Цитата:
"А теперь - о черепахах и орлах.
Черепаха - существо земное. Невозможно быть ближе к земле, не зарываясь в нее. Горизонт черепахи очерчен на расстоянии в несколько дюймов. Ее скорости более или менее хватает, чтобы добыть несколько салатных стеблей. Она выжила, обтекаемая течением эволюции, ибо, в общем-то, не представляла ни для кого никакой угрозы, а с тем, чтобы ее съесть, было слишком много возни.
И напротив - орел. Живущее на высокогорьях дитя воздуха; его горизонт простирается до самого края мира. Зрение позволяет уловить шебуршение какого-нибудь крохотного писклявого зверька на расстоянии в полмили. Весь - мощь, весь - власть. Молниеносная крылатая смерть. Когти, способные превратить в еду всех, кто мельче, или, по меньшей мере, перехватить закуску у того, кто больше.
Итак, восседает орел на скале и хранит покой королевств мира, пока не замечает в отдалении легкое шевеление и начинает всматриваться, всматриваться, всматриваться в маленький панцирь, подрагивающий среди кустов внизу, в пустыне. Потом следует прыжок... А минутой позже черепаха замечает, что мир стремительно падает куда-то вниз. И она видит мир, впервые за свою жизнь, не с расстояния в один дюйм, а с пятисот футов сверху, и она думает: "Какого замечательного друга я приобрела". А потом орел переходит к делу. И почти всегда черепаха бросается навстречу собственной гибели. Все знают, почему так поступают черепахи: гравитация - привычка, с которой трудно расстаться. Никто не знает, почему так поступают орлы. Конечно, черепашина - прекрасное блюдо, но, если учесть затраченные усилия, практически все, что угодно, может считаться не хуже. Одного не понимают орлы - того, что они участвуют в жестоком процессе естественного отбора.
Однажды какая-нибудь черепаха научится летать".
Терри Пратчетт, "Мелкие боги" ("Маленькие боги")

Пратчетта либо высоко ценят, либо терпеть не могут - почему-то именно так. Я, конечно же, принадлежу к первой категории. Невероятная ирония и мягкий юмор, пронзительный ум, способность несколькими штрихами набросать яркий образ - для меня, высоко ценящей стиль и язык (т.е. то, как написано, едва ли не важнее того, что написано), ничего другого и не надо.
Пратчетта сравнивают с Вудхаузом, Во, Джеромом и др.; до появления Дж.Роулинг, с которой, кстати, его тоже сравнивают, он был самым известным и высокооплачиваемым писателем Англии. Жанр, в котором он пишет - ироническое фэнтези (а так же веселые и добрые детские сказки), великолепное высококачественное чтиво для отдыха и поднятия даже самого упавшего настроения.

Им написано огромное количество книг, среди которых я бы особенно отметила "Вещие сестрички", "Стража! Стража!", "К оружию! К оружию!", "Движущиеся картинки", "Мрачный жнец"... да каждую вторую бы особо отметила, а то две из трех.
К сожалению, сейчас Терри Пратчетт болен редкой разновидностью болезни Альцгеймера. Как жаль...

Цитировать Пратчетта я могла бы бесконечно, а потому ограничусь двумя цитатами: короткой (дабы показать емкость его языка и красоту метафор) и длинной (чтобы лучше продемонстрировать иронический талант автора).

Короткая:
Он упал очень медленно, подобно могучей секвойе, которая делает первый шаг на пути к возрождению в виде миллионов листовок "Спасите деревья"...("К оружию! К оружию!")

Длинная:
Самые недолговечные создания Плоского мира — это мухи-однодневки, они живут не больше двадцати четырех часов. Как раз сейчас две самые старые мухи бесцельно кружили над ручьем с форелью, делясь воспоминаниями с более молодыми мушками, что родились ближе к вечеру.
— Да, — мечтательно произнесла одна из них, — такого солнца, как раньше, уже не увидишь.
— Вы совершенно правы, — подтвердила вторая муха. — Вот раньше солнце было настоящим. Оно было желтым, а не каким-то там красным, как сейчас.
— И оно было выше.
— Именно так, именно так.
— А личинки и куколки выказывали к старшим куда больше уважения.
— Именно так, именно так, — горячо подтвердила другая муха-однодневка.
— Это все от неуважения. Думаю, если бы нынешние мухи вели себя как подобает, солнце осталось бы прежним.
Молодые мухи-однодневки вежливо слушали старших.
— Помню времена, когда вокруг, насколько хватало глаз, простирались поля, поля… — мечтательно промолвила старая муха.
Молодые мухи огляделись.
— Но ведь поля никуда не делись, — осмелилась возразить одна, выдержав вежливую паузу.
— Раньше поля были куда лучше, — сварливо парировала старая муха.
— Вот-вот, — поддержала ее ровесница. — А еще корова, корова была.
— А и верно! Верно ведь! Я помню эту корову! Стояла здесь целых… целых сорок, нет, пятьдесят минут! Пегая такая, если память не изменяет.
— Да, нынче таких коров уже не увидишь.
— Нынче вообще коров не увидишь.
— А что такое корова? — поинтересовалась одна из молодых мух.
— Вот, вот! — торжествующе воскликнула старая муха. — Вот они, современные однодневки.("Мрачный жнец")

Так это я, собственно, к чему. Вчера на нашем EN-домене прошла виртуальная игра по Пратчетту. Создателем игры была моя... мама (хотя в создателях значится сестра). Я с удовольствием приняла участие (хотя в списке игравших значится мой муж), более того - к своему удивлению и восторгу, без особой борьбы заняла второе место! Родственной помощью я не пользовалась - не уважаю неспортивное поведение, специально просила маму не делиться со мной ничем во время создания игры. Так что я молодец! Никак не предполагала такой результат: ведь мы здесь никак не можем соревноваться на равных с жителями других территорий России, поскольку у нас примерно в 7-10 раз ниже скорость Интернета.
Сценарий игры можно увидеть здесь.
Почитать Пратчетта можно, например, здесь.