(перевод Чарин)

2. Переговоры.

Сириус наблюдал за спящим крестником. Он беспокоился: ведь это был не просто контракт, он изменит жизнь Гарри.
Крестник был очень бледен, когда они с Ремом забирали того от маггловских родственников. Должно быть они, в силу своих маггловских заморочек, грубо с ним обращались. Но то, что с мальчиком плохо обращались – это факт! Ведь, когда Рем коснулся спины Гарри, тот вздрогнул... К тому же, мальчик явно похудел за каникулы.
- О чем думаешь, Бродяга? – тихим голосом спросил Ремус Люпин, возлюбленный и лучший друг Блека в одном лице, заключая того в объятия. – Ты выглядишь взволнованным.
Сириус вздохнул:
- Я обеспокоен… Ты ведь знаешь о недавних событиях?
- Минерва просветила меня, пока вы были с Малфоем и Северусом, - вервольф взглянул на юношу, спящего на диване. – Они слишком многого от него хотят. А ведь мальчику еще только шестнадцать!
- Мне плохо оттого, что у Гарри нет другого выбора, - анимаг зарычал, устремив взгляд в темное небо за окном.
- Он всегда может отказаться, – проговорил Люпин, привлекая внимание Сириуса, поцелуем в нос.
Блек фыркнул:
- Ты же знаешь, он никогда не позволит им сражаться, если есть возможность обойтись без убийств. Принести себя в жертву ради общего блага! Так что, у мальчика нет выбора.
Раздумывая над сложившейся ситуацией, Ремус сопроводил анимага на собственную кухню, дабы не разбудить предмет их разговора.
- Мы можем ему помочь? – спросил Сириус, умоляюще глядя на возлюбленного. – Как мы можем облегчить его участь?
- Мы будем рядом, - нераздумывая сказал вервольф. - Мы будем рядом и поддержим Гарри, когда ему это понадобится. Что еще? Боюсь, больше мы ничем не сможем помочь мальчику, Бродяга. Так что, давай немного поспим, ладно?
Блек согласно кивнул, последний раз глотнул чаю и отправился вслед за Ремом в спальню, поцеловав на ночь крестника по пути.

* * *
Пока Хогвартс и некоторые его обитатели вступали в объятия Морфея, Люциус Малфой и Рудольфус Лестранж направлялись на аудиенцию к Темному Лорду, с нетерпением ждущего возвращения своих слуг.
Когда мужчины зашли, в помещении был полумрак, разгоняемый светом от затухающего камина и парой магических светильников у входа. Темная мебель и стены только добавляли комнате мрачности.
Рядом с камином лежала змея, а в одном из углов, практически незаметный, стоял домовой эльф, терпеливо ждущий, когда хозяин уйдет, чтобы прибраться в комнате.
Люциус любезно подошел к креслу, в котором восседал Лорд и, пока Лестранж поклоном приветствовал Волдеморта, заговорил:
- Милорд, мы вернулись с новостями о Вашем будущим супруге.
- Я так полагаю, они приняли мое предложение? – несколько мрачновато спросил самый темный маг нынешнего столетия.
Малфой позволил себе высокомерно улыбнуться, прежде чем ответить.
- Фадж хотел тут же подписать договор, но Поттер решил внести некоторые изменения.
- И как отреагировал мальчишка? – поинтересовался Лорд, скрывая нетерпение в голосе.
- Ну, сначала он не поверил, а потом начал кричать и разносить директорский кабинет стихийной магией. Потом он поговорил с крестным и оскорбил Министра.
- Он оскорбил Фаджа? – переспросил Риддл. – Почему он это сделал?
И Люциус рассказал о произошедшем, иногда перебиваемый Рудольфусом. После повествования последовал отчет об исправлениях условий контракта.
- А он не скромничает, - сказал Волдеморт, закончив читать поправки. – Я не могу принять его условия в том виде, в каком они есть сейчас.
- Думаю, это, в основном, работа Блека. Самого мальчишку это не слишком-то волновало. Его единственным желанием была передача Петтигрю Министерству, - ответил блондин.
- Что ж, думаю, нам следует устроить встречу, чтобы окончательно договориться об условиях контракта, - решил Лорд, думая, что с этим не стоит тянуть. Его слуги покорно кивнули. – А где Северус? Мне кажется, я приказал ему тоже прийти.
- Он просил прощения, но Дамблдор задержал его для разговора о Волчьем зелье, что Сев готовит для оборотня. Из-за предложения о перемирии ему больше не надо «шпионить» за нами, а, следовательно, у него больше нет повода, чтобы покинуть замок, - ответил Лестранж, слегка кланяясь только что прибывшему предмету их разговора.
- Можешь сказать что-нибудь нового? – поинтересовался Риддл, все еще скрытый полумраком.
- Милорд, у меня такое ощущение, что мальчишка не доверяет Дамблдору как раньше. Старик обеспокоен тем, что может потерять Поттера, - ответил зельевар.
- Потерять? Естественно так и будет! – объявил Волдеморт. Сообщив о следующей встрече, он распустил своих слуг, наказав им собрать как можно больше информации о Потере.
Он начал хотеть мальчишку еще год назад. Той ночью он увидел силу мальчишки, его огромный потенциал и какие это открывало возможности... То, как Поттер смотрел на него, зная о приближающейся смерти, его упрямство, очаровали Лорда настолько, что он пообещал себе: мальчишка будет его. И Волдеморта не волновало, что придется прекратить войну, не очень-то и удачную, между прочим. Положительным в войне было лишь то, что весь Магический мир дрожал в страхе перед ним и боялся его появления у себя на пороге. Этот страх наполнял Волдеморта сардоническим ликованием. В общем, это одна из причин желания заполучить мальчишку. Другая же – возможность заполучить приз Дамблдора, его сокровище, его оружие, его рок. Главное преимущество Светлой стороны, которое скоро будет принадлежать ему. Риддл не считал свои планы оптимистическими – они были вполне реальны, ведь он всегда получал все что хотел: Том хотел стать слизеринцем – и он поступил в Слизерин; он хотел быть лучшим учеником – и он им стал; Риддл хотел найти Тайную Комнату – и он не только ее нашел, но и «открыл»; он хотел стать Старостой школы – и его назначили; Волдеморт хотел себе тело, которое бы наводило ужас – и он его получил. Правда вскоре пожалел о полученном, а потому и исправил все с помощью зелья Северуса. Он хотел убить Поттеров - и он… ну, ладно, забудем это. Но, за исключением этого инцидента, он всегда получал все, что хотел. И нынешний случай не будет исключением из правил.
С такими радостными мыслями Лорд встал, прошипел «доброй ночи» Нагини и отправился в свои покои.

* * *
Как только Сириус и Ремус закрыли за собой дверь, Гарри открыл глаза, встал и подошел к большому окну, выходящему на озеро. Он ненавидел притворяться, ведь тогда получается, что он обманывал крестного, но Гарри не мог позволить себе перевесить все проблемы на Сириуса, потому что тот впервые за долгое выглядел счастливым.
Звезды за окном ярко сияли и отражались на водной глади озера, делая его похожим на второе небо. Запретный Лес, выглядел тихим и спокойным, хотя Гарри и знал, что это впечатление обманчиво: на самом деле Лес таил в себе множество опасностей. Избушка Хагрида, сейчас пустующая из-за его поездки в Шармбатон, была похожа на домик из маггловских сказок.
Почему? Этот вопрос возникал у Поттера в голове снова, снова и снова. И у юноши не было на него ответа. Даже если бы он хотел заснуть, то не смог бы, из-за мыслей, переполнявших его голову. Но, в любом случае, он не очень-то любил спать, и уже привык невысыпаться. А причиной бессонницы были кошмары. Юноша практически не мог вспомнить ночи, когда бы он не просыпался с криком и не падал с кровати. Так что Гарри предпочитал не спать, а бодрствовать. К тому же, это означало, что он не был беззащитен и неосторожен.
Здесь же, в Хогвартсе, благодаря Дамблдору и его самым сильным щитам, не нужно было волноваться об опасности.
Однако предстоящее пугало мальчика, даже его внутренний голос иронично заявлял, что ни Дамблдор, ни его протекция, не помогли ему ни этим летом, ни раньше…
- Лучше не думать об этом, - сказал Поттер сам себе. Он решил пойти прогуляться, раз уж не получилось поспать.
Юноша тихо вышел из комнаты, по секретным ходам добрался до выхода из замка и направился к кромке Запретного леса, который, несомненно, был диким и опасным, но только не для Гарри Поттера: большинство обитателей леса - магические существа, животные и духи – были на его стороне. Сейчас юноша хотел встретиться с кентавром или единорогом, чтобы они по-своему защитили его, и он был бы в полнейшей безопасности.
- Привет, Нивеус, - улыбаясь, поприветствовал Гарри единорожка, ткнувшегося носом ему в живот. – Это был тяжелый день, - проговорил юноша, взобравшись на серебристо-белую спину животного.

* * *
- Где вы были? – резко спросил Министр, который очевидно оправился от вчерашнего шока и решил быть еще грубее, чем вчера.
Гарри прикрыл за собой и Сириусом дверь в кабинет Директора и, приподняв бровь в стиле Снейпа, ответил:
- Я был на верховой прогулке, а Снаффлс, на сколько я знаю, спал в замке.
- Меня не волнует твоя собака, - Фадж ударил кулаком по столу Дамблдора.
- Тогда почему Вы спрашиваете? – невинно поинтересовался Поттер, садясь рядом с Люпином, занявшим место МакГонагалл.
Министр же видимо решил переменить тему.
- И на чем же ты катался? Кажется, в Хогвартсе нет конюшен…
- Конечно же есть. Вы знаете о фестралах? А по поводу вашего вопроса… я катался на единороге. Вам его описать? Он полностью белого цвета, с немного серебристой шерсткой вокруг глаз, спиралевидным рогом на лбу, и золотистыми копытами. Его глаза… - насмешливо проговорил Гарри.
- Я знаю, как выглядят единороги, и ты не можешь кататься на одном из них! – прервал юношу Фадж, гневно сжимавший в руках свою шляпу-котелок.
- Может быть, Министр, но, следует заметить, что и после Убивающего проклятия невозможно выжить, - раздался мрачный голос, принадлежавший темноволосому мужчине с кроваво-красными глазами, выглядящему лет на двадцать пять.
Появление незнакомца заткнуло Министра, что позволило Дамблдору представить гостя. Но тот и так не нуждался в представлении: при его появлении у Гарри заболел шрам.
- Гарри, я уверен, что ты узнал Тома Риддла, даже если он несколько изменился с момента вашей последней встречи.
Темный Лорд протянулся было к юноше для рукопожатия, но был остановлен словами:
- Я ценю Ваш жест, но мой шрам и так уже сильно болит, так что я не хочу усугублять наш «контакт».
- Ах, это… Я попросил Северуса поработать над зельем, которое избавило бы тебя от боли, - прервал Директор, не обращая внимания на недовольство Снейпа.
- Хорошо. Тогда по какому поводу мы здесь собрались? – снова поинтересовался Поттер, рассеянно поглаживая Снаффлса и пытаясь игнорировать растущую головную боль. Боль начала так же развиваться и где-то в районе живота, так что юноша даже и не знал, где болит больше. Чертовы Дурсли!
- Для продолжения переговоров, естественно, - ответил Том Риддл. – Или ты думал, что я соглашусь на твои изменения?
- Нет, конечно, но что не так? – спокойно спросил Гарри.
Волдеморт хотел было ответить, но был прерван Министром.
- Прежде всего, я хочу увидеть этот контракт! Вы не можете решать все за нашими спинами. Я стерпел такое ваше поведение один раз, но больше этого не будет.
Вдруг в кабинете все затряслось и начало ломаться или взрываться. А тяжелая на взгляд книга сама собой упала на голову Фаджу, который с глухим вскриком упал в обморок. Сириус, забившись под стул крестника, начал лаять. Дамблдор начал напевать что-то подозрительно напоминающее 'Jingle Bells', а Темный Лорд, кажется, еле сдерживал смех. Снейп выглядел удивленным и будто вопрошал: «почему я еще жив?». Люпин наколдовал Щит и теперь ждал когда Поттер, наконец, успокоится. А Малфой и Лестранж просто стояли рядом, игнорируя весь этот беспорядок.
- Извините, - через некоторое время раздался голос Гарри, лицо которого было припорошено пылью.
- Ничего страшного, хотя Корнелиус наверняка так не считал бы, - ответил Дамблдор, мерцая глазами.
Юноша странно посмотрел на старика, но промолчал: он хотел сказать, что извинялся вовсе не перед Дамблдором, а перед Сириусом, сейчас вылизывающим ему руку в своей аниформе.
- Что я хотел сказать, пока нас не прервали… Гарри, я возражаю против твоего обучения в Хогвартсе, - продолжил Риддл, все еще ухмыляясь. – Ведь в таком случае мы будем разделены. А мы ведь будем женаты и в таком случае это неприемлемо.
- Тогда ты тоже можешь остаться в замке, - твердо сказал юноша. – Хогвартс – мой дом!
- Твой дом рядом со мной, - как ни в чем не бывало, ответил Лорд.
- А это великолепная идея. Том, как на счет должности учителя по Защите в этом году? Тогда мальчик останется в Хогвартсе, и вы будете вместе, - радостно воскликнул Альбус, предвкушающее потирая руки.
Том сомневался, но, все-таки, согласно кивнул.
- Это приемлемо. Но тогда я настаиваю на пересмотре времени, что ты будешь проводить с друзьями. Ведь вы будете вместе учиться.
- Но у меня не будет возможности видеться с профессором Люпином и Сириусом, - запротестовал Поттер, осторожно поглядывая на бессознательного Министра.
- Мне казалось, что они останутся здесь вместе с нами, – ответил Том, приподняв бровь.
- Только до начала семестра. Мы планируем купить домик где-нибудь на окраине Шотландии, если вы не возражаете, - ответил было Ремус, но тут оскалился и зарычал Сириус.
- Половина каникул и каждые первые выходные месяца, - ровно предложил Темный Лорд, но в его глазах бушевала ярость.
- Половина каникул и каждые вторые выходные. И они смогут посещать меня, когда захотят, - парировал мальчишка, в его глазах цвета изумруда пылал огонь.
- половина каникул, каждые вторые выходные месяца. И Блек с Люпином смогут навещать тебя в случае чрезвычайной ситуации, - выдвинул предложение Риддл, вертя палочку в своих руках.
- В смысле? – поинтересовался вервольф, - Что ты имеешь в виду, говоря «чрезвычайная ситуация»?
Том немного поразмыслил и ответил:
- Если один из вас будет при смерти.
Юноша сжал кулаки, отвлекаясь от пронзающей его боли и тщетно пытаясь сдержать ярость.
- Я не согласен! Если они оба будут нуждаться во мне, то это и будет чрезвычайной ситуацией! Я скажу не приходить ко мне в любом другом случае.
- Ты придешь, как только понадобится твое присутствие. Я буду обеспечивать тебя, так как ты не в состоянии сделать это сам. Ты не будешь использовать магию против меня и Пожирателей Смерти ради унижения или причинения вреда, - прошипел Волдеморт.
- Ты сдашь Хвоста Министерству?
- Да!
- Согласен, - согласился Гарри, прежде чем потерял сознание от боли.

Настроение сейчас - ползком до забора