Не хочет ли ру скидывать все, что написано, в одном посте. Поэтому... будем делать так :)

А вот это уже перебор. Кажется, это ты сделал так, чтобы я не могла спокойно находиться с тобой, ты подчинил меня себе. Прикажи ты мне сейчас, я повиновалась бы. Лишь бы вновь почувствовать вкус твоих губ, теплоту прикосновений… Я должна  как можно скорее выбраться отсюда, иначе я уже никогда не смогу быть прежней Молли Уизли.

           

- Позволь мне попросить тебя, Молли!

            Обо всем, что только тебе захочется, Милорд!

            - Если это будет в моих интересах, Милорд!

            - О, я не сомневаюсь в этом. – Он говорит это таким тоном, что я ощущаю, как жар невидимым облаком окружает меня, и будто кровь наполняется алкоголем – так сильно начинает кружиться моя голова.

            - Я заставлю тебя сомневаться!

            - Ты, Молли? Ты? – Он подходит ко мне, нежно касается холодной рукой щеки и, замерев на мгновение, отходит в сторону выхода из комнаты.

            - Но как же наш десерт? – вырывается у меня вопрос против моей воли.

            - Я знал, что ты не откажешься, дорогая, - шепчет мне он.

            - Я не соглашалась!

            - Теперь это и не нужно. Я хотел попросить тебя… провести со мной еще сутки. Ровно 24 часа. Потом ты окажешься у себя, и если попросишь – я наложу заклятие Забвения так, что ты забудешь, что когда-либо бывала здесь.

            - Ты думаешь, что я хочу забыть это? – эта фраза слишком задела мои чувства, и я уже не пытаюсь сдерживать слезы.

           

Он выглядит растерянным. Я многое бы отдала, чтобы хоть один из его дружков был сейчас здесь. Хотя уже через минуту я оказываюсь в его объятиях и забываю обо все на свете. Забываю о треклятом муже, который никогда не доставлял мне такого удовольствия не только своим прикосновениям, но и присутствием. Как ни странно, забываю о детях -  я уверена, с ними все в порядке, ведь о них позаботился мой Лорд. Забываю о приличиях, когда он своей изящной рукой сжимает мне грудь, будто ставит свои метки. Темные метки удовольствия. Я ищу его губы в надежде, что он ответит на мой поцелуй, что в этот раз не отвергнет.

            Но Милорд, пошатнувшись, отлетает в сторону, и я слышу, что он что-то шипит на парселтанге.

            - В… чем дело? – пытаюсь совладать с голосом, но лишь делаю вдох еще глубже.

            - Я не должен, Молли! Я не могу.

            Я подхожу к нему и кладу ладони на его широкие плечи.

            - Все хорошо. Позволь это себе.

            О, знал бы он, как сильна моя жажда его любви, его прикосновений, возможно, я не видела бы этого сопротивления на его лице. Но что думают люди? Примерная жена из идеальной семьи, которая что-то щебечет мужу на ушко, засовывая в рот счастливого ребенка ароматный пирожок. Но что внутри у этой женщины? Кто-нибудь интересовался, какие бесы терзают ее по ночам, заставляя стонать от несбывшегося удовольствия? Кому-нибудь есть дело, что ей опротивело улыбаться всем и каждому и иногда хочется сойти с ума, задыхаясь в  экстазе? Черта с два!

           

В моей жизни сложилось так, что муж, неспособный содержать даже самого себя, решил обзавестись большим семейством, чуть ли не каждую ночь «подтверждая» свои «права» на меня. Родители решили, что Артур – хорошая для меня партия, он из чистокровной семьи и что в случае необходимости они всегда смогут нам помочь. Но не сложилось.

           

Я бы не назвала Артура лентяем, но не всегда, доказывая и защищая правду,  многого добьешься. В 16 я была безумно влюблена в него, хоть и продолжала бросать косые взгляды в сторону Люциуса Малфоя. В 17 Арчи предъявил на меня свои «права», и семья была не против. А меня не спросили. Меня никогда не спрашивали. А я не говорила. «К чему, если ко мне все равно не прислушиваются?» - так я рассуждала тогда. Теперь, конечно, я понимаю, как была неправа, и что своим молчанием я лишь усугубила положение вещей.

           

Я осуждала жен, которые все делали по-своему, но в тайне я им завидовала. Возможно, когда у меня был только Билли, я еще могла бы что-нибудь изменить. Но теперь, когда есть еще Чарли и Перси…

            От размышлений меня отвлек его голос, которым он почти не владел, поскольку то начинал шептать, напоминая тем самым, Кто передо мной, то наоборот говорил громко и экспрессивно.

            - Молли Уизли! Ты – жена Артура Уизли, чистокровного волшебника. И хоть он не настолько талантлив, насколько должны быть талантливы мои сторонники, я собираюсь сделать все возможное, чтобы заполучить его в свои ряды!

            - Даже трахнуть его жену, да? – слезы наворачивались на глазах, но я не хотела стирать их, не хотела быть сильной перед ним.

            - Не говори этого, слышишь?! Ты помнишь, что я сказал тебе насчет того, за кого ты вышла замуж? Он никогда не был тебе парой! Ты – чистокровная ведьма с шикарной родословной, о которой только можно было мечтать – могла выбрать любого мужчину, могла очаровать, приворожить его и жить так, как бы тебе этого хотелось, а не попрекать себя ежедневно нищетой!

            - Арчи мой муж и я…

            - Только ответь на один вопрос: ты любишь его?

            Он знал ответ на этот вопрос, как знал и то, что я не отвечу на него.

            - Как бы ни была ты хороша, а я уверен, что еще и половины не узнал, - мои щеки вспыхнули, как только я поняла, что за «половину» он имел ввиду, - наши пути никогда не пересекутся.

            - Тогда почему я здесь? – гордо вздернув подбородок, выплюнула я ему в лицо.

            - Затем, чтобы я показал тебе, что ты потеряла. И затем, чтобы я подарил это тебе хотя бы на несколько часов.

            - Милорд, в себе ли Вы? Человек, который убивает, не задумываясь, не может думать о таком!

            - Я никогда не убиваю, не задумываясь. Завтра я собираюсь прогуляться. Будь готова к завтраку.

            С этими словами он развернулся и направился к выходу.

            - Ни о чем не забыл? – набравшись смелости, спросила я.

            Обернувшись, он лишь недоуменно поднял бровь вверх. Я знала, что терять мне уже нечего, и подошла к нему вплотную, обвив шею руками. Возможно, он задал себе какой-то вопрос. И ответил на него страстным, обжигающим поцелуем. Я упивалась им. Упивалась тем чувством, которое он разбудил во мне.

            - Пожалуйста… - хватило у меня сил прошептать.

           

И вот мы снова в его спальне, на его шелковых простынях, и он жадно кусает мои губы, впиваясь в них, будто желая выпить всю меня без остатка. Я начинаю осторожно расстегивать застежки на его мантии, ожидая, что он в очередной раз сбежит, оставляя меня молящей и стонущей от его прикосновений. Но он лишь медленно обнажает мои плечи, дюйм за дюймом покрывая то нежными, заставляющими забыть обо всем, поцелуями, то кусает особо чувствительные места, отчего я начинаю выгибаться ему навстречу. Когда его мантия оказывается на полу, я уже лежу под ним совсем обнаженная. И я девственно чиста перед ним. Как в самый первый раз.

           

С Арчи тогда все длилось не больше 5 минут, да и боль была столь пронизывающей все мое естество, что я мечтала, лишь бы все это скорее закончилось. Но с Лордом все будет иначе. Он будет нежен и внимателен к любой моей реакции. Я принимаюсь за пуговицы на его робе, но одним движением он дотягивается до палочки и скидывает с себя всю одежду, представая передо мной во всем своем великолепии. Пожалуй, он самый совершенный мужчина, которого мне доводилось видеть.

            - Позволь мне целовать тебя? – несмелым шепотом я говорю ему на ушко.

           

Милорд покорно ложится на спину, закрывает глаза. Я сажусь на постели у его ног, будто даже боясь прикоснуться к его коже. В мертвенном свете луны, проскальзывающем в нашу комнату, любуюсь каждым выступом и каждой впадинкой. Я - будто река, омывающая его своим взглядом. Он приподнимается на локтях и смотрит на меня. Но больше не будет сегодня слов. Пусть за меня говорит мое тело. Пусть он отвечает мне.

           

Взмахнув палочкой, я хватаю из воздуха черное перо и чернильницу. Он лишь недоумевающе наблюдает за моими движениями. Я снимаю крышечку с колбы с темной жидкостью и погружаю в нее наконечник немного переливающегося на свете пера. Достаю и подношу прямо к его животу. Капля срывается и летит вниз. Он наблюдает. Вслед за каплей опускается мое перо, и начинает выводит старательно ровные буквы на его груди.

«До конца времен...»

            Я вновь освежаю перо, продолжая писать свой манускрипт.

«Я клянусь тебе…»

Он не знает, что я пишу, пока не знает. Ведь если бы знал, тут же остановил бы.

«В Верности…»

Его глаза прикрыты, и дышит он ровно и спокойно.

«В полном Подчинении…»

Я знаю, что делаю. Он никогда не примет у меня этого подарка.

«И Любви.»

Будто чья-то рука начинает сдавливать мне горло, становится трудно дышать, но я продолжаю.

«Молли Джейн Уизли»

Последнюю надпись я делаю прямо над пупочной впадинкой, проводя пером прямо внутрь, отчего замечаю, как он улыбнулся краешком губ. Для него все это – пока любовная игра. Для меня же – древний обряд Клятвы Рода. Я знаю, что сделала. Произношу пару заклятий и буквы, столь старательно мной выведенные начинают светиться. Возможно, это причиняет ему боль, потому что он тут же…

 

- Что ты сделала?

- Прости.

- Что ты сделала?

Я молчу. Он не настолько глуп, чтобы не понять. Хотя, конечно, он может не знать этого обряда. Ни в одной книге не описано, как нужно его проводить. Он передается от матери дочери, и считается, что все женщины рода должны принести себя в услужение мужу. Я этого не сделала. Я откладывала этот момент из раза в раз. Для чего женщины проводили этот обряд? Считалось, что на Пару сходит Благословение, отчего в семье царит Гармония и Благополучие. Я не готова была подарить себя Арчи. А ему… готова.

 

Он тянется к палочке и уже через пару мгновений смотрит на себя в зеркало, зависшее над кроватью.

- Молли, что ты наделала!

- Всего лишь провела небольшой обряд.

- Обряд? В чем его суть?

- В том, что я теперь принадлежу тебе. Ты можешь сделать все, что захочешь.

- Глупая женщина. Дарить себя волшебнику, которого боятся все – добровольно?

- Да.

Обряд завершен, и теперь чернила не сияют. Я знаю, что это может стать самой крупной ошибкой, которая только возможна.

- Ты отправишься спать. Я должен подумать.

Если меня не подводит интуиция, он счастлив. Только скрывает это. И еще у него явно появилась какая-то идея. Это даже страшно для меня.

- Не бойся, Молли! Я никогда не причиню тебе вреда.

 

Последний взгляд в его сторону, и я уже в своей комнате, на холодной и пустой кровати. Знаю, что сон нескоро придет ко мне, но усталость сковала мое тело, и я откидываюсь на подушки. Мысли блуждают в беспорядке. Я не могу ни на чем сосредоточиться. Но перед сном я вижу, как Милорд сидит у себя в комнате и улыбается.

 

Как ни странно, но в эту ночь я спала на удивление спокойно. Взглянув на себя в зеркало, увидела там абсолютно счастливую женщину. Я знала, что долго это не продлится. И, возможно, именно это и дарило мне такие ощущения. Будто я – особенная. Будто Темный Лорд выбрал меня. Будто я действительно могу принадлежать ему. Будто самая прекрасная ночь в моей жизни еще впереди.

В этот раз я вновь выбрала лиловый цвет мантии, только оттенок был светлее и легче, чем в прошлый раз. Мне просто хотелось ощутить себя так, будто вчерашний вечер сможет повториться. К тому же просто я обнаружила, что лиловый мне очень идет. Однако в этот раз мне не получиться не краситься. Волосы я вновь собрала в высокую прическу с помощью заклинания, а для макияжа пришлось воспользоваться той косметикой, что я нашла в ящичках моего трюмо. В 10 я была готова.

 

В обеденный зал меня вновь провожал мой маленький эльф, который буквально ни на шаг не отступал от меня, когда я была одна. Я обнаружила это довольно удобным, однако привыкать себе запретила – у нас с Арчи никогда не будет домовых эльфов, поскольку это противит его «нравственности». Когда двери зала распахнулись, Милорд улыбнулся, идя ко мне навстречу.

- Молли, как спалось?

Меня удивляло, как этот человек мог быть Темным Лордом, как люди могли говорить о нем такие ужасные вещи. Стоило лишь услышать его интонации, увидеть его в обычной обстановке, сказать ему что-либо резкое… Боюсь, я никогда не смогу быть прежней Молли!

- Спалось великолепно, Милорд! А Вы?

- А я не спал, Молли! И не нужно становиться мамочкой, я прекрасно себя чувствую!

- Не спят только в одном случае: если о чем-то упорно думают! О чем ты думал?

- Думаю, ты узнаешь об этом. Позже.

- Мой Лорд посвятит меня в свои тайны?

Он вновь ухмыляется краешком губ, отчего мне становится очень хорошо.

 

- Мы отправимся в одно место сегодня, но переодеваться тебе не обязательно. Кстати, тебе очень идет синий!

- Прости, это лиловый! – сказала я, чуть не давясь смехом. Так странно было видеть Лорда таким спокойным, почти семейным… Говорящим со мной, как на равных. Конечно, я чувствовала, что он замыслил что-то недоброе, но я просто не хотела поддаваться. Мне нравилось играть в эту сказку, ведь я знала, что конец уже близок.

- Я бы хотела знать, как мои дети!

Он ожидал этого вопроса, потому ответил будто в сотый раз:

- С ними все в порядке. Артур, конечно, в панике, но дети считают, что ты взяла маленький отпуск. И да, мы немного стерли им память – не возражай – вид испуганной матери и ее отсутствие на протяжении уже 3 дней не сделает ничего хорошего с их психикой.

- Слушай, когда это ты стал так добродушно относиться к людям?

- Я всегда хорошо относился к СВОИМ людям!

- Не забывайся, я не своя!

- Не своя. Но пока что… и вообще… моя!

 

Лорд вновь притянул меня к себе, начав целовать в губы. Сначала я не отвечала на его поцелуи, но потом сдалась. Его сильные объятия сдавили меня так крепко, что возможности выбраться у меня просто не было. Одной рукой он соскользнул по моей груди, мимо живота, устремляясь к моему влажному лону. Одним движением задрав подол платья, он прикоснулся к горящим желанием губкам холодными пальцами, отчего я вскрикнула. Его поцелуи стали жестче, одним пальцем он начал входить в меня, двигая своими бедрами в ритм движениям. Я цеплялась за его спину, стоя на цыпочках, голова начала кружиться.

- Возьми меня! – прошептала я, теряя остатки самообладания.

- Не сейчас! – прорычал он, продолжая целовать мою шею.

- Когда?

- Скоро, милая, скоро!

Он усадил меня на стол, задрав платье, и начал стягивать трусики.

- Зачем?

- Слишком много вопросов, Молли!

В следующую секунду он опрокинул меня на стол, закинув мои ноги себе на плечи. Начал целовать живот, внутреннюю поверхность бедер. Я извивалась и стонала его имя. Я не могла думать ни о чем и ни о ком, был только он – везде. Пальцами он раздвинул складки у входа и начал нежно целовать меня. Его мягкие волосы, запутанные в моих пальцах. Губами он пытается ухватить меня за клитор, что вызывает взрыв эмоций.

- О, Милорд!

- Да, Молли!

Он входит в меня языком, начиная ритмично двигаться, помогая себе пальцами. Я кричу его имя, умоляю не останавливаться. И мне так хорошо, я чувствую себя такой желанной, такой необходимой. Он со мной так страстен и груб, так нежен и терпелив, как я и представить не могла! Он огнем поглощает меня изнутри, но я чувствую, что отныне принадлежу ему. Мое тело узнает его прикосновения. Мое тело навсегда запоминает их.

 

Пусть мне не с кем сравнивать – единственным мужчиной, с которым я спала, был мой муж. И сейчас я понимаю, что это еще одна моя ошибка. И вообще ошибка в том, что я раньше не знала, что такое секс. То, что происходило с мужем, я назвала бы процессом зачатия. А здесь… Мы занимаемся любовью, мы наслаждаемся от прикосновений друг к другу, мы возносимся на небеса блаженства.

Секунда – и мой мир разлетается на тысячи частей, и остается только он, мой Лорд. Я лежу на столе, тяжело дыша, в довольно откровенной позе. И по идее ту Молли это должно было сильно смущать, заставляя прятаться и пытаться забыть. Но я уже не та Молли. И я наслаждаюсь этим.