава, - Любаша не сомневалась, что он сразу все поймет.
- Мммм... - он зажмурился и отвернулся.
- Я больше не пущу к тебе этого идиота... - тихонько сказала Люба, снимая с его головы последний датчик, - Ни одного идиота больше не пущу!
- Здесь меня запытают насмерть, - Имхотеп снова повернул к ней мокрое от пота лицо, - Я не выдержу... Отпусти меня!
- Да ты что! - Люба попятилась, отводя глаза, - Я не могу! Тогда меня запытают насмерть...
- Ослабь оковы, все остальное я сделаю сам!
- Дурачок ты! - скорбно покачала головой Люба, - Здесь пять подземных этажей, мы в самом низу. На каждом этаже охрана. Везде камеры слежения. Да как только мы с тобой один шаг сделаем из этой комнаты, нас скрутят в бараний рог!
- Помоги мне... - взмолился Имхотеп, - Теперь у меня есть только ты.
- Ммммм-ладно! - пометавшись вокруг стола, Любаша приняла решение, - Я попробую. Но я ничего не буду обещать! Я могу тебе верить?
- Да, можешь.
- Сейчас я тебя отстегну и отведу в твой бокс. И ты не попытаешься меня убить, да?
- Если бы я даже хотел, то вряд ли бы смог это сделать, - он едва заметно улыбнулся, - Ты снова обездвижишь меня той жалящей палкой.
- У меня нет с собой шокера... - напряглась Люба, - Я сейчас... Приду сейчас...
- Не бойся. Я не сделаю тебе больно.
- Ладно, - Люба отстегнула зажимы и помогла Имхотепу встать.

- Михалыч! Мне плевать, как ты этого добьешься! Но все эксперименты над египтянином должна вести я! - орала Любаша, стуча кулаком по столу начальника, - Этот эсесовец натовский замучил его до полусмерти! Ты видел пленку с его пыток?! А женщину?! Что с ней сделали?! По чьему разрешению ее отправили на биологический материал?!
- Любовь Сергеевна! Ты не ори, - мягко попросил Михалыч, - Номер 150 и правда вынесли мимо нас... Но этого больше не повторится, обещаю тебе...
- Номер 150... Михалыч, они же живые! У них разум, чувства... Что ж ты зверь-то какой?
- Любаша, понимаешь, твоим экспериментом очень заинтересовались НАТО и ФСБ. Я доложил о несанкционированных опытах Кунцева, его уже отстранили... и накажут... кхм... так вот, это уже не наш проект, это их проект. Его все равно заберут рано или поздно... Он образец, ему три тысячи лет, разумная форма жизни... Это важнее чувств и эмоций, ты пойми...
- Я понимаю. Я тебя отлично понимаю! - бросила Люба, выходя из кабинета и хлопая дверью.

- Саня. Ты мне должна помочь.
- Тёть Люб, да что угодно! - девушка с готовностью отложила учебник по молекулярной динамике.
- Я должна отправить Имхотепа обратно.
- ЧТО?!
- Да не ори ты! Да. Эту девочку уже расчленили, и его порежут рано или поздно... Надо торопиться. Скопируй в мой ноут всю информацию с главной базы по этому эксперименту и подготовь мне схему перемещения.
Сашка молча кивнула.
Люба быстро шла по коридорам пятого отсека. "Сашке потребуется не более десяти минут, чтобы все скопировать. Мне нужно будет привести его в лабораторию... Они все поймут и немедленно отключат сеть... Генератора хватит минуты на две... Я успею... Успею..."
- Имхотеп!
Он поднял голову. Люба даже не успела ничего сказать. Он все понял.
Они бежали к лаборатории, под завывания сирены и мигание красных лампочек. Шокером Любаша ловко сшибла двух охранников, подоспевших к лаборатории раньше них.
- САШКА!
- Готово всё, тёть Люб! - Саня бледная, руки подрагивают.
"Девчонку-то зачем втянула?!"
- А ну, давай отсюда! - Люба схватила лаборантку за шиворот и выпинала за дверь. Санька растянулась на полу, посмотрела обиженно:
- Вы чего?
- Тебя спасаю, дурочка! - прошептала Любаша и заперла дверь.
- Тебя убьют за это? - спросил Имхотеп.
- Нет, что ты! - усмехнулась Люба, загружая схему, - Может, в морду дадут немного, а потом посадят лет на двадцать... Давай, иди!.. Иди в камеру, ну же!
Имхотеп стоял, внимательно глядя Любе в глаза.
- Ты спасла меня...
- Я тебя пока еще не спасла... Давай же, в камеру иди!!! - Люба нервно дернулась, услышав, как в дверь ломится охрана, - Кстати... У нас тут кое-что лишнее есть...
Она развернула его спиной и накрыла "языковую торпеду" ручным трансплантатором. Через секунду металлический шарик упал на стол.
- Вот теперь иди! - Любаша толкнула его в спину, слыша чужую речь, произносимую знакомым голосом, - Не понимаю я тебя, родной, не понимаю!
Люба остановилась на пороге камеры.
- Ну вот и все... Надо было тебе раньше сказать... Пока ты понимал, - она нервно провела ладонью по лбу, - Ты прости меня, Имхотеп... Это я тебя втянула в эту дурацкую историю...
- Пойдем со мной! - он потянул ее за руку.
- Не понимаю я тебя... все, прощай! - Люба толкнула его и хотела закрыть дверь. Имхотеп подошел, порывисто обнял ее и поцеловал дрожащие губы.
- Господи... Все, хватит!.. Они сейчас дверь сломают... - шептала Любаша, пытаясь выбраться из объятий...
- Я приду за тобой! - Имхотеп отпустил ее, - Я приду, обещаю!
Любаша заперла камеру, схватила ноут, запустила процесс. Механический голос произнес заклинание. Лицо Имхотепа медленно растаяло в голубоватом тумане.
Любашу уложили лицом на пол и скрутили руки за спиной. Михалыч открыл камеру.
- Никого нет, - сообщил он, откашливаясь от голубого дыма, не до конца рассеявшегося и пахнущего миртом.


Ну, (будем на меня надеяться) продолжение следует)))