В отличие от «Ивана Людвиговича», воспарившего над пространствами Царского Дела словно бы совершенно внезапно, — и столь же внезапно исчезнувшего (оставив за собой конфузный след), Рудольф Лахер должен рассматриваться как безспорно законный фигурант следственного процесса. То, что адвокаты «Анны Андерсон» обратили на него внимание без малого через полвека после событий в Доме Особого Назначения, надо определить как упущение. Впрочем, у них, вероятно, не было лишних средств, которые они могли бы израсходовать на услуги консультантов-историков. Возможно, что малоприятное и неожиданное для них столкновение с Иоганном Майером, заставило юристов с большею внимательностью относиться к документам, непосредственно связанным с делом, им порученным. Так или иначе, изучая протоколы осмотра И.А. Сергеевым полуподвальной комнаты дома Ипатьева, адвокат обнаружил, среди прочих, следующую надпись: «Rudolf Lacher. I T.K. Jäger, Trient». После сравнительно недолгих архивных изысканий стало ясно, что речь идет о служившем в Первом Тирольском Императорском стрелковом полку Рудольфе Лахере, родившемся в 1893 году — и пребывавшим, ко времени его обнаружения, в добром здравии. О Лахере косвенно упоминал в своем сочинении еще ген. Дитерихс:
«...в доме Ипатьева помещался еще какой-то военнопленный австриец, Адольф, прислуживавший в комендантской комнате, ставивший Авдееву и Мошкину самовары и исполнявший всякие мелкие поручения. Этот Адольф оставался прислуживающим и позже, при Янкеле Юровском и Никулине. Кто он был и куда делся после убийства — неизвестно.»
Адольф, заменивший Рудольфа, попал к Михаилу Константиновичу из протокола допроса М.И. Летемина:
«...По поводу убийства Царской семьи мне еще передавал австриец по имени Адольф, прислуживающий коменданту, что комендант в ту ночь предупреждал его, чтобы он не боялся, если услышит что-нибудь ночью. Тот же Адольф говорил, что слышал ночью какой-то плач, а потом окрик «тише». /.../».
Мы недавно уже указывали на этот примечательный отрывок, обещая возвратиться к нему позднее. Михаил Константинович отнес собственно показания про «Адольфа-Рудольфа» к иудейско-законническому вредительству Ивана Александровича Сергеева, — и потому полностью отмел их. Зато мы узнаем от него, что австриец, оказывается, прислуживал еще и Мошкину. Не пытаясь разрешить второстепенный вопрос о том, откуда к ген. Дитерихсу поступили подробности, — в принципе, он имел доступ к любой информации по Царскому Делу, — отметим попутно, что имя «Адольф» породило поэтический миф об участии будущего Рейхсканцлера и Вождя германской нации Адольфа Шикльгрубера в убийстве Русской Царской Семьи.
Забегая несколько вперед, отметим, что бывший тирольский стрелок Рудольф Лахер подтвердил, что он был кем-то вроде ординарца Якова Хаимовича, — и, во всяком случае, являлся непосредственно ему подведомственным лицом.