Он был человеком из толпы. На улице его никто не замечал, не походил к нему с наездами, боны не обращали на него внимания. Потому что он сливался с городом. Часто он бродил по Арбату, замечая, как стоят групками представители различных субкультур, которые вечно воюют друг с другом, и не решаются пойти выяснить отношения, потому что "может они нам накостыляют?". Тем не менее, он видел этих ребят и в подворотнях, и втемных дворах, где они отчаянно проявляли свою храбрость, нападая вчетвером на беззащитных подростков и пиная их ногами. Иногда, правдо такое редко бывало, он видел как они, различные банды, различных субкультур, все таки сходятся на массовые бои, и мутузятся по полчаса, а потом вместе обнимаются, говорят, что между ними много общего, что их свары это недоразумение, и идут вместе пить пиво. А на следующий день опять налетают вчетвером на одного представителя противных им субкультур, и метелят его, выбивая зубы, сопли и мозги, которыми и так их природа обидела. Наблюдая все это, он про себя усмехался над ними, над тем, как они, подчинившись стадному инстинкту, проповедуют, что их идеи правильные, а если их никто не слушает, они доказывают это по принципу дубины. Так он наблюдал за ними и ненавидел их всех, потому что они все, за отсутсвием креатива, не умели выразить свою личность. А ночью, даже лиже к утру, он брал свой любимый обрезок трубы, и шел разбивать этим уродам их ничтожные головы, отлавливая их поодиночке в этих подворотнях и темных дворах, где эти герои недавно доказывали свою доблесть на ни в чем неповинном пацане, у которох к несчастью не оказалось с собой сигарет. И вишибая их мозги на асфальт, он ощущал себя таким грозным и неуловимым мстителем, борцом за правду, ветераном невидимого фронта, который очищает этот город от мусора. Не подозревая, что он такой же человек, как и все остальные люди...