Название: The Black Rose Season
Автор: arctic_grey
Бета автора: spazzyskittles
Источник: beggarsnotes.livejournal.com/25683.html
Переводчик: MusicFlySings
Бета переводчика: изменяет мне >_>;
Разрешение на перевод: получено
Рейтинг: PG-13
Пэйринг: Райан/Брендон
POV: 1st, Ryan’s
Размер: Макси
Саммари: Райан, робкий студент, изучающий английскую литературу, нанят, чтобы выследить секретное сообщество, которого может и не существует. Райану дан только один ключ к разгадке: Брендон Ури. Райан ставит на кон все: свое будущее, свои мечты и, в конце концов, свое сердце.
От переводчика: не знаю, сколько времени прошло, но я соскучился. Буду выкладывать небеченое, так как не знаю, когда освободится Надя.
Когда мы возвращаемся в дом братства, я в печали. Мне надо порвать с Брендоном еще до того, как мы даже начали. Почему? Где справедливость? Все, о чем я могу думать, это он, я, мать вашу, зациклился на Брендоне. Блять, я хочу от него детей, но я парень. И что теперь? Отстой. Я ненавижу Пита Вентца, я ненавижу Джона Уолкера, но больше всего я ненавижу себя.
Я едва ли замечаю безумную езду Спенсера на обратном пути. Когда мы входим в дом братства, я следую за ним в его комнату в надежде отсрочить неизбежный разговор с Брендоном. Брендон возненавидит меня. Он снова будет ненавидеть меня, и это меня убьет. Но Джон прав, я не могу работать на два фронта. Я не могу встречаться с Брендоном и шпионить за ним. Это было бы неправильно и аморально, и плохим началом здоровых отношений. Господи боже. Двадцать четыре часа после того, как я и Брендон «перепихнулись всухую» (что звучит не очень романтично, но до сих пор стоит перед глазами), и я даю ему от ворот поворот. Поматросил и бросил. Отлииично, Росс, мне нужно написать об этом стихотворение.
-Все нормально? - спрашивает меня Спенсер, хмурясь, пока я продолжаю пялиться в окно его комнаты.
-Ага… - бормочу я.
Спенсер продолжает таращиться на меня своими голубыми глазами, перед тем как пожать плечами и продолжить распаковывать вещи. Сиски вваливается в комнату, смеясь над идиотизмом, который он творил весь уикенд и над тем, что он большей половины не помнит. Я постоянно ерзаю, ужасаясь тому, что должен сделать, чего совсем не хочу делать.
Я должен сделать все в лучшем виде. «Брендон, дело не в тебе, дело во мне». Не, это заезженно. «Я не могу спать с врагом». Нет, точно не подходит. «Джон собирается рассказать Питу, если я не разобью тебе сердце!» Эмм… Нет. И это делает все еще глупее! Как, блять, Брендон пригласит меня в секретное сообщество, после того как я порву с ним так? Но, в то же время, я знаю, что Чиз – член. Я могу начать подлизываться к нему. И может быть, Брендон не будет ненавидеть меня, может, мне просто надо сказать, что нам лучше остаться друзьями. Да, друзьями. Так и сделаю.
Брендона нет в нашей комнате, когда я возвращаюсь. Его вещи здесь, а он – нет. Наверное, мне нужно просто подождать.
Я пытаюсь закончить работу, но у меня не получается. Я продолжаю бояться возвращения Брендона. Спустя некоторое время он возвращается, говоря, что смотрел телевизор в общей комнате. Я сижу за своим столом, пытаясь начать всю эту фигню с отступлением назад, просто быть друзьями, и прочим дерьмом, которого я не хочу.
Брендон подходит, чуть-чуть покачивая бедрами, раздвигает мои ноги и встает между ними, когда наклоняется и целует меня в губы.
-Мечтал сделать это весь день, - тихо мурлычет он.
О боже, я должен остановить это? Почему? Что я сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить это?
Я не целую Брендона в ответ, просто беспомощно пытаюсь запомнить ощущение его губ на моих. Брендон хмурится, вставая прямо.
-Ты в порядке?
Я отворачиваюсь, заранее чувствуя себя виноватым.
-Да, мм. Просто … чувствую себя больным. Наверное, это от английской еды.
Брендон выглядит действительно обеспокоенным, и я чувствую себя еще хуже.
-Может, сделать тебе кофе или чаю или-
-Блять, после этого уикенда я не хочу больше чаю, - смеюсь я, и Брендон улыбается мне. Он снова нагибается, чтобы поцеловать меня, и может быть, мы могли бы целоваться на его кровати. Я знаю, мне бы понравилось заставить его кончить снова, потому что, блять, когда Брендон кончает, он издает такой звук, и его лицо, и… может быть, мы могли бы проделать все это, избавившись от кое-какой одежды. Может быть, к этому все и идет, и я очень хочу, очень-очень…
Брендон наклоняется, чтобы поцеловать меня, и я быстро отворачиваю голову. Он застывает, отступая на шаг.
-Что происходит?
Я быстро встаю, хватаю свой дневник и ручку.
-Извини. Я просто… сегодня просто… сегодня… Сегодня просто не мой день. Я поговорю с тобой позже.
Я улыбаюсь ему, извиняясь, перед тем как покинуть комнату, проскальзывая вниз в библиотеку, чтобы спрятаться в уголке и стать мужиком. Я не могу сделать этого. Не могу.
Я кусаю губы и строчу в своем дневнике, выплескивая все разочарование и боль, которые не могу выразить вслух. После этого я нахожусь в секции поэзии и достаю Эдгара Алана По, потому что он сейчас под настроение. Солнце уже давно село, прежде чем я осознаю это. Я кладу книгу обратно, и вот я уже в кухне. Уже почти два часа ночи, судя по часам на стене. Мне надо бы пойти в кровать, но я лишь буду сидеть в нашей комнате и смотреть, как Брендон спит, сопротивляясь желанию спросить, можно ли мне забраться под одеяло и спать, ощущая его тепло. Зачем мучить себя?
Я делаю себе кофе и сижу у стола, потягивая горячую жидкость в пустой кухне. Я даже не включил свет. Я смотрю в окно на маленький садик дома братства. Лунный свет осветил его: несколько старых деревьев, лавочка под ними и теперь уже мертвые цветы, цветущие еще несколько недель назад. Я все еще не был здесь.
У меня нет с собой ключей, так что я оставляю дверь открытой, когда выхожу из кухни в маленький садик. Снаружи холодно, но я плюю на это. Я иду к лавочке под большим деревом в самом углу. Я сажусь, доставая дневник и ручку, записывая больше своих мыслей, чтобы очистить разум. Здесь тихо, красиво.
Дом Сигм возвышается передо мной, и я поднимаю глаза, чтобы заметить свет в нескольких окнах. Сад огорожен домом и стеной, которая идет по периметру. Я все еще могу, все еще, слышать голоса по другую сторону стены, студенты на кампусе идут куда-то поздно ночью. Я должен был быть одним из них, но сейчас я по эту сторону, и я не уверен, под защитой ли я, или же в тюрьме.
Звезды тоже яркие. Полная луна, яркие звезды… Как глаза Брендона. Я мечтательно улыбаюсь и стараюсь не думать об этом.
-Хэй.
Что-то завязывается в узел внутри моей груди от его вида, он сонный, а на голове не поймешь что. Брендон выглядит так, будто только что встал, когда получше закутывается в толстовку.
-Прохладно здесь, - комментирует он, когда я возвращаюсь к своему дневнику, смотря, как моя рука прижимает ручку к бумаге, и ничего не выходит. Мое сердце тяжело, оно будто бы замедлилось.
-Да, холодновато, - бормочу я. Я не могу больше чувствовать своих пальцев, и наше дыхание превращается в облачка пара. На Брендоне ничего нет, кроме туфель, пижамных штанов и его толстовки.
-Не пора ли тебе быть в постели? – спрашиваю я.
Брендон садится на лавочку рядом со мной, кивая.
-Да, я… Я пошел спать, но… Но мне стало интересно, где ты. Тебя не оказалось в библиотеке, и… ну, ты оставил дверь в кухню открытой. Я типа волновался.
Почему для меня так много значит то, что он волновался?
Я не поддаюсь искушению обвить его плечи руками, держать его и вместе с ним смотреть на звезды. Это то, что я хотел бы сделать, шептать милую несуразицу ему в ухо до тех пор, пока мы оба не согреемся.
-Так почему ты здесь среди ночи? Не можешь уснуть? – спрашивает меня Брендон. Я закрываю глаза и чувствую, что меня тошнит. Когда я снова открываю их, Брендон смотрит на меня своими красивыми карими глазами.
-Да, не чувствую усталости, - согласно бормочу я.
-Иногда просто нужно лечь и ждать, пока сон придет, - говорит Брендон. Я ничего не отвечаю, и голос Брендона дрожит, когда он спрашивает: «Мы… У нас все нормально? Я имею в виду, я просто… Ты странно вел себя с тех пор, как мы вернулись.»
Окей. Вот и началось. Поехали…
-Да, мм… Я думаю, тебе и мне надо поговорить, - тихо говорю я.
-О чем?
Я вздыхаю. Я не говорю «нам», потому что это кажется чем-то серьезным.
-О нашем свидании, - неразборчиво отвечаю я.
Брендон улыбается мне своей обычной игривой улыбкой.
-Да, я как раз хотел спросить. Когда мы пойдем? – спрашивает он, и его глаза сияют.
-Вообще-то… - начинаю я. Хочется послать все в зад, но я убиваю в себе это желание. Убиваю и не чувствую ничего вообще. – Я хочу отменить его.
Брендон сперва смеется, но тут же затихает, когда видит мое лицо.
-Ох, - удивленно говорит он. – Ну, суббота мне тоже подойдет.
-Нет, я имею в виду, что… мы не пойдем. Я не-Я не хочу вести тебя на свидание.
Брендон смотрит на меня с недоверием, нахмурив брови.
-Но ты позвал меня.
-Да, что ж, я изменил свое решение, - говорю я и слегка кашляю. Внезапно становится трудно дышать.
-Ох, - говорит Брендон, единственное слово пропитано болью и разочарованием. Он отворачивается на меня и выглядит более проснувшимся. Он стискивает зубы, когда спрашивает:
-Почему?
-Я не знаю, я просто… Вся эта ситуация со старшей школой, я чувствовал себя виноватым, - бормочу я, и это, по крайней мере, правда, хотя и совершенно неуместная.
Брендон отодвигается от меня подальше на лавочке.
-Что? Это была просто жалость, да? Ты нравился мне в старшей школе, и ты подумал, что должен мне? Тебе пришлось пригласить меня на свидание и… продинамить? Блять, не нужна мне твоя долбаная жалость! – отрывисто говорит он.
Это не жалость. Боже, да что угодно, Брендон должен винить меня из-за этого сейчас? Я не могу смириться с этим.
-Я думаю, что… Я хочу быть с тобой друзьями, думаю, друзья из нас вышли бы лучше, понимаешь? – быстро предлагаю я, надеясь, что Брендон меня не возненавидит. –Я думаю, что мы подходим друг другу, но только как друзья.
-Ты зажимаешься по углам со всеми своими друзьями? – многозначительно спрашивает он перед: -Ах, я же совсем забыл. Конечно же, ты зажимаешься. Да, ты пытался увести Спенсера к себе домой во время недели открытых дверей, я вспоминаю теперь. Ты просто трахаешься со всеми своими друзьями, верно?
Его голос звучит зло, стервозно и болезненно, и я ненавижу себя.
-Нет, - я пытаюсь оправдать себя, хотя какая теперь разница?
Брендон мотает головой.
-Я не верю тебе. Я… Тебе лучше придумать что-нибудь получше этого, потому что я ни на секунду не поверю, что ты испытываешь ко мне только дружеские чувства. Я хорошо читаю людей, и из тебя хреновый актер.
-Правда? – отзываюсь я. – Правда в том, что… Да. Не только дружба, но ты и я? Это не стоит того, все, что мы делаем. Потому что правда в том, что я не настолько влюблен в тебя, - я слышу, как говорю ему это, обыденно пожимая плечами.
Брендон выглядит абсолютно ошеломленным.
-Не настолько влюблен в меня? – повторяет он, и я согласно киваю. Да, это правильно. Он не стоит этого, ничего более этого.
-Здорово. Просто заебись, - зло смеется Брендон. Он встает и делает вдох. –Ну… Хоть за честность спасибо.
Он смотрит на меня, и я невозмутимо смотрю в ответ. Кажется, ему больно. Я хочу притянуть его к себе и поцеловать. Хочу сказать ему, что никогда и ни к кому еще не чувствовал такого. Я хочу сказать ему, что каждый раз, как я вижу его, едва ли могу дышать.
Брендон возвращается внутрь, а я позволяю ему сделать это.
Только бы мое образование того стоило.
***
Пит уезжает.
-Куда едешь? – спрашиваю я, не очень-то и заинтересованный сначала.
-В Бразилию, - говорит он мне, в его глазах лихорадочное рвение. – Это очень волнующее время для энтомологов, особенно для нас, ортоптерологов! Были открыты абсолютно новые виды в амазонских джунглях, и они связались со мной, потому что я, естественно, самый лучший на этом поприще.
Пит выглядит самодовольным, сидя на своем стуле как король на троне.
-Так… что ты сейчас изучаешь?
-Сверчков!
Я стараюсь сохранить обычное выражение лица.
-Вау. Это, должно быть… должно быть, очень интересно.
Сверчки. Куда катится мир? Я знал, что дела секретного сообщес тва – это не то, ради чего Пит здесь, но никогда не думал, что это будут пресловутые сверчки.
Пит решительно кивает и говорит:
-Так, я думаю, что это будет наша последняя встреча за три недели, или около того.
Неожиданно он завладевает всем моим вниманием. Что-то вспыхивает внутри меня. Может быть, надежда?
-Три недели?
-Я, конечно же, буду слать тебе мейлы, если смогу, но не похоже ,чтобы в джунглях был вай-фай. Это очень печально, если иметь в виду нашу миссию, Райан, но я уверен, что ты сможешь сделать много классного за три недели. В целом, мы знаем двух членов, Брендона и… этого Сиззла.
-Чиза, - снова говорю ему я, - сокращенное от Чизлетт.
-Да, Чиззл, Сиззл, Дриззл, - говорит Пит, пренебрежительно махая рукой. Я знаю, что обычно он бывает более сосредоточенным, но сейчас он думает только о сверчках. –Это прогресс! Чем больше членов мы знаем, тем легче будет рассчитать время, когда они все отсутствуют. А если мы узнаем ,где у них проходят собрания, мы сможем наставить жучков. И, может быть, даже камеры, - размышляет Пит с надеждой во взгляде.
Я скептически смотрю на него, и он немного сосредотачивается.
-Есть идеи о кодовых именах? Брендон – Зефирка или Кровавая Мэри?
-Он не любит кошек, так что он ,скорее всего, не Котенок, - предлагаю я.
Я правда не хочу думать о Брендоне, несмотря на то, что он – единственное, о чем я могу думать. И я не порвал с ним ,потому что мы не были вместе, но между нами определенно что-то было. Что-то, в чем, как я сказал, не был заинтересован. Я позволил Брендону считать, что все, что случилось с нами, случилось потому, что я жалел его. Неудивительно, что с вечера воскресенья я даже не говорил с Брендоном, уже три ночи прошло. Он постоянно приходит после того, как я лягу спать, и уходит раньше ,чем я встаю. Я не знаю, где он проводит все свое время, наверное, в университетской библиотеке или практикуется играть, потому что я нечасто вижу его в доме братства.
Ход назад сделан. Брендон Ури ненавидит меня больше, чем когда-либо. А я просто обожаю его.
Но Пит не знает о том, что было между нами, Джон не сказал ему. Ну, хоть так, в конце концов. Плюс Пит уезжает на три недели, так что я могу ненадолго расслабиться.
-Два из семи! – кивает Пит одобрительно. – А записная книжка?
-Да, мм, Брендон, наверное, заметил, что ее трогали, потому что я не видел ее с тех пор, - вру я. Она была у меня. У меня была эта проклятая записная книжка большую часть пятницы и субботы, но моя совесть не позволила мне читать ее.
Пит в отличном расположении духа сегодня.
-У нас еще целый год! Два из семи, замечательно! Следи за Сиззлом и Брендоном, особенно, когда они вместе. Медленно, но верно, мы подбираемся ближе!
Телефон на столе Пита начинает звонить, и он тут же берет трубку.
-Пит Вентц на проводе. Дедушка! Как тебя приняли в Италии? – начинает он разговор. Пит одаривает меня взглядом, говорящим, что на сегодня мы закончили. Я быстро встаю, рад уйти. – Да, уход на пенсию – это круто, - Пит смеется, прежде чем прикрыть телефон, и говорит, - я тебе маякну.
Я лишь киваю и сваливаю отсюда так быстро, как только могу, слыша «Угадай что! Открыли новые виды…»
Пит уезжает. Это что-то значит, но я не до конца уверен, что именно.
Вместо того, чтобы идти сразу в дом братства, я иду в сторону одного из клубов на кампусе. Спенсер настоял, чтобы я сходил куда-нибудь с ним и несколькими Сигмами вечером. Я не хотел, но я ходил, задумчивый, всю неделю, и он сказал, что ему это надоело. Вечер среды, но когда это останавливало Сигм от вечеринок?
Бар наполнен студентами, когда я вхожу. Громкая музыка ударяет по ушам, и я вдыхаю запах алкоголя, пота и сигарет. Это не моя арена. Я потихоньку начинаю сливаться с Сигмами, но эта сцена вечеринки явно не для меня. Я оглядываюсь вокруг, чувствуя себя лузером, перед тем, как замечаю своих братьев. Сложно не заметить Сигм, когда они в баре, пьют текилу из пупка какой-то девчонки. Она хихикает и лежит спокойно, пока Сигма счастливо вылизывает ее живот.
Господи. Натуралы мне отвратительны.
-Райан! – сияет Уильям, завидев меня.
-Ты здесь! – Спенсер улыбается мне, тут же подходя и скользя рукой вокруг моей талии. Он ведет меня к Сигмам, и в моей ладони тут же появляется стакан.
Уильям представляет кучку девчонок, которых они пытаются сегодня подцепить.
-Леди, это Райан, один из наших братьев! Райан, это Кимберли, Эрика, Мэг, Синди, а вон там – Ребекка! – говорит он и указывает на девушку, втягивающую живот, пока Сиски нагибается, чтобы выпить из ее пупка. И это должно быть сексуальным?
-Привет всем, - бормочу я слабо шлюховатым девчонкам. Могу поклясться, что они даже не студентки. Иногда у тебя есть все виды пустышек, приходящих в бары кампуса в надежде найти себе богатенького будущего мужа.
-Привет, Райан, - мурлычет одна из них и хлопает ресницами.
Спенсер усиливает хватку, заправляя волосы мне за ухо и говоря: «Хочешь потанцевать, милаш?»
-Не особо, - бормочу я.
Мы находим себе столик, пока Кимберли флиртует со Спенсером и мной, возможно даже надеясь получить что-то вроде тройничка. Спенсер флиртует в ответ, хотя крепко держится за меня, за что я ему очень благодарен. Это спасает меня от нужды самостоятельно отшивать этих девчонок. Честно, у некоторых людей совсем нет гей-радара.
После трех стаканов Уильям как-то умудряется уговорить меня на порцию текилы из пупка Ребекки. И да, это кажется хорошей идеей. Ребекка смеется и пахнет по-девчачьи, но меня это не останавливает. Сигмы подбадривают, и, может быть, выбраться потусить было неплохой идеей. Я позволяю своему языку свернуться на ее животе, прослеживая вкус горького алкоголя. Я встаю прямо и смеюсь, вытирая рот. Я честно чувствую себя намного лучше теперь, не должен думать о Брен-
Брендон в клубе. Я замечаю его танцующим с одной из тех шлюх, и он, что, был все это время здесь?
Уильям отслеживает мой взгляд и смеется. Он склоняется, чтобы шепнуть мне на ухо: «Не волнуйся! Я знаю ее, и она на кого-то нацелилась.»
Уильям не знает ничего о том, что произошло со мной и Брендоном; он все еще думает, что я набираюсь смелости, чтобы подкатить к своему возлюбленному. И, окей, может быть Мэг или Эрика, или как ее там, не заинтересована в Брендоне, но это, конечно же, не останавливает их от танцев и заигрываний.
Пиздец. Идиотский клуб, и мне было хорошо, ага, и я типа тусил и нажирался в говно, заливая горе, но теперь нет. Просто пиздец.
Идиотские Сигмы. Идиотская техномузыка. Идиотские вспыхивающие софиты.
Блядь, Брендон хорошо смотрится на танцполе.
Я смотрю на пустой стакан в своей руке и решаю завязывать. Я не веселюсь. Брендон здесь. Если я продолжу пить, я лишь кончу тем, что наделаю еще больше глупостей. Мне нужно позволить Брендону наслаждаться собой и танцевать со шлюховатыми девками, если это все, чего он хочет. Я могу вернуться обратно в дом браться и побыть в комнате одному.
Все окружающие меня сигмы говорят друг с другом или флиртуют с незнакомцами, выпивая и прожигая жизнь. Я окончательно решаю не смотреть на Брендона, когда иду к выходу, даже не проведя в клубе и часа. Сегодня я лучше побуду собой, типичным антисоциальным Райаном Россом, которым я был до всей этой дребедени с Сигмами.
Я отхожу не так далеко, когда Спенсер окликает меня. Я оборачиваюсь, и он выходит за мной из клуба в холодную ночь.
-Куда ты идешь? – надувается он.
-Обратно домой. Что-то не катит, - отвечаю я.
Спенсер подходит ко мне, еще больше надуваясь.
-Ой, ну хватит, Риро, без тебя не весело! Еще так рано!
Я мотаю головой.
-Вот это? Полуголые бабцы, техно и текила? Это не мое, Спенс. Я не хочу, чтобы это было моим, - говорю я ему, нахлебавшись настолько, чтобы рассуждать о моем существовании в этой вселенной.
-Ты хандрил всю неделю! Я тебя пригласил, так что давай! За мной выпивка, - предлагает он.
-Нет, серьезно, я пас, - твердо говорю я и поворачиваюсь, чтобы уйти.
Спенсер останавливает меня, вставая напротив и отлячивая бедро.
-Ну все, хватит. Тебе лучше сказать мне, что происходит. Я твой лучший друг-гей, и мне положено знать.
Я мотаю головой, но Спенсер хватает меня за руку и тащит вниз по улице, пока не находит лавку. Он садится и смотрит на меня голубыми глазами.
-Я слушаю.
Я ерзаю.
-Нечего рассказывать.
-Что-то с учебой? – спрашивает он, и я отрицательно качаю головой. – Чтение? Эссе? Профессор был не в духе? – перечисляет он, а я продолжаю трясти головой. Спенсер выглядит действительно расстроенным, когда спрашивает:
-Это Сигма Чи Бета? Тебе не нравится братство?
-Честно, нравится, - говорю я, и это правда. Мне нравится готовая еда и тот факт, что всегда есть с кем поговорить. Делить комнату с Брендоном не очень-то здорово сейчас, но… да, Сигма Чи Бета – бредовая организация, слишком навязчивая с ее секретностью и требованиям к верности. Но если все это игнорировать, то очень даже ничего.
-Брендон все еще ведет себя как сучка? – спрашивает Спенсер.
-Нет.
-Точно ничего не случилось между вами?
-Нет, - вру я.
Спенсер вздыхает.
-Отлично, ты не оставил мне вариантов, - говорит он мне. – Я не вчера родился, и ты не такой спокойный, Райан. Я знаю, тебе нравится Брендон, глупый ты осел, и, правда, тебе стоило поговорить об этом со своим лучшим другом!
Я хмурюсь, смотря на Спенсера, и он негромко хихикает.
-Чувак, я почти что пришел в тот момент, когда все происходило, на прошлой неделе. Скрипучая кровать Брендона? Хватит, я не идиот. Да еще эти взгляды на протяжении всего Уикенда Джентльменов? Да вы, ребята, глазами трахаете друг друга, нет, правда. И теперь ты дуешься, а Брендон в клубе отплясывает со шлюхами. Давай, расскажи мне!
Вау. Кажись, Спенсер все знал. Надеюсь, что больше никто не догадался о… обо всем этом. Обо всем, что было.
-Не возражаешь? Ну, то, что я… что он мне нравится, вот, - вношу я ясность.
Спенсер снова дуется на меня и тычет в щеку.
-Ну, он почти такой же симпатичный, как и я, так что у тебя неплохой вкус. Теперь, если бы мы могли изменить его характер…
-Мне нравится его характер.
Спенсер снова хихикает своим девчачье-гейским смехом.
-Ты просто еще не понял, - дразнится он. – Так какого хрена вы оба не трахаетесь как кролики в своей комнате прямо сейчас?
Я беспомощно пожимаю плечами.
-Я в жопе. Теперь это никогда не случится, и я ненавижу свою жизнь.
-Никогда не случится?
-Неа. Никогда.
Спенсер чувствует окончательность моего утверждения, и его игривая улыбка исчезает с его лица. Он смотрит на свои ладони и говорит:
-Честно? Это к лучшему. Брендон не… Он не лучший из парней.
-Что это должно значить? – я хмурюсь.
Спенсер ненадолго затихает перед тем, как пожать плечами.
-Просто… есть вещи, о которых ты не знаешь, и… - он начинает, но замолкает на середине предложения.-Все равно, веселее,если мы оба одиноки! Мы можем охотиться на мужиков вместе и прочее и прочее! Мне бы хотелось с кем-нибудь познакомиться, знаешь? Столько рыбы в море.
-Я не хочу охотиться на мужиков, - зло спорю я. – Мне нужен Брендон.
-Ты можешь найти кого-то получше.
Нет, вообще-то, не могу.
-Я не хочу говорить об этом, - решаю я.
-Нет, послушай меня, - настаивает Спенсер. – Брендон, ну… что я хочу сказать, так то, что у каждого свои проблемы, верно? Некоторые люди намного искреннее других. А ты и он, я даже не мог представить, что это сработает на длительное время. Так что лучше-
-Спенсер, прекрати! – обрываю я его. – Ты не знаешь, о чем говоришь, и мне не нужны твои утешения!
-Я хотел дать тебе совет-
-О, да, будто бы мне нужны советы от маньяка! – отрывисто говорю я. Слова срываются с моего языка быстрее, чем я успеваю себя остановить. Спенсер замирает. Его глаза на секунду расширяются, но потом он злится и выглядит еще более задетым, чем я когда-либо видел его.
-Думаю, что пойду обратно, - холодно говорит он и встает. Он идет обратно к клубу, и я смотрю ему вслед с ужасом.
Дерьмо.