Возможно, в этом мире живут такие люди- святые и блаженные, красивые. Но я,
сухая смоковница, разбита на осколки, холодная Венера, горячая Луна.
В моих глазах акулы, с хрустальными зубами, снуют вокруг дельфинов и песни им поют.
В руках держу я небо залитое лучами,
а вечер словно масло, оливковое масло, стекает с моих пальцев и наполняет пруд.
И волосы седые, закрашенные солнцем, я прячу под вуалью невыраженных слов,
они скрывают тайну, они хранят рубины, агаты, изумруды божественных стихов.
Им суждены родится, но не сегодня, завтра, а может через вечность, которая в тюрьме,
закована словами, делами, ожиданьем, великими свершениями на призрачной Земле.
А Небо ищет вечность, его держу в ладонях, и лилией застывшей струится аромат
разбитых на осколки, составленных в мозаику и освященных Духом таинственных наград.