Поэт-мечтатель размышляет
О творчестве, о мире ясных грез.
Его души теперь не утомляют
Обыденность и дум тоскливых гроздь.
Ныне, как и прежде, он мечтает.
Переборов в себе поспешные желанья,
Поэт стремится к радужной волне
Своих и мечт, и воспоминаний,
Но слезно кается он и во зле:
В своих ошибках прежних и в непослушаньи
Родителей своих, которым он доставил
Печаль, сердечну боль в свои отроческие дни.
Но и прошлое он с отрадой вспоминает,
Память негой, упоеньем утешает,
Ведь столько было милого во дни сии:
И детство, полное веселья и забав,
И первые зыбкие успеха достиженья,
И глупое в мир его мечты пустое рвенье,
И любви прекрасной, трепещущей фиал…
Все это помнит он. Свой ум не растеряв,
Он мир стал постигать, преткнулся и заплакал.
Он мир не мог понять, в смятение шагнул.
В его душе тогда дождь печалью капал,
Но после томных дней, в него отрады воздух воздохнул.
Отдохновение пришло, и вдохновенье прилетело,
И он отвлекся, как аскет, шумов, обыденностей мира,
Его душе тоскою утешаться надоело,
Теперь стихи ему поет и с нежностью играет лира.
И слух ему лаская, доводит до души умильных слез.
Бежал он сердцу пустых, томительных желаний,
Кои не давали ни покоя, ни надежд – одни уныния стенанья…
Чуждается теперь гордыни и тщеславья.
Ныне в силах он обитель созерцать своих сладчайших грез.
Действительности же не позабыл поэт.
Преходящи впечатленья жизни он поет.
Но милей ему лелеять плоды воображенья.
В них поэт находит души отдохновенье.