ДЕНЬ 5
Проснувшись, я долго не мог понять, где я. Голова трещала. События вчерашнего дня превратились в огромную гору, которая сдавливала макушку и свешивалась с плеч.
– Том, вставай, – Йоханн толкнул меня в бок, – пошли в школу.
Зазвенел мобильник. Мама.
– Алё, – отозвался я.
– Том, ты проснулся? Ты помнишь, что тебе надо в школу? Что ты там наплёл Гордону про научный совет?
– Ничего, мам, всё нормально. Я уже проснулся и сейчас поеду в школу.
– Счастливо, – пожелала мама, – зайдёшь к Биллу – передай, что я завтра утром его заберу!
Чёрт, ещё одна ночь с этим уродом!
– Мам, а ты не могла бы его забрать сегодня вечером?..
– Сомневаюсь, но, думаю, с врачом можно будет договориться. А в чём дело?
– Да нет, но зачем ему там торчать лишнюю ночь? Он жаловался, что там неудобные кровати, и ему трудно заснуть.
– Бедняга. Ну ладно, заберём его сегодня. Если хочешь, можешь поехать со мной. Хотя нет, со всеми этими переездами ты не успеешь сделать уроки. Так что сиди дома.
– Хорошо, мам, – отозвался я, – но в этом случае с тебя Билл! С пяти до восьми вечера, с доставкой на дом!
– Договорились, – засмеялась мама, – ну, удачи.
– Мама, – объяснил я Йоханну, – я просил, чтобы она забрала Билла сегодня.
– Это будет здорово! Можно я к вам сегодня приду?
– Приходи, конечно.
Пока ехали в автобусе, я пытался осмыслить всё произошедшее.
Итак, Билл не девственник. Он переспал с моей бывшей подружкой. Это раз.
Во-вторых, Билл с этого времени хочет меня. Его не останавливает ни родственная связь между нами, ни то, что я одного с ним пола. На то, что это больно, ему, видимо, тоже плевать. Больше того: кажется, ему это нравится.
В-третьих, его лапал этот прыщавый идиот, и вот это я уже не в состоянии понять! Зачем?.. Как ему было не противно?.. А может, он что-то скрывает от меня?..
А сегодня годовой диктант по немецкому. Как я мог забыть?.. Во чёрт! Хотя, по диктанту большего хвоста, чем два, мне не утащить.
– Как там сейчас наш Билли? – вздохнул Йоханн. Я нахмурился ещё больше.
Сегодня он уже будет дома. Эту ночь мы проведём почти вместе – через стенку. Если кто-то из нас захочет, то вполне сможет забраться к другому в комнату. Точнее, в постель. А там... ха. Ха-ха. Я идиот. Я круглый идиот. Думаете, почему?.. Да потому что я снова его хочу. Откуда всё это берётся?..
Итак, я его хочу! И сегодня весь день буду об этом думать! Буду себя ругать, доказывать обратное и всё равно хотеть. А может, плюнуть на это и перестать сопротивляться своим желаниям?.. Всё равно толку мало.
На большой перемене в школе случился инцидент. Виновником, конечно, был я. Пребывая в состоянии душевного расстройства, я ходил по школе и пинал всё подряд: мебель, стены, младшеклассников... и случайно подставил ножку Паулю, который ковылял мимо на своих коротких жирных ногах.
– Какого хрена? – спросил он, поднимаясь с земли.
– Я не нарочно, – буркнул я и уже хотел идти, но Пауль без слов взял меня за шиворот, развернул, приложил об стенку и дал коленом в живот.
– Вот так-то, чучело, – он наградил меня ехидным смешком и ушёл. Я остался сидеть у стены и хватать ртом воздух. Мысль о том, чтобы дать сдачи, как-то не приходила в голову.
Прозвенел звонок. До меня с трудом дошло, что надо идти на урок. Кое-как я встал и доковылял до классной комнаты.
– Каулитц, – раздражённо проблеяла учительница, – прекратите наконец опаздывать. И не смотрите на меня исподлобья!
– Исподкозырья, – поправил я, имея в виду козырёк кепки. Послышались смешки.
– Будьте добры снять головной убор, когда находитесь на уроке, Каулитц! Глупые остроты!
– Уж точно не глупее, чем ваши, – ответил я, – по крайней мере, я бы не стал надевать кофточку на левую сторону.
– Что?!
– Шов на плече, – кивнул я, – или это тонкий замысел дизайнера?
– Каулитц! – завизжала она. – Марш с урока! И передайте также своему брату, что если он ещё раз... хотя нет, лучше позовите его ко мне после уроков.
– Он в больнице, фрау Линтхен!
– Как в больнице?.. А что с ним?..
– Не ваше дело. Только если он лежит там с понедельника, то явно не он подсунул вам таракана в сумку. Скорее всего, это сделал... впрочем, мне пора. Адье, – я приподнял козырёк кепки и ушёл.
Я чувствовал, какая торжественная тишина провожает меня. Кстати, таракана подложил Йоханн. Мы вместе ловили его на чердаке у Йоханна.
Приехав из школы, я, вместо того, чтобы готовиться к завтрашней контрольной по математике, взялся за гитару и брякал до тех пор, пока внизу не послышался скрип открываемой двери. Я отложил гитару и сбежал по лестнице вниз.
– Томи!
– Билли!
Мы обнялись и повалились на ковёр посреди комнаты.
– Тише, тише, малышня! – мама попыталась поднять нас, но у неё ничего не вышло. – Так, я пошла печь булочки, а вы идите наверх и сидите там тихо! Не буяньте, а то тесто не поднимется.
– Чего? – не понял я.
– Тесто для булочек поднимается на дрожжах, – объяснил Билл с торжественным видом, – а чтобы оно поднялось равномерно, его нельзя трогать, ходить рядом, и уж тем более, сотрясать потолок своими прыжками.
– Во ботаник! Ну и ну! Кстати, мам, сегодня Йоханн хотел прийти!
– Отлично, – отозвалась с кухни мама.
– Как Йоханн? – спросил Билл.
– Он тут подложил Линтхен таракана в сумочку, а она думала, что это ты! А ещё эта дура сегодня напялила кофту на левую сторону.
– Во даёт! – захихикал Билл.
Закрывшись в комнате Билла, мы оба резко помрачнели. И оба знали, из-за чего.
– Ну, что там с соседом? – спросил я.
– Нормально, – ответил Билл приглушённым голосом, – ты здорово его напугал. Он даже попросил у меня прощения за всё это. А сначала сказал, что от меня не отстанет. Но я напомнил ему, как ты умеешь драться, и он тут же остыл. – Билл криво усмехнулся.
– Хм. Интересно. А объясни ты мне такую вещь: зачем ты вообще к нему полез?..
Билл пожал плечами.
– Он первый предложил...
– Ну, а ты зачем-то согласился. Зачем?
– Я... Том, ну ты должен меня понять. Я знал, что вот-вот ты не выдержишь, и я наконец добьюсь от тебя секса. Но я даже не знал, что делать. Вообще. И когда он предложил мне такую игру, я посчитал её хорошим шансом потренироваться. Я закрыл глаза и представил, как буду делать это с тобой... А когда он начал меня гладить... мне стало страшно. Потому что за этим непременно последовал бы секс. Представь, если бы всё то, что делал ты, сделал бы он!
Меня передёрнуло.
– Нет, Билли, отныне ты мой и только мой.
Так-так. Я, кажется, что-то не то сказал...
– Нет, ты не так меня понял...
– Правда?.. Позволь тебе не поверить, любимый мой братец! Мне, конечно, понравилось соблазнять тебя в больнице... Но сейчас речь идёт не об игре в догонялки. Просто признайся мне раз и навсегда, что ты меня хочешь. Больше, чем всех этих шлюх.
Я ждал, что он сейчас бросится на меня или сунет руку мне под футболку, но он сидел на кровати, бесстрастно глядя на меня. Просто ждал ответа.
И я просто ответил:
– Да.
Он встал с кровати и начал медленно-медленно меня целовать. Я отвечал ему в том же ритме, обнимая его. Как же я всё-таки соскучился по его объятиям... Сейчас я уложу его на кровать, стащу джинсы, и всё будет как тогда...
А хочется чего-то другого. Вопрос – чего?..
– Билл, – я открыл глаза и посмотрел на него, – а я... я... хочу тебя... во мне.
Сказал... Да, я это сказал.
– Ты уверен, Томи?..
– Да, отозвался я, расстёгивая ремень, – вот тебе я.
Кепка, джинсы, носки и футболка полетели в угол. В одних трусах, я растянулся перед ним на кровати.
– О боже... Том, что со мной?.. Я сейчас сойду с ума, – его судорожный вздох был похож на всхлип.
– Не медли, Билл, я тебя умоляю. Быстрей, пожалуйста. Мне это очень надо, скорее, пока я не передумал!
Билл послушно закивал, скидывая одежду.
– Сейчас, сейчас, – бормотал он, отворачиваясь от меня, – крем... вот... да... дверь закрыта на защёлку... да...
Он наконец посмотрел на меня с нескрываемым удовольствием.
– Ну всё, Томи, теперь ты мой.
Он влез на кровать и второпях сдёрнул с меня трусы. Я ждал, раздвинув ноги и согнув их в коленях, чтобы ему было удобнее смазывать меня.
Ухх, чувствую себя, как перед прыжком с трамплина в неизвестность!
– В этот раз поступим по-умному, – сказал Билл, – больше времени уделим прелюдии. Уж ты-то точно не заслуживаешь такой боли.
Я попытался возразить, но Билл, видя это, умело заткнул мне рот поцелуем.
– Итак, – приговаривал он, – сначала наносим крем. Ты не обращай внимания, – он поднял взгляд, – лучше мне проговаривать вслух свои действия, а то я себя чувствую немного не в своей тарелке. Первый раз, всё-таки.
– Да уж, – согласился я.
– Наносим крем, – он выдавил на руки, по крайней мере, половину тюбика, – теперь равномерно размазываем.
Холодный крем коснулся моей кожи. Я вздрогнул.
– Так, размазали. Хоть и не очень равномерно, но сойдёт. Теперь будем делать то, чему ты не уделил достаточно внимания. Растяжка. Том, если будет больно, пищи!
– Если смогу!
– Окей, – Билл медленно погрузил в меня указательный палец и согнул его. Я не успел испугаться – внутри меня тут же расцвёл такой букет новых приятных ощущений, что я вытянулся в струнку и застонал. Билл довольно заухмылялся.
– Второй...
– О даааа!..
Он пошевелил обоими пальцами.
– Ну как, Том?
– Здорово! Очень!
– Мне тоже нравится. Третий...
– А так больно!
– Ещё крема...
– Слушай, как у тебя всё это так ловко получается? – удивился я и тут же вскрикнул от удовольствия: Билл скорчил хитрую рожицу и нажал на какую-то точку у меня внутри.
– Не знаю, может, инстинкт?.. Томи, да ты уже весь извёлся. Кажется, мне пора.
– Что?.. А, уже?..
Я опустил голову и смотрел, как член Билла мягко и плавно погружается в меня. Я ждал боли, а чувствовал только один сплошной кайф. Это было просто божественно.
– Больно всё равно будет, – предупредил меня Билл, – но только в первый раз.
А, будь уже, что будет. Я расслабился и подался ему навстречу. Вот тогда эта боль и настигла меня. Она стала такой неожиданной, такой резкой, что я изогнулся и заорал дурным голосом. Билл испуганно закрыл мне рот ладошкой.
– Ты что?.. Молчи! Сейчас пройдёт!
И точно – боль начала потихоньку отходить, заменяясь приятной истомой. Раньше я такого никогда не чувствовал.
Постепенно я расслаблял мышцы и чувствовал, как Билл аккуратно двигается во мне. Это было странно: я парень, а меня трахают. Но, возможно, вскоре я привыкну к этому...
Сам того не замечая, я стал потихоньку подталкивать Билла к себе, отчего он распалялся ещё больше, едва сдерживая взятый им темп.
– Быстрее, – хрипло прошептал я, окунаясь в невесомое состояние полуобморока, – быстрее.
– Нет, – ответил он, – ещё не время.
Я сдерживался, как мог. Казалось, одно его неловкое движение – и я тут же кончу, и всё это ожидание рассыпется на тысячу осколков. Но он был так осторожен, так бережно поддерживал меня...
Я открыл глаза и увидел, как напряжено его лицо, как на лбу выступили капельки пота.
– Ты же сам уже не можешь, – простонал я, – к чему всё это?..
– Не знаю, – простонал он мне в ответ и поцеловал меня, – но что-то мне подсказывает, что ещё не конец... по крайней мере...
Я только увидел, как сверкнули его глаза. Я даже не успел понять, что это значит, а он вдруг рванулся вперёд с такой силой, что у меня перехватило дыхание.
– Билли!.. Билли, – я вцепился в него. Мне хотелось орать всё, что приходит на ум, но вместо этого я только стонал его имя... А он понимал, он понимал абсолютно всё.
– Билл!!!!!!!!!
Короткая, секундная передышка... короткий взгляд... молчаливое согласие...
А дальше – дальше я просто не помню...
– Кончаю!.. Томи, я кончаю!.. О-о-о-а-а-а-а... ТОМ!!!!!
Я не выдержал, схватил его за ягодицы и толкнул напоследок ещё глубже в себя – раз, другой, третий...
– Вот!.. Да!.. Оооо...
Я откинулся на подушку, не в состоянии шевельнуть ни рукой, ни ногой.
– Прикинь, Том, я кончил!.. Да ещё так быстро...
– Прикинь, я тоже, – отозвался я заплетающимся языком, – а что тебя так удивляет?
– С Анной это произошло минут через... хм, сорок.
Я фыркнул.
– А ты – это как раз то, что мне нужно! И наплевать, что ты мой брат.
– Те же мысли насчёт тебя, Билли, – отозвался я и крепко обнял его, – И жили они долго и счастливо, и умерли в один день.
– А почему нет? – Билл вырвался из моих объятий и сложил руки пистолетиком. – Отвечай, Том Каулитц: у нас будет сегодня ночь потрясающего секса?
– Отвечаю! Ночи не будет! Точнее, будет не только ночь, но и всё утро и весь день, потому что завтра суббота – в школу не идти, а мама с отчимом сваливают в гости!
– Точно! – обрадовался Билл. – Пообещай, что ночью будешь трахать меня до потери пульса!
– Обещаю и клянусь вот на этом, – я положил руку на член, чем очень позабавил Билла.
– А ты, Билл Каулитц, – я хихикнул, – пообещай, что днём, когда все уйдут, а я буду трахать тебя на столе в гостиной, ты будешь стонать так, что от твоих криков обвалится крыша!
– Обещаю! – Билл так же накрыл ладошкой член. – А ты не пошутил насчёт стола?
– Ха-ха, а сам как думаешь?.. Кстати, так и быть уж. Сообщу тебе о своих дальнейших, ммм... творческих планах. На очереди у нас будет мотоцикл.
– Мотоцикл?! – вытаращился Билл.
– Ну, я ещё подумаю...
– Дети, к столу! – послышался голос мамы.
Мы оделись, причесались (это касается Билла) и пошли к столу. Да, ходить было немного неудобно.
– Пройдёт, – успокоил Билл, – у меня на следующий день прошло.
Йоханн пришёл со своими родителями. Приехали бабушка с дедушкой. Вот только Гордона не было.
– Опять укатил на свою репетицию, – объяснила мама, – а вот и он! Лёгок на помине.
Во дворе послышался рёв мотоцикла. Вскоре в дом вошёл отчим.
– О!.. Всем привет, – он вымыл руки и сел к столу.
Мама подала булочки с чаем и с вареньем.
– Как они выросли, – восхищался дедушка, глядя на нас.
– Даже как будто взгляды стали взрослыми, – добавила бабушка.
Мы переглянулись и подмигнули друг дружке.
Стоит ли говорить, что после того, как все разошлись домой и родители улеглись спать, мы тут же юркнули к Биллу в комнату, уже на пороге целуясь и обнимаясь в предвкушении чего-то необыкновенного.
– Я тебя хочу, – мяукнул Билл, прижимаясь ко мне тёплым животом, – хочу-хочу-хочу!
– Апчхи! – я оглушительно чихнул в знак согласия.
Билл стал расстёгивать мне ремень на джинсах.
– Снимай их на фиг. И трусы тоже. Футболку... тоже снимай. Вообще всё снимай! – распорядился он, скидывая с себя вещи.
– Ну и что, и кто на этот раз?..
– Нет, Томи, на этот раз всё будет по-другому...
– Это как?..
Билл увлёк меня на кровать.
– Ложись, как тебе удобно.
Заинтригованный, я лёг, раскинув руки и ноги в разные стороны.
– Ладно, – кивнул Билл и рывком нагнулся вниз. В следующий миг я почувствовал свой член в его горячем рту.
– Уффф!.. Билл!.. Мне показалось, что я кончу прямо сейчас!
– Нравится?.. Ты погоди, это ещё только начало!
Он разжал губы и снова сжал их, втягивая мой член ещё глубже в себя. Я не выдержал и подался ему навстречу.
– Тихо! – предупредил Билл и принялся вылизывать головку. Обеими руками он обхватил основание и с силой затолкнул его к себе в рот.
– Довольно, Билл, а теперь просто соси его и всё!
– И всё?.. Ну, хорошо, – он тут же принялся выполнять мои указания.
Я только лежал и время от времени постанывал:
– Глубже... Сильнее... Облизни его... Быстрее, ещё...
– Ты скотина, Томи! – воскликнул Билл с возмущением, после того как я кончил ему прямо в горло, держа его за шею, чтобы не отворачивался. – Скотина мерзкая, и я тебя за это люблю! И я тебя сейчас буду трахать. Вот так. И только попробуй потом сказать, что тебе не понравилось.
– Ну-ну, – отозвался я.
Конечно, мне понравилось. Даже очень понравилось. В этот раз он не был со мной особо нежным, но этого и не требовалось. Забыв обо всём, я просто получал удовольствие. И кончал. А потом – ещё. А потом я устал, и он долго гладил меня своими нежными, тонкими, но такими сильными пальцами. Честное слово, я и не подозревал, сколько в нём скрыто сексуальных талантов!.. А потом я не выдержал и сделал ему миннет. Правда, пришлось одновременно затыкать ему рот, потому что он кричал, как сам дьявол... Кстати, сперма – довольно неприятная штука: тёплая, вязкая и горчит. Если бы Билл не был моим братом, чёрта с два б я на такое согласился.
Ах, да, если кого интересует судьба мотоцикла – скажу так: эта история настолько удивительна и завлекательна, что заслуживает отдельного рассказа. Как-нибудь в другой раз, окей?..