Хозяин погладил рукою
Лохматую рыжую спину:
-Прощай, брат!
Хоть жаль мне,
не скрою,
Но все же тебя я не покину.

Швырнул под скамейку ошейник
И скрылся под гулким навесом,
Где пестрый людской муравейник
Вливался в вагоны экспресса.

Собака не взвыла ни разу,
И лишь за знакомой спиною
Следили два карие глаза
С почти человечьей тоскою.

Старик у вокзального входа
Сказа: - Что?Оставлен бедняга?
Эх, будь ты хорошей породы...
А то ведь простая дворняга!

Огонь над трубою заметался.
Взревел паровоз что есть мочи,
На месте, как бык, потоптался
И ринулся в непогодь ночи.

В вагонах, забыв передряги,
Курили, смеялись, дремали...
Тут, видно, о рыжей дворняге
Не думали, не вспоминали.

Не ведал хозяин, что где-то
По шпалам, из сил выбиваясь,
За красным мелькающим светом
Собака бежит, задыхаясь!

Споткнувшись, кидается снова,
В кровь лапы о камни разбиты,
Что выпрыгнуть сердце готово
Наружу из пасти раскрытой!

Не ведал хозяин, что силы
Вдруг разом оставил тело,
И, стукнувшись лбом о перила,
Собака под мост полетела...

Труп волны снесли под коряги.
Старик! Ты не знаешь породы:
Ведь может быть тело дворняги,
А сердце - ЧИСТЕЙШЕЙ ПОРОДЫ!!!