[604x340]
Либо вы счастливы, имея очень мало и не нагружая себя сверх меры, потому
что счастье — у вас внутри, либо вы ни к чему не придете. Это не
оправдание бедности. Это оправдание сдержанности. Но мы выдумали
общество потребления, которое постоянно ищет роста. Когда роста нет, это
трагедия. Мы придумали гору чрезмерных потребностей. Вы должны
постоянно покупать, выбрасывать. Это наши жизни, которые мы ломаем.
Когда я что-то покупаю или когда вы это покупаете, мы ведь платим не
деньгами. Мы платим тем временем нашей жизни, которое мы были вынуждены
потратить на то, чтобы заработать эти деньги. Разница лишь в том, что
невозможно купить жизнь. Жизнь проходит. И это ужасно.
— Хосе Мухика, бывший президент Уругвая.
А началось все с того, что я, проходя по улочке с сотрудницей, поднял с земли (с травы, точнее) и положил в рот упавший созревший абрикос. Та аж ахнула: - Как вы можете... В ходе дальнейшего разговора выяснилось, что предметом священного ужаса было не воровство, то есть не нарушение мной права чьей-либо собственности: абикос формально рос на улице, и его плоды принадлежали не мэрии, а всем горожанам. Нет. Она ужаснулась потому, что "на нем же тыль, а в ней - радиация, химия и триметилсвинец". Вероятно, она имела в виду тетраэтилсвинец. Тем, разговор, вообще-то и закончился.