Это цитата сообщения Lady_Elena Оригинальное сообщение

Фаина Георгиевна РАНЕВСКАЯ



[160x213]
РАНЕВСКАЯ
(Фельдман)
Фаина Георгиевна

27.08.1896, Таганрог – 19.07.1984, Москва

Народная артистка СССР (1961)
Лауреат Государственных премий СССР (1949, 1951 - за театральную работу; 1951 - за участие в фильме «У них есть Родина»)
Включена в десятку выдающихся актрис 20 века (1992, «Who is who», Лондон)




Детство

Фаина Раневская родилась 27 августа (15 - по старому стилю) 1896 года в г. Таганроге в в состоятельной еврейской семье. Отец – Фельдман Гирши Хаймович – был владельцем фабрики сухих красок, нескольких домов, магазина и парохода «Святой Николай». Мама – Фельдман Милка Рафаиловна (в девичестве Заговайлова (из некоторых источников – Валова)). В семье было четверо детей – два брата и старшая сестра Белла. Когда Фаине было 5 лет, умер младший брат.

Как признавалась сама Фаина Георгиевна, она не была счастлива в родительском доме: «Мне вспоминается горькая моя обида на всех окружавших меня в моем одиноком детстве...» Почему же, живя без всяких материальных проблем, в семье, где у нее были еще брат и сестра, горячо любимая мать, девочка чувствовала себя несчастливой и одинокой? Возможно, причина в ее повышенной ранимости из-за легкого заикания, которым Фаина страдала от рождения.

Боясь насмешек, Фаина избегала сверстников, не имела подруг, не любила учиться. С трудом проучившись в младших классах Мариинской женской гимназии, девочка упросила родителей забрать ее оттуда. «Училась плохо, арифметика была страшной пыткой. Писать без ошибок так и не научилась. Считать тоже. Наверное, потому всегда, и по сию пору, всегда без денег…» - признавалась впоследствии Фаина Георгиевна.

В то же время Фаина получила обычное для девочки из обеспеченной семьи домашнее воспитание, обучалась музыке, пению, иностранным языкам, любила читать.

Раневская

Увлечение кино пришло Фаине лет в двенадцать. Свое первое впечатление от увиденного она описывала так: «Обомлела. Фильм был в красках, возможно, «Ромео и Джульетта». Я в экстазе, хорошо помню мое волнение…»

Чуть позже началось увлечение девочки театром. Первые посещения городского театра оставили в ее душе неизгладимые впечатления, но настоящее потрясение испытала она в 1913 году, когда побывала на спектакле «Вишневый сад» А.П.Чехова на сцене Московского Художественного театра, где играли звезды тех лет. Кстати, псевдоним «Раневская» именно из этой пьесы. Однажды по дороге домой у Фаины из сумочки выпали деньги, их подхватил ветер, а она смеялась и говорила: «Как красиво они летят!». Ее спутник тогда заметил: «Вы совсем как Раневская». Так и осталась за ней эта фамилия, позже став официальной.

Решение стать актрисой

Как признавалась Раневская, профессию она не выбирала – она в ней таилась. После увиденного на сцене, она уже знала, что будет актрисой обязательно. Сдав экстерном экзамены за курс гимназии, Фаина стала посещать занятия в частной театральной студии А.Ягелло. Девушка училась свободно двигаться на сцене, говорить, растягивая слова, чтобы скрыть свое заикание.

Отец снисходительно относился к увлечению дочери до тех пор, пока она не объявила о своем решении стать профессиональной актрисой. Это вызвало скандал и разрыв с семьей. О том, чтобы пойти работать в местный театр, не могло быть и речи. Кроме того, девушка понимала, что ей еще нужно всерьез учиться сценическому мастерству. Поэтому в 1915 году она покинула Таганрог и уехала в Москву.

Провинциальная актриса

Надеждам Фаины не было суждено исполниться. Ни в одну из лучших театральных школ она не была принята, и девушка устроилась в частную школу. Но и ее вскоре пришлось оставить, поскольку у Раневской просто не было средств оплачивать обучение.

Зато повезло в другом. К девушке с участием отнеслась актриса Гельцер. Это она порекомендовала Раневскую в Малаховский летний театр под Москвой. И хотя Фаине пришлось играть в массовке, но для нее было настоящим счастьем даже просто находиться рядом с известными актерами. В те годы там играли великая Ольга Осиповна Садовская, Петипа, Певцов. Кстати именно Певцов предрек, что Раневская станет знаменитой актрисой.

Отыграв сезон в Малаховском театре, Раневская в 1916 году подписала договор с антрепризой Ладовской на роли «героинь-кокет» и уехала в Керчь. Но выступления труппы не собирали зрителей, и Раневская покинула антрепризу. Начались ее скитания по провинциальным театрам – Феодосия, Кисловодск, Ростов-на-Дону…

Весной 1917 года вся семья Фельдман эмигрировала, Фаина осталась одна в России. В Ростове она познакомилась с актрисой Павлой Леонтьевной Вульф, в лице которой Раневская обрела надежного друга на всю жизнь. В годы Гражданской войны Вульф приютила Раневскую, а помогал им выжить знаменитый драматург Макс Волошин.

Тогда же Раневская была принята в труппу «Театра актера», главным режиссером которого был Павел Анатольевич Рудин. Актриса успешно дебютировала в роли Маргариты Кавалини в «Романе», а затем играла в спектаклях: «Живой труп», «Последняя жертва», «Без вины виноватые», «На всякого мудреца…», «Гроза», «На дне», «Ревизор», «Женитьба» и других». Одной из лучших работ актрисы была роль Шарлотты в «Вишневом саде».

В 1925 году Павла Вульф и Фаина Раневская поступают в передвижной Театр Московского отдела народного образования (МОНО). Но, просуществовав один зимний сезон, театр закрылся, и актрисы вновь возвращаются в провинцию. Вновь начинаются из скитания - Святогорский театр при санатории донбасских шахтеров, Бакинский рабочий театр. Затем были Гомель, Смоленск, Архангельск, Сталинград и вновь Баку…

Снова в Москве

Все эти годы Раневскую не покидает мысль о Москве. В 1930 году она пишет письмо главному режиссеру московского Камерного театра Александру Таирову с просьбой принять ее. Первоначально следует отказ, но затем режиссер меняет свое решение. И вот с 1931 года Раневская становится актрисой этого театра. Дебютирует в Москве Раневская ролью в спектакле «Патетическая соната». Причем дебютирует удачно, но спустя некоторое время спектакль снимают с репертуара…

Поскольку других ролей у нее не было, Раневская в 1935 уходит в Центральный театр Красной Армии. Здесь ей довелось сыграть мать в пьесе «Чужой ребенок», сваху в пьесе Островского «Последняя жертва», Оксану в пьесе Корнейчука «Гибель эскадры» и главную роль в пьесе Горького «Васса Железнова».

В 1939 году Раневскую пригласили в Малый театр. Выступать на сцене, где играла великая Ермолова! Раневская соглашается, но тут возникают неожиданные препятствия. Из театра Красной Армии ее отпускать не хотели, и актриса ушла со скандалом. В то же время старейшины Малого оказались категорически против ее прихода в труппу. В итоге Раневская осталась без работы…

Дебют в кино

В кино Фаина Раневская дебютировала в 1934 году, будучи тогда актрисой Камерного театра. Начинающий режиссер Михаил Ромм, увидев ее на сцене, пригласил на роль госпожи Луазо в фильме «Пышка» по знаменитой мопассановской новелле.

Как признавалась Раневская, съемки были очень сложными. Отопление не работало – павильоны сохраняли температуру холодильной камеры, и у актеров зуб на зуб не попадал. Постоянная суета, мучительно долгая установка света, шум аппаратуры, вечная неразбериха…

Фильм снимался в немом варианте. Тем не менее, чтобы лучше прочувствовать роль, Раневская достала подлинник мопассановского рассказа и затвердила несколько фраз госпожи Луазо на языке оригинала.

Приехавший в Советский Союз Ромен Роллан был в восторге от фильма. Среди актеров он выделял в первую очередь Раневскую. По его просьбе «Пышку» продемонстрировали во Франции. И картина прошла там с огромным успехом.

«Муля, не нервируй меня!»

После «Пышки», несмотря на успех, Раневская решила больше в кино не появляться – «слишком это все мучительно». Тем не менее, спустя три года она приняла предложение режиссера Игоря Савченко сняться в роли попадьи в фильме «Дума про казака Голоту». К этому времени актриса как раз осталась без работы в театре, и кино захватило ее.

В 1939 году Фаина Раневская снимается сразу в трех кинокартинах. В фильме «Человек в футляре» режиссера Анненского она сыграла роль жены инспектора, в картине «Ошибка инженера Кочина» режиссера Мачерета - роль жены портного Гуревича – Иды. Но настоящую известность актрисе принесла комедия Татьяны Лукашевич «Подкидыш».

В «Подкидыше» Раневская сыграла самоуверенную, командующую подкаблучником-мужем женщину. Актриса специально для своей роли придумала несколько хлестких фраз. Одна из них - Муля, не нервируй меня – стала по-настоящему крылатой. Эта фраза впоследствии преследовала ее всю жизнь. При виде актрисы мальчишки на улице начинали кричать: «Муля, не нервируй меня!».

Все это необычайно раздражало Раневскую, со временем она стала просто ненавидеть роль, давшую ей популярность. Как-то она даже призналась в этом Анне Ахматовой. «Сжала руки под темной вуалью» – это тоже мои Мули, - ответила она.

Много, много лет спустя, когда Леонид Ильич Брежнев вручал Фаине Георгиевне Раневской орден Ленина, то и он не смог удержаться - скорчил рожу и пропищал: «Муля, не нервируй меня!». Фаина Георгиевна презрительно пожала плечами и сказала: «Леонид Ильич, ко мне так обращаются только невоспитанные уличные мальчишки!» Брежнев страшно смутился и тихо ответил: «Извините, просто я вас очень люблю». На чем инцидент и исчерпался.

«Мечта»

В 1940 году Михаил Ромм пригласил Фаину Раневскую сниматься в социально-психологической драме «Мечта». Актриса рассказывала: «За всю долгую жизнь я не испытывала такой радости ни в театре, ни в кино, как в пору нашей второй встречи с Михаилом Ильичем. Такого отношения к актеру – не побоюсь слова «нежного», - такого доброжелательного режиссера-педагога я не знала, не встречала. Его советы, подсказки были точны, необходимы. Я навсегда сохранила благодарность Михаилу Ильичу за помощь, которую он оказал мне в работе над ролью пани Скороход в «Мечте», и за радость, когда я увидела этот прекрасный фильм на экране».

Эту картину Михаил Ромм стал снимать после того, как побывал в Западной Украине, присоединенной к нашей стране в конце 30-х. Впечатления от увиденного и легли в основу фильма. Раневская сыграла роль хозяйки меблированных комнат - мадам Розу Скороход. Эта работа открыла огромное трагическое начало в таланте Фаины Раневской. В ее героине парадоксально смешивались сострадание и жесточайшая беспощадность к тем, кто ниже ее по социальному статусу, всепоглощающая скупость и такая же безмерная любовь к сыну-неудачнику, ради которого она живет, трудится, совершает низости, понимая в глубине души всю бесполезность этих усилий… Выдающийся драматург Теодор Драйзер высоко оценил игру актрисы.

«Свадьба»

После начала войны Фаина Раневская была эвакуирована в Ташкент, где пробыла до 1943 года. В 1943 году Раневская вернулась в Москву, и была принята в Театр драмы (ныне - театр имени Вл. Маяковского). Она снялась в нескольких рядовых фильмах, после чего была приглашена на роль Мамаши в фильме «Свадьба».

Режиссер Исидор Анненский собрал великолепный актерский ансамбль. Помимо Фаины Раневской, в «Свадьбе» снялись: Эраст Гарин, Зоя Федорова, Алексей Грибов, Осип Абдулов, Михаил Яншин, Сергей Мартинсон, Вера Марецкая, Николай Плотников, Михаил Пуговкин и многие другие. Фаина Раневская позже высказывалась о картине и о самом режиссере весьма отрицательно, считая, что Анненский, во-первых, полностью извратил чеховскую прозу, а во-вторых, не использовал в полной мере талантливых актеров.

Права или нет Фаина Георгиевна, но комедия «Свадьба» на долгие годы стала одним из любимейших зрителями фильмов. Сколько фраз из фильма стали крылатыми. Вспомните коронное выражение Осипа Абдулова «В Греции все есть», или фразу Фаины Раневской «Хочут свою образованность показать». К тому же, представляя собой неиссякаемый кладезь российского остроумия, «Свадьба» беспристрастно описывает человеческие пороки и заблуждения. Пошлейшая история «свадебных разборок» в семье мещан Жигаловых, пытающихся во что бы то ни стало заполучить в женихи капризного чиновника Апломбова, превращается в подлинную энциклопедию национальных характеров.

Сама Раневская, создавая образ, пользовалась наблюдениями из реальной жизни. «Похожести гримом тут не добьешься. Я ведь напяливала платье, подтягивала кверху нос, надевала парик и шляпку и выходила на съемочную площадку, почти не гримируясь. Все дело тут в манере говорить, слушать, думать. Ходить и жестикулировать - это уже потом», - признавалась она.

«Весна»

После войны Фаина Раневская сыграла несколько заметных ролей. В 1947 году на экраны вышла комедия Григория Александрова «Весна» с Любовью Орловой и Николаем Черкасовым в главных ролях. Фаине Раневской в сценарии отводился лишь один эпизод: ее героиня Маргарита Львовна подавала завтрак своей знаменитой племяннице.

Александров предложил актрисе самой сделать себе роль. Раневская придумала множество веселых фраз и диалогов. Вместе с Ростиславом Пляттом они внесли в картину комедийную, характерную, водевильную стихию. Помните разговор по телефону: «Скорую помощь! Помощь скорую! Кто больной? Я больной. Лев Маргаритович. Маргарит Львович». В итоге играющие роли второго плана Фаина Раневская и Ростислав Плятт запомнились зрителям даже больше, чем главные герои.

«Золушка»

В том же году Раневская сыграла мачеху в знаменитой сказке «Золушка» режиссера Надежды Кошеверовой. Эта картина одна из немногих, принесших актрисе настоящую радость. Раневская сыграла с присущей ей яркостью, правдоподобностью. Г. Скороходов в книге «Разговоры с Раневской» говорил: «В ее Мачехе зрители узнавали, несмотря на пышные «средневековые» одежды, сегодняшнюю соседку-склочницу, сослуживицу, просто знакомую, установившую в семье режим своей диктатуры. Это бытовой план роли, достаточно злой и выразительный. Но в Мачехе есть и социальный подтекст. Сила ее, безнаказанность, самоуверенность кроются в огромных связях…»

Одна из самых замечательных сцен в фильме с участием Раневской это, безусловно, охота за знаками внимания короля и принца на балу. Возвращаемся к книге Скороходова: «В ней <сцене> все смешно: и то, чем занимается милое семейство, и то, как оно это делает. Раневская здесь, повторим, минимальный соавтор Шварца-сценариста, но полная хозяйка роли. По сценарию дочки сообщают матери о знаках внимания, и та, зная силу документа, немедленно фиксирует в блокноте каждый факт».

Автор сценария Евгений Львович Шварц, как никто другой, болезненно бережно относившийся к каждой фразе, каждому слову в сценарии, Раневской с удовольствием позволял отсебятину. Раневская вспоминала: «Там была еще такая сцена. Я готовлюсь к балу, примеряю разные перья - это я сама придумала: мне показалось очень характерным для Мачехи жаловаться на судьбу и тут же смотреть в зеркало, прикладывая к голове различные перья и любоваться собой. Но для действия мне не хватало текста. Евгений Львович посмотрел, что я насочиняла, хохотнул и поцеловал руку: «С Богом!».

Мачеха - одна из лучших комедийных ролей Раневской. Удивительно, но она – сугубо отрицательный персонаж сказки – вызывает у зрителей настоящий восторг!

Другие работы послевоенных лет

Среди других работ Фаины Раневской в послевоенные годы стоит отметить роль бабушки в фильме «Слон и веревочка», где актриса впервые снялась с Наташей Защипиной – тогда еще шестилетней девочкой. Раневская высоко отзывалась о юной актрисе и общалась с ней, как со взрослой.

Еще раз вместе они снялись в 1949 году в драме «У них есть Родина», поставленной по пьесе Сергея Михалкова. Фильм рассказывал о том как советские разведчики, разыскав на территории Западной Германии оказавшийся под присмотром английской разведки сиротский приют с советскими детьми, добиваются возвращения детей на родину...

Фаина Раневская так отзывалась о своей роли и о фильме: «Да, фрау Вурст у меня получилась. Вурст – по-немецки колбаса. Я и играю такую толстую колбасу, наливающую себя пивом. От толщинок, которыми обложилась, пошевелиться не могла. И под щеки и под губы тоже чего-то напихала. Не рожа, а жопа. Но когда я говорю о михалковском дерьме, то имею в виду одно: знал ли он, что всех детей, которые после этого фильма добились возвращения на Родину, прямым ходом отправляли в лагеря и колонии? Если знал, то тридцать сребреников не жгли руки?»

50-е годы. Работа в театре

В 1949 году Раневская уходит из Театра Драмы и поступает на работу в Театр им. Моссовета. Здесь она играла очень мало. Репертуар театра состоял из рядовых, а порой и просто бесцветных и скучнейших спектаклей, приуроченных к очередным советским праздникам. С большим трудом ее уговорили на роль старухи в спектакле «Рассвет над Москвой». Ее героиня по сценарию представляла этакую матерь-совесть, режущую правду-матку. Великая актриса от скуки и раздражения превратила свою роль в капустник на заданную тему, и каждое ее появление на сцене сопровождалось аплодисментами.

Как-то Раневской достался эпизод в пьесе «Шторм». На первую же репетицию актриса принесла огромный талмуд. Все знали: Раневская переписывает роль от руки. Но тут было что-то другое. Она принесла десятки вариантов каждого кусочка, чуть ли не каждой реплики своей роли. Она почти полностью переписала текст, Завадский замер. «Фаина... но драматург, что он скажет?» Драматург прочитал, побагровел и стал так хохотать, что все испугались. «Здесь ничего нельзя менять, - сказал он, - все оставить... как у Раневской». На следующий день актриса принесла еще несколько вариантов. «Оставьте ее, - сказал драматург, - пусть играет как хочет и что хочет. Все равно лучше, чем она, эту роль сделать невозможно».

Раневская так великолепно играла свой эпизод в «Шторме», что затмевала всех остальных актеров, включая и исполнителей главных ролей. Завадский не хотел мириться с этим, и вскоре лишил актрису роли.

Все это, конечно же, не могло устраивать Фаину Георгиевну, и в 1955 году она покинула театр. Она перешла в театр Пушкина - бывший Камерный театр. Одной из причин было то, что именно в Камерном она когда-то начинала свою карьеру. Однако от старого Таировского театра ничего не осталось. Здесь она проработала до 1963 года, но затем ушла и отсюда…

Одиночество

За всю свою жизнь Фаина Раневская так и не вышла замуж. Как-то ее спросили, была ли она когда-нибудь влюблена. Раневская рассказала эпизод из своей юности. Она была влюблена в красавца-актера, игравшего вместе с ней в труппе. Однажды актер сказал ей, что вечером придет к ней домой. Раневская нарядилась, накрыла стол… Актер пришел пьяный и с женщиной. «Деточка, погуляйте где-нибудь пару часиков, дорогая моя», - сказал он. «С тех пор не то, что влюбиться – смотреть на них не могу: гады и мерзавцы!» - признавалась Фаина Георгиевна.

Однако в начале 60-х был у Фаины Раневской период, когда она не чувствовала себя одинокой. Она получила письмо от своей сестры Беллы (Изабелла Георгиевна Аплеен), которая жила одно время во Франции, а потом, похоронив мужа, перебралась в Турцию. Сестра была тоже одинока и просила помочь вернуться в СССР. Помогла министр культуры Е. Фурцева.

Несколько лет сестры прожили вместе. Вскоре у Беллы обнаружили рак. Раневская вызывала лучших врачей, проводила с ней – уже безнадежной – ночи. Больница, операция – все было бессмысленно. В 1964 году Белла умерла…

Кино. 50-60-е годы

Все это время Раневская практически не снималась в кино. Да и о тех редких работах актриса отзывалась так: «…Снимаюсь в ерунде. Съемки похожи на каторгу. Сплошное унижение человеческого достоинства, а впереди – провал, срам, если картина вылезет на экран».

Фильм «Осторожно бабушка!» (1960) Надежды Кошеверовой, где Раневская сыграла главную роль, получился откровенно провальным. Раневская восприняла это как личной оскорбление и поссорилась с режиссером, которая долгие годы была ее подругой.

Тем не менее, спустя пять лет Кошеверова рискнула вновь пригласить Фаину Георгиевну в свою новую картину. Раневской предстояло сыграть роль директора цирка в фильме «Сегодня новый аттракцион». Роль была неплохой, и актриса после долгих уговоров согласилась. Правда при этом она выдвинула ряд условий. Во-первых, двойная оплата. Во-вторых, актриса заявила, что приедет на студию только один раз, - значит, декорации выстраиваются под нее. Кроме того, ехать она должна в отдельном купе – не над колесами, а в середине вагона. Жить – в «Европейской», причем непременно с видом на Русский музей – в том крыле, где поселяют иностранцев. Любой контракт с животными исключался напрочь (по сценарию директор испытывает к ним патологическую страсть), официально это объяснялось острейшей астматической реакцией. В настоящее время ведущие актеры требуют еще и не это, но в то время такие требования были просто невероятными. И все же режиссер согласилась, хотя на практике условия были выполнены едва ли наполовину.

Роль в картине «Сегодня новый аттракцион» была последней работой в кино Фаины Георгиевны.

Великая актриса

В середине 60-х Раневская возвращается в театр к Завадскому. В театре Моссовета она работала до конца своих дней.

Удивительно, но за долгие годы она так и не сыграла ни одной великой роли мирового репертуара. Все экранные и сценические работы Раневской можно перечесть по пальцам. «Я в своей жизни не сделала 99 процентов из ста», - говорила она. Но даже то немногое сделало ее величайшей отечественной актрисой. Лондонский ежегодник «Кто есть кто» включил ее в число десяти лучших актрис ХХ века. И это не случайно. Кто-то из крупных режиссеров сказал о Фаине Георгиевне: «Она может все!» Актриса в совершенстве владела всеми жанрами - от трагедии до фарса. Раневская не играла – она жила своими ролями, как живут своими играми дети, до конца, по полной правды, до счастья. И если она видела равнодушие, работу в полсилы, то была беспощадна, как бывают беспощадны дети.

От непростого характера Раневской страдали окружающие. Так постоянными придирками она довела до слез Ию Саввину. Но потом звонила с извинениями, которые потрясали величественной откровенностью: «Я так одинока, все друзья мои умерли, вся моя жизнь – работа… Я вдруг позавидовала вам. Позавидовала той легкости, с какой вы работаете, и на мгновение возненавидела вас. А я работаю трудно, меня преследует страх перед сценой, будущей публикой, даже перед партнерами. Я не капризничаю, девочка, я боюсь. Это не от гордыни. Не провала, не неуспеха, я боюсь, а – как вам объяснить? – это ведь моя жизнь, и как страшно неправильно распорядиться ею».

За год до своей смерти Раневская отказалась играть на сцене. «Старость, - сказала она, - вещь страшная. Болят все мои косточки. Очень устала, очень. Восемьдесят семь лет! Я не Яблочкина, чтобы играть до 100 лет. Нет, больше на сцену не выйду!»

Умерла Фаина Георгиевна 19 июля 1984 года, после перенесенных инфаркта и пневмонии…

[500x350]


Актёрские байки

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

Однажды Раневскую спросили, была ли она когда-нибудь влюблена, и актриса рассказала забавную и грустную историю. Лет в девятнад­цать, поступив в труппу какого-то провинциаль­ного театра, она влюбилась в первого героя-любовника. Конечно же, он был настоящим красавцем, как и положено актеру, играющему такие роли. «Я же была настоящей уродиной, даже в молодые годы,— призналась Фаина Ге­оргиевна. — Ходила за ним как тень, пялилась, словом, влюбилась как кошка... Он как бы и не замечал ничего, но вот как-то раз неожиданно подходит ко мне и говорит:

— Дорогая, вы ведь неподалеку комнатку снимаете? Верно?

— Верно...

— Ждите меня сегодня вечером, • часиков около семи, я к вам загляну...

Я, конечно, немедленно отпросилась домой, накупила вина и еды, принарядилась, напудри­лась, сижу и жду... Час жду, другой... Наконец, часов около десяти, является пьяный, рас­трепанный, в обнимку с какой-то крашеной стервой.

— Дорогая, — говорит, — погуляйте где-ни­будь часок...

Вот это была моя первая и последняя любовь».


МОИ ПОХОРОННЫЕ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ

Раневская наконец получила новую кварти­ру. Друзья перевезли ее нехитрое имущество, помогли расставить все по местам, а когда со­брались уходить, Фаина Георгиевна вдруг за­волновалась:

— Боже мой, а где мои похоронные принад­лежности?! Куда вы девали мои похоронные принадлежности? Не уходите, я же сама ни за что не найду, я же старая, могут понадобиться в любую минуту!

Стали искать эти «похоронные принадлеж­ности», не совсем понимая, что Раневская име­ет в виду. И вдруг Фаина Георгиевна радостно закричала:

— Да вот же они, слава Богу, нашла! И торжественно продемонстрировала всем коробочку со своими орденами и медалями.


ПИАНИНО

Раневская со всеми своими домашними и огромным багажом приезжает на вокзал.
- Жалко, что мы не захватили пианино, говорит Фаина Георгиевна.
- Неостроумно, замечает кто-то из сопровождавших.
- Действительно неостроумно, - вздыхает Раневская - Дело в том, что на пианино я оставила все билеты.



СЛОЖНАЯ СИТУАЦИЯ

Оставшись в послереволюционной России, Раневская очень бедствовала и в какой-то труд­ный момент обратилась за помощью к одному из приятелей своего отца.

Тот ей сказал: «Сударыня, поймите меня правильно: дать дочери Фельдмана мало я не могу. А много — у меня уже нет...»


МНИМЫЙ СЛЕПОЙ

Раневская и Марецкая идут по Тверской. Раневская говорит:
- Тот слепой, которому ты подала монету, не притворяется, он действительно не видит.
- Почему ты так решила?
- Он же сказал тебе: "Спасибо, красотка!"


ВТОРОЕ ДЫХАНИЕ

В переполненном автобусе, развозившем артистов, после спектакля, раздался неприличный звук. Раневская наклонилась к уху соседа и шепотом, но так чтобы все слышали, выдала:
- Чувствуете, голубчик? У кого-то открылось второе дыхание!


ЗИМОНЕНАВИСТНИЦА

Раневская не любила зиму. Она говорила:

— Я ненавижу зиму, как Гитлера!

СКОЛЬКО ВАМ ЛЕТ?..

В театре им. Моссовета с огромным успе­хом шел спектакль «Дальше — тишина». Главную роль играла уже пожилая Раневская. Как-то по­сле спектакля к ней подошел зритель и спросил:

— Простите за нескромный вопрос, а сколь­ко вам лет?

— В субботу будет 115, — тут же ответила актриса.

Поклонник обмер от восторга и сказал:

— В такие годы и так играть!

КРАТКАЯ РЕЦЕНЗИЯ

Раневская познакомилась и подружилась с теткой режиссера Львовича, которая жила в Ри­ге, но довольно часто приезжала в Москву. Тетку эту тоже звали Фаина, что невероятно умиляло Раневскую, которая считала свое имя достаточно редким. «Мы с вами две Феньки, — любила при встрече повторять Раневская. — Это два чрез­вычайно редких и экзотических имени».

Однажды сразу после выхода фильма «Осто­рожно, бабушка!» Фаина Раневская позвонила в Ригу своей тезке и спросила, видела ли та фильм?

— Еще не видела, но сегодня же пойду и по­смотрю!

— Так-так, — сказала Раневская. — Я, собст­венно, зачем звоню... Звоню, чтобы предупре­дить — ни в коем случае не ходите, не тратьте деньги на билет, фильм — редкое г..!

ЦЕНЗУРНАЯ БРАНЬ

Идущую по улице Раневскую толкнул какой-то человек, да еще и обругал грязными словами. Фаина Георгиевна сказала ему:
- В силу ряда причин я не могу сейчас ответить вам словами, какие употребляете вы. Но искренне надеюсь, что когда вы вернетесь домой, ваша мать выскочит из подворотни и как следует вас искусает.

ПО МЯГКОСТИ ХАРАКТЕРА

Как-то Раневская позвонила Михаилу Новожихину, ректору Театрального училища им. М. С. Щепкина:

— Михаил Михайлович, дорогой мой, у ме­ня к вам великая просьба. К вам в училище по­ступает один абитуриент, страшно талантливый. Фамилия его Малахов. Вы уж проследите лично, он настоящий самородок, не проглядите, пожа­луйста...

Разумеется, Новожихин отнесся к такой высокой рекомендации со всем вниманием и лично присутствовал на экзамене. Малахов не произвел на него никакого впечатления, и даже, напротив, показался абсолютно бездарным. После долгих колебаний он решил-таки позвонить Раневской и как-нибудь вежливо и тактично отказать ей в просьбе. Едва только начал он свои объяснения, как Фаина Георгиевна закричала в трубку:

— Ну как? Г..? Гоните его в шею, Михаил Михайлович! Я так и чувствовала, честное слово... Но вот ведь характер какой, меня про­сят посодействовать и дать рекомендацию, а я отказать никому не могу.

ЧАЙКА

Как-то на южном море Раневская указала рукой на летящую чайку и сказала:

— МХАТ полетел.

ВОТ ТАК!

Еще одно высказывание актрисы:

— Сняться в плохом фильме — все равно что плюнуть в вечность!

ГЕРОЙ ТРУДА ОПАЗДЫВАЕТ

Раневская долгие годы работала в театре им. Моссовета. Однако отношения с главным режиссером у нее не сложились, и Завадскому частенько доставалось от ее острого языка.

Как-то Завадский, который только что к сво­ему юбилею получил звание Героя Социалисти­ческого Труда, опаздывал на репетицию. Ждали долго. Наконец, не выдержав, Раневская спро­сила с раздражением:

— Ну, где же наша Гертруда?


ПУТЬ К УСПЕХУ

Как-то Раневскую спросили, почему у Марецкой все звания и награды, а у нее намного меньше?

На что Раневская ответила:

— Дорогие мои! Чтобы получить все это, мне нужно сыграть как минимум Чапаева!

ЛИХАЧ

Фаина Георгиевна вернулась домой бледная как смерть, и рассказала, что ехала от театра на такси.
- Я сразу поняла, что он лихач. Как он лавировал между машинами, увиливал от грузовиков, проскальзывал прямо перед носом прохожих! Но по настоящему я испугалась уже потом. Когда мы приехали, он достал лупу, чтобы посмотреть на счетчик!

НЕДОУМЕНИЕ

— Неужели я уже такая старая, — сокру­шалась как-то Раневская. — Ведь я еще помню порядочных людей!


ДЛЯ БЕДНЫХ

Однажды Раневская отправилась в магазин за папиросами, но попала туда в тот момент, когда магазин закрывался на обед. Уборщица, увидев стоящую у дверей Раневскую, бросила метелку и швабру и побежала отпирать дверь.

— А я вас, конечно же, узнала! — обрадованно говорила уборщица, впуская Раневскую. — Как же можно не впустить вас в магазин, мы ведь вас все очень любим. Поглядишь этак на вас, на ваши роли, и собственные неприятности забываются. Конечно, для богатых людей мож­но найти и более шикарных артисток, а вот для бедного класса вы как раз то, что надо!

Такая оценка ее творчества очень понрави­лась Раневской, и она часто вспоминала эту уборщицу и ее бесхитростные комплименты.

АПОФЕОЗ

Во время гастрольной поездки в Одессу Ра­невская пользовалась огромной популярностью и любовью зрителей. Местные газеты вырази­лись таким образом: «Одесса делает Раневской апофеоз!»

Однажды актриса прогуливалась по городу, а за ней долго следовала толстая гражданка, то обгоняя, то заходя сбоку, то отставая, пока на­конец не решилась заговорить.

— Я не понимаю, не могу понять, вы — это она?

—. Да, да, да, — басом ответила Раневская. — Я — это она!


АНШЛАГ

Говорят, что этот спектакль не имеет успеха у зрителей?
- Ну это еще мягко сказано, - заметила Раневская. - Я вчера позвонила в кассу, и спросила, когда начало представления.
- И что?
- Мне ответили: "А когда вам будет удобно?"


ВЫ НЕ СНИМАЛИСЬ В КИНО?

На улице в Одессе к Раневской обратилась прохожая:

— Простите, мне кажется, я вас где-то виде­ла... Вы в кино не снимались?

— Нет, — отрезала Раневская, которой надо­ели уже эти бесконечные приставания. — Я всего лишь зубной врач.

— Простите, — оживилась ее случайная со­беседница. — Вы зубной врач? А как ваше имя?

— Черт подери! — разозлилась Раневская, те­перь уже обидевшись на то, что ее не узнали. — Да мое имя знает вся страна!


УЛИЧНОЕ ЗНАКОМСТВО

За Раневской по одесской улице бежит поклонник, настигает и радостно кричит, протягивая руку:

— Здравствуйте! Позвольте представиться, я — Зяма Иосифович Бройтман...

— А я — нет! — отвечает Раневская и про­должает прогулку.


НАЕЛАСЬ

Однажды Юрий Завадский, худрук Театра им. Моссовета, где работала Фаина Георгиевна Раневская (и с которым у нее были далеко не безоблачные отношения), крикнул в запале актрисе: «Фаина Георгиевна, вы своей игрой сожрали весь мой режиссерский замысел!» «То-то у меня ощущение, что я наелась дерьма!» — парировала «великая старуха».


ФЕНОМЕН

Как-то Фаина Раневская записала для радио длинное и подробное интервью о своей жизни, о работе в театре, о ролях в кино. Интервью это одобрили, и оно должно было пойти в эфир, но накануне передачи к ней приехала корреспон­дентка и попросила переписать одно место, где Раневская якобы неправильно произносит сло­во «феномен».

— Я справилась в. словаре, современного рус­ского языка, — сказала корреспондентка. — Так вот, по-современному произносить это сло­во нужно с ударением на «о» — фенОмен! А вы произнесли «феномЕн».

Раневская поначалу заспорила, но потом со­гласилась и отправилась на студию переписы­вать этот кусок интервью. Однако, по всей ви­димости, по дороге одумалась, так что когда се­ла к микрофону, то резко и твердо сказала:

— ФеномЕн, феномЕн и еще раз феномЕн! А кто произносит фенОмен, пусть поцелует меня в задницу!


СКРОМНОСТЬ

Однажды Раневская после спектакля сидела в своей гримерке совершенно голая и курила сигару. В этот момент дверь распахнулась и на пороге застыл один из изумленных работников театра. Актриса не смутилась и произнесла своим знаменитым баском: «Дорогой мой, вас не шокирует, что я курю?»


ЗАКОН АРХИМЕДА

Раневская, как и очень многие женщины, абсолютно не разбиралась в физике, и однажды вдруг заинтересовалась, почему железные ко­рабли не тонут.

— Как же это так? — допытывалась она у од­ной своей знакомой, инженера по профессии. — Железо ведь тяжелее воды, отчего же тогда ко­рабли из железа не тонут?

— Тут все очень просто, — ответила та. — Вы ведь учили физику в школе?

— Не помню.

— Ну, хорошо, был в древности такой ученый по имени Архимед. Он открыл закон, по кото­рому на тело, погруженное в воду, действует выталкивающая сила, равная весу вытесненной воды...

— Не понимаю, — развела руками Фаина Георгиевна.

— Ну вот, к примеру, вы садитесь в наполнен­ную до краев ванну, что происходит? Вода вытес­няется и льется на пол... Отчего она льется?

— Оттого, что у меня большая ж...! — дога­далась Раневская, начиная постигать закон Ар­химеда.


ВЫХОД ИЗ ПОЛОЖЕНИЯ

Как-то Раневской позвонила словоохотли­вая приятельница и долго-долго мучила ее бол­товней. Когда у Фаины Георгиевны лопнуло терпение, она извиняющимся тоном сказала:

— Простите, дорогая, я говорю с вами из ав­томата, здесь ждут...


НЕМНОГО ФИЗИОЛОГИИ

Киногруппа, в составе которой находилась Фаина Раневская, с утра выехала за город на натурные съемки. Предстояла большая работа, нужно было много успеть за день. У Раневской же, как на зло, случилось расстройство желуд­ка. По приезде на площадку она сразу направи­лась к выстроенному на краю поля дощатому сооружению. Аппаратура давно установлена, группа готова к съемкам, а артистки нет и нет. Режиссер нервничает, глядит на часы, оператор сучит ногами. Актриса не появляется. Орут, ду­мая, что с ней что-то случилось. Она отзывается, кричит, что с ней все в порядке. Наконец после долгого ожидания дверь открывается и Ранев­ская, подходя к группе, говорит:

— Братцы вы мои! Знали бы вы, сколько в человеке дерьма!


ДЕВИЧЬЯ ЧЕСТЬ

Однажды в театре Фаина Георгиевна ехала в лифте с артистом Геннадием Бортниковым, а лифт застрял... Ждать пришлось долго — толь­ко минут через сорок их освободили. Молодому Бортникову Раневская сказала, выходя:

— Ну вот, Геночка, теперь вы обязаны на мне жениться! Иначе вы меня скомпрометируете!


КАЛАМБУРЧИК

Однажды Раневская поскользнулась на ули­це и упала. Навстречу ей шел какой-то незнако­мый мужчина.

— Поднимите меня! — попросила Ранев­ская. — Народные артистки на дороге не ва­ляются...


НЕЖЕЛАННЫЙ ПОКЛОННИК

Председатель Комитета по телевидению и радиовещанию С. Г. Лапин, известный своими запретительскими привычками, был большим почитателем Раневской. Актриса, не любившая идеологических начальников, довольно холодно выслушивала его восторженные отзывы о своем творчестве.

Однажды Лапин зашел в гримуборную Ра­невской после спектакля и принялся восхи­щаться игрой актрисы. Целуя на прощание ей руку, он спросил:

— В чем я могу вас еще увидеть, Фаина Ге­оргиевна?

— В гробу, — ответила Раневская.


ИМПОТЕНТКА

На вопрос одного из актеров, справлявших­ся по телефону у Раневской о ее здоровье, она отвечает:

— Дорогой мой, такой кошмар! Голова бо­лит,, зубы ни к черту, сердце жмет, кашляю ужасно, печень, почки, желудок — все ноет! Суставы ломит, еле хожу... Слава Богу, что я не мужчина, а то была бы еще импотенция!


КОЕ-ЧТО О МУЖЧИНАХ

Молодая актриса как-то спросила у Ранев­ской:

— Фаина Георгиевна, как вы думаете, поче­му у мужчин красивая женщина пользуется большим успехом, чем умная?

— Деточка, это же так просто! Слепых муж­чин на свете не слишком много, а глупых — хоть пруд пруди...


ВАВОЧКА И ФУФОЧКА

Фаина Раневская и Варвара Сошальская были заняты в спектакле «Правда хорошо, а счастье лучше». Раневской уже было за восемь­десят, а Сошальгкой к восьмидесяти.

Однажды на репетиции Сошальская плохо себя чувствовала: в ночь перед репетицией не спала, подскочило давление... В общем, все ужасно. Раневская пошла в буфет, чтобы ку­пить ей шоколадку или что-нибудь сладкое, да­бы поднять подруге настроение. В буфете про­давались здоровенные парниковые огурцы, в ту пору впервые среди зимы появившиеся в Москве.

Фаина Георгиевна немедленно купила огу­рец невообразимых размеров, положила в кар­ман передника — она играла служанку — и от­правилась на сцену. В тот момент, когда нужно было подать что-то барыне Сошальской, — Ра­невская вытащила из кармана огурец:

— Вавочка, посмотри, какой огурчик я тебе принесла...

— Спасибо тебе, Фуфочка! — обрадовалась Сошальская.

Уходя со сцены, Раневская очень хитро под­мигнула и уточнила:

— Вавочка, я дарю тебе этот огурчик. Хо­чешь — ешь его, хочешь — живи с ним...

Пришлось режиссеру объявить перерыв, по­скольку после этой фразы присутствующие просто полегли от хохота и репетировать уже никто не мог...


КТО КАК ЖИВЕТ

— Моя собака живет лучше меня! — по­шутила однажды Раневская. — Я наняла для нее домработницу. Так вот и получается, что она живет, как Сара Бернар, а я — как сенбернар...


САМОЕ УЖАСНОЕ

Старшее поколение всегда ругает молодежь:

она, мол, совершенно испортилась, стала легко­мысленной, не уважает старших, без царя в голове, только о забавах и думает...

Услышав такой стариковский разговор, Ра­невская сказала со вздохом:

— Самое ужасное в молодежи то, что мы сами уже не принадлежим к ней и не можем делать все эти глупости...


ЧТО-ТО Я НЕ ПОНЯЛА...

— Меня никто не целовал, кроме жени­ха! — с гордостью сказала Раневской одна мо­лодая актриса.

— Милочка, я не поняла, — отозвалась Фаи­на Георгиевна, — это вы хвастаете или жалуе­тесь?


ЧТО ВАЖНЕЕ?

Раневская, всю жизнь прожившая одна, го­варивала:

— Семья — это очень серьезно, семья чело­веку заменяет всё. Поэтому, прежде чем завес­ти семью, необходимо как следует подумать, что для вас важнее: всё или семья.


КУДА ДЕВАЛИСЬ ДОМРАБОТНИЦЫ?

Раневская как-то сказала с грустью:

— Ну надо же! Я дожила до такого ужасного времени, когда исчезли домработницы. И знае­те почему? Все домработницы ушли в актрисы.



источник