Прекрасное место, конечно. Мы провели там три дня - это было единственное место, где мы остановились дольше, чем на одну ночь.
Большинство размещенных фотографий сделано Евгением Леонидовичем, ибо мой фотоаппарат недостоин запечатлевать подобную красоту.)
[показать]

[показать]

Первый день на Дзендзуре
Итак, мы дошли до фумаролы вулкана Дзендзур 17 июля к обеду. Несмотря на то, что путь занял всего полдня, мы уже неплохо вымотались, ибо подъем с рюкзаками был нелегким.
[показать]
Фумарола ревет и хлещет (см. также видео):
[показать]
Я когда-то была на Мутновке (Мутновский вулкан и Мутновская ГеоЭС), видела "живую" землю, горячую, вздрагивающую под ногами, грязевые котлы, струйки пара из-под земли, небольшие гейзеры. Но всё же такого буйного непрерывного кипения, как в фумароле Дзендзура, я не видела нигде.
Еще там есть маленькая ямка с кипящей сернистой водой (и вновь видео):
[показать]
Из фумаролы вытекал мутный горячий ручеек, вокруг которого была вязкая грязевая "долинка":
[показать]

Мы кинули рюкзаки чуть выше фумаролы и, к моему неудовольствию, пошли искать место под палатку (я-то думала, мы уже пришли, а тут опять куда-то тащиться и, главное, потом еще рюкзаки куда-то тащить).
Прилично поднялись и отошли за горный склон, по которому стекал вялый ручеек. Решили остановиться там. Мне совсем не улыбалось переть дотуда рюкзак, да и место мне не особо понравилось (хотели же встать рядом с фумаролой, а не там, где ее и не видно!), поэтому, когда мы пошли за рюкзаками, я активно озиралась по сторонам и обнаружила, что из снежника, расположенного в нескольких десятках метров от фумаролы, течет полноводный ручей, а немного выше него есть удобные площадки под палатки.
Там, к счастью, мы и остановились: между ручьем и фумаролой. Поэтому у нас всё время с одной стороны что-то гудело и бурлило, с другой - журчало. Шум ручья временами резко усиливался (кто его разберет, почему!) - звук был пугающим: казалось, нас сейчас захлестнет с головой сердитая холодная вода, потом постепенно стихал.

Когда ставишь палатку, нужно обязательно иметь в виду ветер: в зависимости от обстоятельств то ищешь его (чтоб сдувал комаров и приносил прохладу), то избегаешь. В горах, как правило, стараются защитить палатки от ветра, ибо горный ветер зол и опасен. Наши же палатки стояли на склоне, открытом всем ветрам, но ветров НЕ БЫЛО. По-прежнему стояла удушающая жара: надежда на то, что "чем выше, тем холоднее", в очередной раз не оправдалась - ни у фумаролы (1400 м), ни выше (до 1950 м) не было ни ветра, ни прохлады. Не было и тени, в которой можно укрыться, а нагревающиеся камни превращали летний день в топку (ффтопку такую жару, да). Позже я обнаружила, что немного спастись от жары можно, спустившись к ручью: вдоль него всегда дул прохладный ветерок, да и сама вода была ледяная, из только что растаявшего снега. Правда, и там невозможно было скрыться ни от солнца, ни от насекомых. Парадокс, но комаров, мошки и слепней на Дзендзуре было больше, чем в любом другом месте Налычево, включая болотистые низины! Похоже, комары отлично разводятся в теплой сернистой воде фумаролы.
Кстати, я сразу приноровилась мыть посуду в фумарольном ручье: конечно, не там, где он вытекает из клокочущего котла, а ниже по течению, где уже не страшно обжечься. Вода была желтовато-серая, вязкая, но горячая; я отмывала ею котелок и тарелки, а потом шла ополаскивать их в ледяном ручье. Готовили мы, кстати, на газовом примусе, ибо дров на Дзендзуре не было, за исключением разве что тоненьких, не толще карандаша, веточек карликовой ивы.
Таки да, мы три дня стояли лагерем в кратере действующего вулкана.:)
Кратера как обычной "воронки" у Дзендзура, строго говоря, нет: Дзендзур - это мешанина каменных стен, лавовых стоков, отдельных конусов (пишу во множественном числе, но видели мы только один конус). Привычное понимание вулкана как "горы с дыркой" не всегда соответствует истине: кратеров может быть и несколько (как у вулкана Горелый), а может и не быть - точнее, они могут быть разрушены во время извержения.
Точных данных о том, когда Дзендзур извергался в последний раз, нет. Известно лишь, что это было в двадцатом веке, то ли в его начале, то ли в середине. Застывшие лавовые потоки еще не обросли плодородным слоем почвы и представляют собой нагромождения бесформенных глыб, хрупких и качающихся под ногами.

Второй день на Дзендзуре
На следующий день мы встали в пять утра, чтобы успеть что-то увидеть до удушающей жары, и далее мы, как правило, вставали в это же время. Оставив палатки, мы прошлись сначала в северо-восточном, а потом в северном направлении. Поднялись мимо лавового языка к небольшому перевалу. Впереди, почти невидимый в мутной жаркой дымке и облаках, вставал трехглавый вулкан Жупановский,
[показать]
налево же был вот такой "мыс":
[показать]
Туда мы и направились:
[показать]
Вот мы и на самом краю. Высоты не видно:
[показать]
Ниже нас простиралось обширное лавовое поле, присыпанное снегом. Впереди, сколько хватало глаз, были только горы и камни.
Мы пытались рассмотреть возможный путь к Жупановскому вулкану. Мешало жаркое марево, но и то, что удавалось разглядеть, не обнадеживало: похоже, путь к Жупановскому вулкану пролегал исключительно по лаве - по здоровенным шатким корявым глыбам.
Слева от нас был гребень, за которым был виден рыжий склон:
[показать]
По гребню мы и пошли - сначала вверх по шлаковой осыпи, потом по слегка поросшим зеленью камням.

На зеленом склоне нас встретили веселым свистом-писком - звук очень высокий, но приятный уху, вызывающий в памяти пищалки в детских игрушках. Два зверька выбрались на камень на склоне горы; мы тогда решили, что это суслики-евражки, но на фото видно, что это были всё-таки сурки, которые намного крупнее:
[показать]
Подъем был не слишком долгим, но утомительным, как все подъемы:
[показать]
Последнюю часть подъема по крупным шатающимся камням я прошла с трудом, впервые за всё время всерьез закружилась голова.
Но вид, конечно, открылся замечательный! Сверху стало видно, что горушка, склон которой мы пересекли при подъеме (траверсировали, о какое слово я знаю), на самом деле не просто шлаковый холмик, а вполне себе вулканический конус, из которого когда-то вытек поток лавы:
[показать]
Если б мы не пересекли склон, а поднялись на него, как раз бы посмотрели внутрь воронки.
Еще когда мы были внизу, на рыжем склоне, который был далеко впереди, я заметила водопад. Сейчас мы подошли ближе, и стало видно, что водопад не один - от снежника к снежнику стекал каскад из трех водопадов:
[показать]
Ближе:
[показать]
Снимок сделал Евгений Леонидович, сняв водопад с максимальным приближением (уж не знаю, какой у его фотоаппарата "зум", но явно очень мощный!). На самом деле мы его не видели так ясно, водопад находился от нас далеко и, к сожалению, подобраться поближе было очень проблематично.
Мы отдыхали на вершинке на высоте более 1950 м. Справа был вид на лавовое поле,
[показать]
слева - на рыжий гребень далеко внизу, переходящий в высокий рыжий склон:
[показать]
Снизу поднимался туман, а мы сидели на жарком солнышке, перекусывали, смотрели по сторонам.
Вдруг Лёнька схватил меня за руку и, кивая в сторону, взволнованно зашептал:
- Смотри, смотри, баран, баран!..
Я глянула туда, но ничего не разглядела. Мы вскочили. Я успела заметить, как снежный баран обогнул наш утес, пробежав метрах в 10-15 ниже нас, и поскакал дальше, в сторону рыжего склона - абсолютно бесшумно, словно не копытами по камням, а кошачьими лапками по перине, и так стремительно: и полминуты не прошло, как он был на середине рыжего склона, легко преодолев путь, на который мы бы потратили никак не меньше часа.
[показать]
Оказалось, баран подобрался к нам совсем близко и выглянул из-за камня в каких-нибудь пяти-семи метрах от нас. Лёнька даже в глаза ему смотрел несколько секунд.
Мы с ним видели снежного барана впервые, хотя я изрядно наслышана про этих животных со времен моей командировки в Мильково.

Мы спустились вниз, под шлаковый конус, по склону которого мы прошли раньше. Лёнька с отцом решили на него подняться, а я не стала: во-первых, на такие конусы я насмотрелась на Толбачике; во-вторых, у меня заметно кружилась голова, а жара всё усиливалась...
Конус казался совсем небольшим, но был не таким уж маленьким:
[показать]
На другом его склоне был виден лавовый поток:
[показать]
А я сидела внизу и пила ледяную воду из тающего снежника, не забывая поливать ею голову.
Когда мои спутники вернулись, мы пошли вниз, к лагерю. Идти было прилично: маленький дымок в центре снимка - это наша фумарола:
[показать]
Слева, кстати, язык лавы, "свежей", явно с последнего извержения - не поросла еще даже лишайниками.
Шагаем:
[показать]

Жара давила немилосердно; ни тени, ни ветерка, зато комары и слепни в любых количествах. Мы забрались в палатки - там, конечно, еще жарче, но хотя бы насекомых нет, да и тень какая-никакая. Это была наша дзендзурская сиеста.
В палатках мы дремали часов до шести-семи, пока жара не спала. Вечером ужин с мытьем посуды в горячей сернистой воде, а потом ранний сон с тем, чтобы встать на следующий день в пять утра...

Третий день на Дзендзуре
Утром мы поднялись на склон к востоку от нас. Склон загораживал от нас солнце, но уже было довольно тепло, жара стремилась догнать нас.
Подъем был достаточно опасным, а потому медленным, мы шли наискосок по склону горы. Склон местами зарос горной растительностью, в том числе кустиками голубики, на которой встречались порой зрелые ягоды.
На снимке высота не заметна, но оцените, как далеко внизу фумарола (дымок чуть выше центра снимка, под склоном):
[показать]
Вышли на солнечную сторону, стало совсем жарко - и это ранним утром! Позади нас были знакомые места: ручей Желоб, озерца, справа от нас был недосягаемый вулкан Жупановский, а впереди раскрывалась с нового ракурса панорама лавовых полей.
Мы поднимались всё выше по склону, на котором встречались вот такие "пальцы":
[показать]
На нашем пути встречались евражечьи норы и сами евражки. Я заметила, что евражеское верещание отдается с большим опозданием искаженным эхом. Мы покричали - эхо в самом деле было впечатляющее и очень необычное.
Вышли на "мыс", похожий по форме на тот, на котором мы были накануне - только этот находится гораздо выше:
[показать]
"Мыс" был, по обыкновению, сложен из неплотно лежащих лавовых глыб, а обрыв вниз был очень приличным - не меньше пятидесяти метров. Помню, как я нервно попросила Лёньку сесть подальше от края.
Разноцветье склонов:
[показать]
А эта здоровенная штука неизменно приковывала мое внимание. Чудовищные силы когда-то выдавили жидкий камень-лаву из недр земли, она выплеснулась наружу, да так и застыла, словно вспучившаяся в момент падения капли вода, скованная внезапным морозом:
[показать]
Да, красот вокруг хватало, хотя горизонт по-прежнему заслоняло мутное марево. Кто-то из нас издалека заметил озеро:
[показать]
Их было даже несколько. Они манили к себе, но были очень далеко (снимок сделан с максимальным приближением), а путь к ним преграждали крутые склоны и лавовые поля.
Так что мы полюбовались всем этим и пошли сначала вдоль гребня, а потом вниз.

Это "вниз" запомнится мне надолго! Крутой склон состоял из лавовых нагромождений, корявых камешков весом от нескольких сотен грамм до нескольких десятков килограмм, неплотно прилегающих друг к другу; любой из этих камешков норовит подвернуться под ногой или свалиться на нее. Очень скоро я из двуногого существа превратилась в многоногое, хватаясь за камни голой рукой, опираясь на трекинговую палку в другой руке и используя пятую точку в качестве опять же дополнительной точки опоры.
Весь поход я мысленно возносила хвалу своим горным ботинкам и трекинговой палке. Твердые как дерево, ботинки смягчали любой случайный удар ногой по камню или падение камня на ногу, помогали надежно встать даже на самый маленький острый камушек, создавали "эффект ступеньки" на подъемах и спусках. Ну а без трекинговой палки я бы далеко не ушла, это точно, незаменимая вещь в гористой местности!
Если б не ботинки и палка, я бы вряд ли добралась целой до подножья того склона. Я бы, конечно, осталась жива, но что-нибудь бы себе сломала или свернула. И так не обошлось без небольших растяжений - когда камень, показавшийся тебе надежным, вдруг подается под ногой, и ты повисаешь на руках, стремясь удержать равновесие. Лёнька прищемил палец свалившейся глыбой, но, к счастью, не опасно.
Евгению Леонидовичу склон не показался таким уж крутым, он сравнительно быстро переместился вниз. Мы же с Лёнькой спускались медленнее, в особенности я: нащупать надежный камень, соскользнуть на него, сесть, нащупать, соскользнуть, сесть...
[показать]
Это спуск. Впереди виден Лёнька, правее и гораздо ниже - Евгений Леонидович. Между двумя снежниками, большим и маленьким - озерцо, к которому мы спускаемся.
Ближе к концу спуска мы наткнулись на высохшие русла ручьев с островками зелени - по ним спускаться было гораздо легче и безопаснее. Доковыляли до озерца и сели на берегу приходить в себя...

Я набрала воду во фляжку сначала у края озерца, у самого снежника, потом ближе к его середине. Удивительно: вода из середины оказалась теплой, солнце жарило так, что нагревало даже свежестаявшую воду! Мелькнула мысль искупаться, но озерцо было мелким и илистым, купаться мы не стали и отправились обратно.
Утром, перед тем как уйти из лагеря, мы сделали два дела. Во-первых, я набрала воды в бутылки, одну из них сунула в теплый фумарольный ручеек, вторую оставила на солнышке. Во-вторых, мы кинули в котелок пакетики с быстроразвариваемой кашей, залили их водой, закрыли котелок крышкой и поставили в маленькую фумаролу:
[показать]
Когда мы вернулись через несколько часов, вода в обеих бутылках прилично нагрелась (особенно, конечно, в той, которую я оставила в горячем ручье), ею я потом помыла голову. Проверили и кашу:
[показать]
Каша вполне сварилась:
[показать]
Так что разок мы приготовили еду на вулканическом тепле. Но только один раз.

Потом снова была дзендзурская сиеста, на этот раз я ее перенесла особенно плохо. Мы лежали в палатке, а в ней было, наверное, градусов сорок, по мне ручьями струился пот, как в сауне. Снова было тяжело дышать, снова тошнило, разболелось сердце - как под Авачинским, где меня тоже "догнало" солнце. Я пила валидол, ходила освежиться к ручью, поливала себя прохладной водой - помогало буквально на несколько минут. Оставалось только маяться и ждать, "когда же это кончится".
Наконец наступил вечер. Мы сидели у палаток и смотрели, как облака бродят по долине внизу, то затягивая, то открывая ее:
[показать]
- Что, последняя серия сериала? - ехидно спросил Лёнька, когда мы дружно пялились на облачный язык и гадали, обогнет он сопку или нет. Мы посмеялись - и в самом деле, такое динамичное увлекательное зрелище.) Но день этот, восьмой по счету, был уже в каком-то смысле переломным: так много впечатлений, что уже и "не лезет", да и силы (мои, по крайней мере) начинают заканчиваться.

На следующий день мы уходили с Дзендзура. Нам повезло: за всё время, пока мы там были, там не было ни одного человека, кроме нас, а погода, хоть и мучила изнуряющей жарой, позволила поглядеть окрестные красоты.
Поднялись на западный склон, с которого начиналась тропа - мы возвращались иным путем, не тем, которым пришли.
[показать]
Бросили прощальный взгляд на долинку с фумаролой, служившей нам пристанищем:
[показать]
Вышли на гребень
[показать]
и пошли дальше, в сторону Таловского кордона.