Я выхожу на ярко освещенную сцену, предо мной – безмолвный темный зал. Я один, совершенно один – без костюмов, масок – я начинаю свой монолог… Некоторые его части я знаю наизусть, слово в слово, на некоторых путаюсь и запинаюсь…
Предо мной, в темном зале, загораются огни, и я вижу пред собой знакомое лицо в одном из первых рядов. Что-то в груди обрывается, говорить становится и труднее, и легче одновременно. Несколько минут спустя – еще один луч света падает в зал, и я вижу второе лицо, ближе, затем еще и еще, по всему залу…
Я знаю, свет никогда не озарит его весь, я никогда не охвачу взглядом всех слушавших меня. Но с каждым новым слушателем в передних рядах, мне становится все страшнее, я теряюсь, путаюсь и сбиваюсь в словах… Светлый трепет в груди перерастает отчего-то в жгучую боль, которую я не могу унять, как бы я ни успокаивал себя…

…Я один на ярко освещенной сцене…
Без костюмов, без масок, на фоне блекло-зеленоватых декораций… Я чувствую холод, и вновь просыпается в моем сердце непобежденный до конца страх сцены.
Все они собрались здесь послушать мои речи, но взгляд мой с самой первой минуты выхода прикован к одному лишь лицу, и, как бы ни хотелось мне окинуть взором каждого из них и каждому, кого люблю, тепло и искренне улыбнуться, я не могу оторвать взгляда от того, кто появился в этой темноте первым…
И сердце жгут вина, боль, смущение пред теми, в чьи глаза я не могу отчего-то посмотреть… Лишь молюсь безмолвно, что они поймут меня сами…

Настроение сейчас - пустота